Гавран
Шрифт:
– Давай. Немного непривычно, конечно, но... пока мне нравится.
– А лёгкий обед тебе понравится? – Поинтересовался я.
– Понравится. – Заулыбалась она уже широко.
– Просто замечательно. – Обрадовался я, набивая заказ на двоих. Сегодняшний вечер точно не пройдёт впустую. Девушка настроена на контакт. А я и правда есть хочу, почему бы не совместить приятное с полезным.
Все, в общем, так и оказалось. Посидев около часа в беседке, мы ещё примерно столько же гуляли по этому пустотному парку. Даже просто повалялись в конце на траве. Никаких неудобных тем не поднимали: так, вспоминали случаи из собственного прошлого... без привязки к времени и месту. И разговаривали "ни о чем". Марра ничем не напоминала ту стальную валькирию,
Потому как в финале, когда я просто предложил ей пойти ко мне, она опять привычно уже улыбнулась и так же просто ответила:
– Пошли.
Рассказывать же о дальнейшем, – о том, что происходило у меня дома аж до полночи, – считаю... Да не стоит просто, чего там рассказывать. Если только упомянуть, что учили эти их Матери будущих милар... Хорошо учили, чего ещё сказать: некоторые вещи даже для меня стали, скажем так, некоторым открытием и неожиданностью. А уж себя я считал весьма опытным, хм, как и любой мужчина, собственно. Плюс, как я понял, у самой Марры давно никого на было. Действительно давно. При том, что после "курса молодой милары" и некоторой коррекции организма, как она сама мельком упомянула – и сам секс, и его отсутствие ощущались гораздо более остро и сильно. Вот и наложилось... Оторвались, короче. По полной программе и ещё чуть-чуть.
Из забавного, – или занятного, – отличие всё-таки привычек некоторых... и прочего разного. Во-первых, у партнёрши моей, как я понял, оказалось более развито обоняние. Ну или привычка им пользоваться. Так что я просто оказался неоднократно, как бы невзначай, весь обнюхан. И от этого она явно балдела. Во-вторых, "пробовать" партнёра "на вкус" у них тоже было принято. Всё-таки есть в этом ещё какая-то заложенная физиология кроме культурной традиции. Но это был не поцелуй, как я привык! Рассказывая древний анекдот про "А поцеловать?!." в их нравах – фразу стоило бы изменить на "А лизнуть?!." Губы, мочки ушей, нос, глаза, грудь... Да я весь был так же неоднократно, как и обнюхан – облизан и вылизан! И пусть заберёт меня пустота, если я скажу, что мне это не понравилось. Кстати, обучение поцелуям, особенно глубоким, прошло на этом фоне "на ура".
Подремав после всего, приткнувшись мне под мышку, пару часов, Марра выбралась из кровати, – слегка придавив мне грудь ладошкой и отрицательно покачав головой в ответ на мою попытку подняться вслед за ней, – быстро оделась и, украдкой глянув в мою сторону, направилась на выход. Уже у самой двери замерла на пару секунд, медленно повернулась, ещё пару секунд посверлила меня взглядом... Потом вдруг вернулась к синтезатору, набрала кружку какого-то сока, вкусно так выпила примерно половину, облизнулась как кошка, подошла ко мне с бесстрастным лицом – и внезапно наклонившись, горячо поцеловала жаркими и мягкими губами, а сверху лизнула таким же нежным язычком. Потом весело засмеялась – и теперь уже не оглядываясь и без остановок легко направилась на выход.
Вот... женщина, блин! Только что я хотел лениво дремать, – или даже безмятежно спать, – и вот уже хочу совершенно другого. Но точно не спать. Зар-раза... Ладно, надо вставать тогда, позавтракать слегка – и на работу.
***
"...А Иванушка-дурак, пока пас общинно стадо, в дуба старого дупле непонятну хрень нашёл..." И сразу сначала на голову надел, потом на язык грязную вещицу попробовал... Имбецил, что с него взять.
