Гарольд Храбрый
Шрифт:
— Так вот почему герцог решил строить флот! Он готовит свадебный кортеж?
— Нет, милорд, не поэтому, — сконфуженно ответил норманн.
— Государь, а не милорд! — поправил его граф Гюрт. — Не путай титулы, ничтожный!
Монах сделал вид, что не расслышал реплику, и закончил свою мысль:
— Корабли нужны нам для борьбы с морскими разбойниками!
— Вот как? — удивился Гарольд. — С чего бы это они стали вас волновать?
— Пришла пора положить конец их бесчинствам!
— Вам ли, норманнам, говорить об этом?
Сбитый
— Значит, для борьбы с викингами? — переспросил он.
— Именно для этого, — норманн почувствовал, как струйки пота потекли по его спине. Он из последних сил старался не опустить глаз под взглядом короля.
— Так-так. — Гарольд, медленно повернувшись, направился к креслу. Посол перевёл дух, полагая, что самое неприятное уже позади. Но король остановился, не дойдя до кресла, и, не оборачиваясь, тихо спросил:
— А для каких нужд Вильгельм созывал Тинг?
Монах обмер, сердце бешено забилось в его груди.
«Матерь Божья! Откуда он всё узнал?» — заметались в голове тревожные мысли.
Король повернулся и, не скрывая усмешки, посмотрел на него.
— Что ж ты молчишь, норманн? — спросил он.
— М-м-м... — озадаченно промычал монах.
— Нечего сказать? Бедный, ты бедный! Так придумай что-нибудь! Ты ведь для этого послан? Или я не прав?
Отец Мэйгрот совсем растерялся. Он понял, что попал в капкан, и решил молчать, сохраняя достойный вид. Меж тем король продолжал терзать его:
— Ты не хочешь нам поведать, любезный, как твой сюзерен готовится к войне против Англии?
Голос Гарольда набирал силу.
— За кого Вильгельм меня принимает? За несмышлёного ребёнка? Или за доверчивого дурака? Неужели он думает, что я ничего не узнаю? И посылает наглого святошу рассказывать мне сказки!
Монах побагровел и гордо выпрямился. Дерзкие слова готовы были сорваться с его уст, но Гарольд поднял руку.
— Не торопись, норманн! — произнёс он тоном, не сулившим послу ничего хорошего. — У тебя ещё будет возможность расплатиться за оскорбление. Твой сюзерен позаботится об этом. А теперь отправляйся домой. И передай герцогу... что если он откажется от своих неразумных требований, я стану ему другом и братом. Ибо я глубоко уважаю его, как мудрого государя и храброго воителя... Если же он и далее будет претендовать на английский трон, то для одного из нас это кончится большой бедой!
— Это твоё последнее слово? — злобно спросил монах.
— Да! — прозвучало в ответ.
— Берегись, клятвопреступник! Тебя ждёт Божья кара! Герцог придёт в Англию и с помощью своего непобедимого меча добудет то, что принадлежит ему по
— Буду ждать его с нетерпением! — усмехнулся Гарольд. — Пусть придёт и попробует снять корону с моей головы! А я помогу ему своим боевым топором!.. А теперь ступай, норманн. Ты утомил меня своими дерзкими речами!
Монах резко вскинул голову, погрозил англичанам пальцем и направился к выходу. Остановившись в дверях, он обернулся и запальчиво воскликнул:
— Вы соскучились по войне, презренные саксы? Будет вам война!
Рагнар, Гюрт и Леофвайн одновременно бросились на посла и изрубили бы его на куски, если б их не остановил громкий окрик короля.
— Не трогать его!! Пусть идёт!!
Глава 19
СОВЕТ
В этот самый миг принцесса и лекарь, на свою беду, приблизились к тронному залу. Услышав крики, они растерянно переглянулись и осторожно выглянули из-за угла. Мимо них по коридору, пыхтя и отдуваясь, стремительно шёл посол. Заметив Соломона, монах застыл как вкопанный, потом зловеще улыбнулся и сквозь зубы процедил:
— А! Вот куда ты забрался, презренный иудей! Променял славную Нормандию на эту убогую страну!
Он надменно скривил губы и продолжил:
— Уж не от твоих ли собратьев Гарольд получает сведения? Погоди же! Клянусь всеми Святыми, когда герцог придёт в Англию, он вздёрнёт тебя на башне замка!
— Ты ещё здесь, норманн?! — раздался голос короля.
Монах обернулся и увидел Гарольда, стоявшего в дверях в окружении приближённых.
— Ты испытываешь моё терпение! — усмехнулся король. — Поторопись! Иначе герцог не дождётся своего посланца!
Монах схватился за крест и, путаясь в длинной сутане, поспешил прочь. Шум шагов удалился. Во дворе замка поднялась суета, заржали лошади, отрывисто прозвучали команды, стук копыт гулким эхом отдался под аркой ворот, и всё стихло.
Король взглянул на принцессу и Соломона.
— Леди Гита, — холодно произнёс он, — ступайте в свои покои.
Девочка присела в глубоком поклоне и, кусая губки, удалилась.
— А ты что тут разгуливаешь, недостойный? — обратился король к еврею. — Тебе что, нечем заняться?!
— Мой повелитель. Я вовсе не хотел... — начал было оправдываться лекарь.
— Хотеть или не хотеть, решаю я! — прервал его Гарольд. — А ты должен исполнять свои обязанности! Ты понял меня?!
— Да, Ваше Величество, — чуть слышно пролепетал Соломон. Он впервые видел Гарольда в таком раздражённом состоянии и страшно перепугался.
Его жалкий, несчастный вид смягчил повелителя. Король уже сожалел о том, что всегдашнее самообладание внезапно изменило ему.
— Следуйте за мной, — бросил он приближённым и вернулся в зал. Таны молча двинулись следом.