Гавана
Шрифт:
Она соблазняла его.
Она манила его.
Но он не желал сдаваться.
Она стояла перед ним на стойке бара и волшебно поблескивала в полутьме, давая невыполнимые обещания.
«Плевать», — сказал он себе и сдался.
Он жадно присосался к горлышку и заглотал сразу полбутылки.
— Может, будет лучше чем-нибудь запить? — произнес чей-то голос совсем рядом с ним.
Эрл поставил бутылочку аспирина на стол и сделал огромный глоток смеси, которую он называл про себя «джин-тоник без джина», чтобы смыть из горла неприятный вкус проглоченных
— Да, — признал он, — гораздо лучше.
— Как ваша рана?
— Болит, словно ее жжет адским огнем.
— А почему бы вам не выпить чего покрепче?
— Дружище, я и рад бы. Но если я это сделаю, то проснусь только через три недели где-нибудь в Шанхае, с китайской женой, семью детьми, четырьмя комплектами бабушек и дедушек и шестью новыми татуировками.
— Ах, — проронил собеседник, — вы прямо-таки воплощение дисциплины, что, как я полагаю, и является секретом ваших многочисленных потрясающих достижений.
Эрлу не хотелось смотреть, но он все же посмотрел. Непрошеный собеседник оказался все таким же тощим, с сухой морщинистой кожей, проницательными и властными блестящими глазами, с ежиком седоватых волос и в мешковатом костюме.
— Когда мы встретились в прошлый раз, вы продавали пылесосы. Как вас тогда звали?
— Честно говоря, я позабыл. Я порой путаюсь в деталях.
— Мне кажется, Вермер, или Вермхолд, или Вермгедд.
— Вроде бы похоже.
— Вермольдт. Да-да, фирма «Идеальный вакуум» или что-то в этом роде. Из Небраски.
— Интересно, где находится эта самая Небраска? И есть ли там компании, торгующие пылесосами?
— Понятия не имею.
— Так вы уверены, что не пьете ничего алкогольного? Что касается меня, я с наслаждением предаюсь пороку после того, как целый день без остановки торгую пылесосами. Я бы с преогромным удовольствием угостил вас.
— А я с удовольствием принял бы ваше предложение и сегодня, и завтра, черт бы его побрал. Именно этого мне больше всего хотелось бы. Простите, откажусь, но благодарю за предложение. А вот я в любом случае должен угостить вас. Мне кажется, что я перед вами в долгу.
— Вот и прекрасно. Я выпью мохито. Это место славится своими мохито. Ради мохито сюда специально приезжают кинозвезды.
Эрл вытащил из кармана комок смятых долларов, подозвал бармена и заказал тоник без джина для себя и мохито для своего соседа.
Двое мужчин молча наблюдали ритуал: официант растер сахар и веточку мяты с несколькими каплями рома, затем долил еще рома, добавил содовой воды, кинул в стакан несколько кубиков льда, снова долил рома и положил в стакан соломинку. Затем он увенчал стакан зубочисткой с крохотным американским флагом и подал.
— Ах, как патриотично! — заметил продавец пылесосов. — За Соединенные Штаты Америки! — провозгласил он и надолго присосался к соломинке.
— Люблю людей, которые пьют с удовольствием, — сказал Эрл. — Знаете, я очень рад, что столкнулся с вами. Прошу вас, взгляните-ка на эту штучку.
Эрл сунул руку в карман, извлек оттуда медный цилиндрик
— Что это за штучка, по вашему мнению? — осведомился он.
— Полагаю, это как-то связано с оружием, да?
— Мне тоже так кажется.
— Я всегда считал, что оружие очень опасно.
— Да, мне тоже приходилось слышать об этом. Как бы там ни было, пришлось немного поломать голову, но в конце концов я все же выяснил, что это гильза от «томми» марки ППШ сорок первого года. Калибр семь целых шестьдесят три сотых миллиметра.
— Комми-"томми"! Какой ужас!
— Угу. «Томми» работы коммунистов. Кстати, на днях я должен был почти наверняка отбыть на тот свет. Похоже, я сильно не глянулся какому-то парню, и он решил попортить мне прическу своим пистолетом. Решить-то решил, но вдруг в нем самом образовалось дыр больше, чем в швейцарском сыре. Кто-то шесть раз продырявил его из этого самого, как вы говорите, комми-"томми". И еще шесть раз прежде, чем он начал падать.
— Ах! — в очередной раз преувеличенно удивился коммивояжер. — Мне почему-то кажется, что из такого оружия трудно не попасть в цель.
— На самом деле это не так легко, как кажется. Простой человек знай себе давит на спуск, и оружие сразу уводит в сторону. Он накрывает площадь, но в цель не попадает. Мне пришлось пару раз держать в руках такие штуки во время войны, и могу сказать, что с ними не так уж легко управляться.
— И что же из этого следует?
— Тот, кто спас мой бекон, умеет стрелять. Долго упражнялся в этом деле. Знает пехотное оружие, как подобает хорошему солдату. Что скажете, это описание подходит к вам?
— Ну, если только в общем, — ответил щуплый. — Сами знаете, говорить о себе не слишком-то приятно. Действительно, мне пришлось не так давно овладеть кое-какими навыками. Если мне не изменяет память, эту историю обычно называют Второй мировой войной.
— Да, я, кажется, тоже слышал об этом. Вы говорили, что служили в немецкой армии.
— Я? Ну, наверно, я имел в виду европейскую армию. Там так много стран, что очень трудно их все запомнить.
— Но среди них есть одна большая красная, верно? Сдается мне, я что-то читал о ней. Там вроде бы иногда попадаются эти комми-"томми". А вам не приходилось слышать об этой стране, мистер Продавец пылесосов?
— О, вы меня совсем запутали! К тому же уже поздно.
— То есть я не могу рассчитывать на прямой ответ? А вопросы у меня такие: кто вы такой, черт вас возьми, и почему вы дважды спасли мою задницу от крепкой порки? Почему вы ведете себя как закадычный кореш из кинофильма? И почему вы приперлись за мной в эту забегаловку? Я срисовал вас уже час назад, когда слонялся по Эмперадо, а ведь я не слишком силен в такой игре. Поэтому я засел здесь и стал дожидаться вас. И еще одна, на мой взгляд, серьезная вещь. Я уверен, что вы хотели, чтобы я вас увидел, только никак не могу взять в толк, зачем это понадобилось такому ловкому парню.