Ага, это именно я нескладушки-неладушки декламирую. Про себя. Да, развлекаюсь таким бредом в перерывах между воспоминаниями, – оттого, что просто делать больше нечего. И нет, определённо не я автор этих нескладушек. Потому что они, на самом деле – отчаянный крик мироздания, разочарованного и поражённого тупостью главного героя побасёнки. А я – именно этот дурачок
Смеркалось... Нет, не то. Хотя начало хорошее. Ну, тяну резину просто, не хочется вспоминать о собственной глупости! Феерической...
В общем, после замечательной ночи в ангар я вышел с соответствующим настроем. Пока завтракал – запросил доставку сырья. Подходящий кусок, видимо, заранее болтался в ближнем отстойнике, под боком у станционного "толкача". Потому как выйдя – снаружи я застал уже окончание продувки рабочей площадки. Привычно стронул с зарядных площадок дроидов, отправил разведку... "Запустил процесс", короче.
На этот раз, как выяснилось, мне достался достаточно большой кусок лётной палубы. Что с одной стороны могло принести неплохие в смысле стоимости реализации находки, – например неиспользованные ЗИПы или рабочие элементы систем техобслуживания малых платформ, – а с другой... Инструкции часто написаны совсем не чернилами. Недавно имел ещё одну возможность убедиться. А упомянутая инструкция в подобных случаях однозначно предписывала – особо опасаться пропущенных командами утилизаторов боеприпасов, боевых зарядов и прочих подобных сюрпризов.
После тщательной разведки выяснилось, что ни особо "вкусных" находок, ни опасных сюрпризов вроде бы нет. Почти пустой фрагмент стартового стола. Единственное постороннее включение – завязанный почти узлом беспилотный внутрисистемный курьер. "Почти узлом" – потому что находится вплотную к тому краю фрагмента, который разрушен внешним ударом. То ли особо мощная кинетика, то ли изредка упоминаемые в сети в связи с пауками некие гравитационные пушки. Применялись они архами редко, захватить образцы и разобраться в принципе действия, по крайней мере по официальным данным, не получилось... В общем не суть важно: что внешний бронепояс, что внутренние переборки разворочены капитально. Неопознанный дрон-курьер – тоже в металлолом. Общее резюме: беспонтово, чистое сырье на разбор.
Оставив демонтажников в режиме "лёгкой паранойи", – вдруг да шутиха какая-нибудь неразорвавшаяся найдётся, – я пару часов умиротворённо следил за работой бригады, изредка корректируя общий ход процесса. Ровно до тех пор, пока из вскрытого отсека не вытащили и не начали разделывать беспилотник. Потому что почти сразу после этого получил сообщение от разведстанции: внутри – небольшой дополнительно бронированный и практически неповреждённый отсек.
Заинтересовался я, естественно, сразу и сильно. А после извлечения из убитого дрона упомянутого отсека – натравил на него всё ту же Жуть с её малышами. И через пять минут со всеми предосторожностями бронестворка была откинута, показав содержимое капсулы. Почти все встроенные внутренние крепёжные конструкции, – ограничивающие, как я понял, содержимое от непредусмотренного перемещения, – были разрушены, а у самой дверцы небольшой кучкой лежали несколько ярких запечатанных пакетов. Станционный искин, которого я попросил идентифицировать находку, ответил моментально: упаковка для почтовых и курьерских сообщений. То есть, проще говоря, для материальных носителей тех писем и прочих "эпистолярий", кои по разным причинам не отправлены через сеть. Либо просто дубликаты таковых.
Понятно, почтовый курьер. Флотские либо подстраховались, либо следовали каким-то собственным инструкциям – и отправили почту курьером. Вернее, собирались отправить. Вылететь он не успел.
Сложив с помощью дроидов пакеты в сторонке и отправив бригаду заниматься дальнейшей разборкой основного фрагмента, я с помощью одного из мелких стал аккуратно вскрывать мешки. К моему удивлению, идентификатора ремонтно-технической службы вместе с подачей небольшого количества энергии оказалось достаточно, чтобы замысловатый замок по одному из швов раскрылся в штатном режиме. Воистину гениальная вечная конструкция!