Гарольд Храбрый

Финкельштейн Борис Беньяминович

— Почему же, милорд?

— Мой сюзерен велел мне узнать, тут ли вы ещё. Полагаю, что в следующий раз он потребует вашей выдачи!

— И что вы доложите ему?

— Правду.

— А что посоветуете мне?

— Бежать.

— Куда?

— Куда угодно. Только подальше от Англии.

— Не смей угрожать моей госпоже, презренный норманн!! — внезапно загремел под сводами галереи голос Рагнара. Великан вырос из-за угла и с грозным видом двинулся на барона.

— Успокойся,

Рагнар! — воскликнула принцесса. — Это друг!

— Норманн не может быть другом! — упорствовал телохранитель.

— А я говорю, что это друг! — рассердилась Гита.

Пока они пререкались, барон с улыбкой разглядывал гиганта.

— Ага, я вспомнил тебя! — воскликнул он. — Это ведь ты под Эксетером перебил моих лучших людей?

— Ты прав, норманн. Это был я. — Великан кивнул. — Жаль, что я перебил их слишком мало.

— Рагнар! Надеюсь, ты позволишь нам закончить разговор? — прервала их воспоминания принцесса.

Рагнар косо взглянул на посла и нехотя отошёл на несколько шагов.

— Экий медведище! — усмехнулся барон. — Не приведи Господи ещё раз встретиться с ним в бою.

— Да. Он очень предан нашему дому... В отличие от большинства вассалов моего отца.

— Они уже сожалеют об этом.

— Бог им судья, — холодно произнесла принцесса. Пристально взглянув в глаза норманну, она неожиданно спросила: — Скажите, милорд, кто короновал Вильгельма?

— Архиепископ Йоркский.

— Отец Альдред?! — ахнула девушка.

— Он самый.

— Не может быть! Этого не может быть!

— Увы, — развёл руками норманн. — Ему не оставалось ничего иного... Да и не он один выказал слабость. Вместе с ним герцога первыми приветствовали архиепископ Стиганд, епископ Вульфстан и графы Моркер и Эдвин.

— Стиганд? Вульфстан? Старые соратники отца? — с горечью уточнила Гита.

— Да, Ваше Высочество, — кивнул барон.

— Отец предчувствовал это.

— Ваш отец был необычайно прозорлив. К сожалению, Господь отпустил ему слишком мало времени...

— Да, да, — задумчиво проронила Гита. Успокоившись, она задала очередной вопрос: — Что ждёт меня в Англии, милорд?

— Насильственное замужество, — был ответ.

— А если я воспротивлюсь?

— Тогда вас заточат в монастырь.

Принцесса нахмурилась, покачала головой в такт своим мыслям и поспешила закончить разговор.

— Благодарю вас за откровенность и участие, — с чувством произнесла она. — И не смею более задерживать.

— Прощайте, Ваше Высочество, — с поклоном произнёс норманн и, повернувшись, двинулся к выходу.

— Рагнар! Проводи барона! — приказала девушка.

Великан потопал вслед за послом. Выйдя на наружную галерею, барон мельком взглянул на него и негромко произнёс:

— Береги

её.

— Да уж не сомневайся, норманн, — проворчал телохранитель. — Твоему герцогу я её не отдам!

— Вот и хорошо, — улыбнулся барон и двинулся вниз по лестнице. Слуги подвели коня, он уселся на него, расправил поводья и, гордо подбоченясь, покинул замок.

Рагнар проводил норманна хмурым взглядом и вернулся к принцессе. Та стояла у окна и смотрела вдаль.

— Уехал? — не оборачиваясь, спросила Гита.

— Да, моя госпожа, — ответил телохранитель. — Что будем делать?

— Не знаю...

— Не пора ли нам покинуть Эльсинор?

— И куда мы отправимся, друг мой?.. От судьбы не убежишь...

— Вы правы, моя госпожа, — вздохнул Рагнар. — Не престало нам бегать от Вильгельма.

Гита помолчала, затем повернулась к нему и приказала:

— Вели седлать лошадей. Едем к морю.

Глава 46

ПРЕДСКАЗАНИЕ

Запахи водорослей и сосновой смолы разносились над морем, а в небесной вышине полная луна мирно соседствовала с предзакатным солнцем. Принцесса стояла у воды и печально смотрела вдаль. Чайки кружили над её головой, но она не обращала на них никакого внимания, тяжкая тревога давила её сердце. Чуть поодаль переминался с ноги на ногу Рагнар. Гита обернулась и задумчиво взглянула на него.

— Возвращаемся? — спросил телохранитель.

— Нет, друг мой, побудем ещё немного. Я так люблю море. Что у меня осталось? Вы с Соломоном и Хильдой да море.

Девушка опустила голову и сделала несколько шагов вдоль кромки воды. Остановившись, она повернулась лицом к морю и чуть слышно прошептала:

— О великое море! Ты такое могучее. Дай мне немного твоей силы. Укрепи меня...

Гита прислушалась к шуму прибоя и, не услышав ответа, подняла взор к небу.

— Матерь Божья! Пресвятая Дева!
– вновь зашептала она. — Молю тебя! Забери меня из Эльсинора... Мне тут так плохо. Так одиноко...

Какое-то время Гита молча следила за движением облаков, затем обернулась к Рагнару и тихо позвала:

— Подойди, друг мой.

Телохранитель повиновался.

— Скажи, Рагнар, для чего мы живём? — неожиданно спросила принцесса.

— Э... Для того... Чтоб... — замялся великан.

— Не знаешь, — грустно улыбнулась девушка, — вот и я не знаю. Плыву, как щепка... А куда? Зачем?

— Что с вами, моя госпожа? — озабоченно спросил телохранитель. — Это посол вас так расстроил?