Гарольд Храбрый
Шрифт:
Девушка ахнула и попыталась прикрыться. Растерявшийся было Гарольд решительно тряхнул головой, подхватил Эдиту на руки и бережно понёс в море. Опустившись вместе с ней в ласковую, гостеприимную волну, он с восторгом любовался юным, прекрасным телом, трепетно поблескивающим в удивительно прозрачной воде. Огромная радость и щемящая нежность заполнили всё его существо. Затаив дыхание, он осторожно касался губами солоноватой, бархатистой кожи.
Эдита не сопротивлялась, она доверчиво прижалась к нему, широко распахнув свои лучистые глаза. Долго наслаждались молодые люди пьянящей близостью, а затем,
Глава 6
ПРОТИВОСТОЯНИЕ
Спустя три дня Гарольд вернулся в Лондон, ощущая необычайный прилив сил. Король благосклонно выслушал его просьбу и пообещал через архиепископа Кентерберийского выяснить настроение Папы. Гарольд воспрял духом и с головой погрузился в дела. Начались хлопотные будни, время от времени, перемежавшиеся трепетными встречами с возлюбленной. Жизнь в королевстве вошла в колею, и, казалось, ничто не предвещало бед. Увы, передышка была недолгой.
Притихший на время Альфгар вновь взбунтовался, растущее влияние Гарольда не давало ему покоя. На этот раз, кроме уэльсцев, он призвал на помощь норвежских викингов. Их флот стал разорять побережье, в то время как дружины мятежников, не встречая какого-то серьёзного сопротивления, двинулись в глубь страны.
Король растерялся, ибо никому из его предшественников не удавалось справиться с морскими разбойниками. Надеясь откупиться от них, он ничего не предпринимал и лишь заказывал бесконечные мессы. Тем временем союзники наращивали мощь. Над Англией нависла смертельная угроза, медлить далее было нельзя. Гарольд с жаром доказывал этот факт сюзерену, в конце концов тот вынужден был согласиться и отдать приказ о начале военных действий. Молодой граф спешно созвал совет.
— Идём на Альфгара? — спросил Гюрт.
— Нет, — покачал головой Гарольд. — Мы начнём с викингов.
— С викингов? — недоумевающе нахмурился брат.
— Именно с них, — кивнул Гарольд. — Поддержка с моря делает дружины мятежников грозной силой. Надо лишить их этой поддержки.
— Легко сказать, — вздохнул огромный медведеподобный сакс, эрл Сигевульф. — Это же викинги!!
— И что с того, — усмехнулся Гарольд.
— Их никто никогда не бил!
— А мы побьём! Другого выхода у нас просто нет!
Члены совета с сомнением смотрели на графа.
— Леофвайн и ты, Сигевульф, поплывёте со мной, — начал он отдавать распоряжения. — А ты, Тостиг, вместе с Гюртом поведёшь дружины. Ваша задача — задержать Альфгара и Гриффита, если они попытаются прийти на помощь викингам.
— Когда выступаем? — уточнил Тостиг.
— На рассвете.
Началась кровопролитная война. Скрытно подведя свой флот, Гарольд выполнил умелый маневр и с наветренной стороны стремительно обрушился на ничего не подозревающего противника. Викинги не ждали нападения, ибо на протяжении нескольких веков чувствовали себя на море полными хозяевами. Вольготно расположившись на чужом берегу, они уже предвкушали богатый
Началась суматоха. Ярлы отдавали команды, воины метались по палубам, корабли один за другим нестройно отваливали от берега. Однако внезапность нападения — это ещё не победа, если дело касалось закалённых в боях и до самозабвения смелых викингов. Но на сей раз смелость обернулась против них. Если б они отступили и собрались в одно место, англичанам пришлось бы плохо. Но они не отступили, гордость не позволяла им делать это. Корабли поодиночке вступали в бой, и армада Гарольда, словно огромный таран, сметала их со своего пути.
И тем не менее скандинавы не сдавались, они отчаянно пытались выправить положение, словно ястребы кидаясь на врага. Их абордажные команды врывались на палубы и, выказывая чудеса доблести, сеяли смерть. Однако в этот день храбрость не в силах была противостоять трезвому расчёту и железной воле предводителя англичан. Прошло несколько часов, и гордая норвежская флотилия как военная сила перестала существовать. Она превратилась в разрозненную кучку кораблей, из последних сил пытавшихся прорваться в открытое море. В конце сражения на помощь союзникам пришли корабли валлийцев, но флот Гарольда тут же отогнал их прочь.
Это была великая победа, ведь как знали все, ещё никому не удавалось одержать верх над викингами.
— Мы разбили их, брат! — радостно кричал юный Леофвайн.
Гарольд обнял его за плечи и с усмешкой взглянул на Сигевульфа.
— Что ты скажешь теперь, мой друг? — поинтересовался он.
— Что ж я могу сказать... — развёл руками толстяк. — Такого я ещё не видел!
— Они тоже! — подал голос Рагнар, указывая на плававшие неподалёку обломки норвежского корабля.
— Людям надо отдохнуть, да и корабли нуждаются в ремонте, — став серьёзным, произнёс Гарольд. — Займитесь этим, друзья мои, — обратился он к танам.
— А пир по случаю победы? — вскинул брови Сигевульф.
— Проголодался? — улыбнулся Гарольд. — Ничего, потерпишь. Сначала надо облегчить страдания раненых. Потом можно и пировать.
Таны отправились выполнять распоряжения, а граф сошёл на берег, встал у воды и о чём-то задумался.
— Рагнар, — негромко позвал он.
— Я тут, мой лорд, — отозвался оруженосец.
— Надо послать гонца...
— К королю?
— Да, — кивнул Гарольд, — но не только.
— Понял, мой лорд, — улыбнулся великан. — Сейчас же распоряжусь.
— И проследи, чтоб накормили и перевязали раненых викингов.
Всё исполню, мой лорд, — поклонился Рагнар и отправился выполнять поручение.
Сделав короткую передышку, Гарольд продолжил военные действия. Он стремительно сблизился с противником и в коротких стычках нанёс дружинам валлийцев и англов ряд поражений. Однако о решительной победе говорить было рано, ибо мятежники успели хорошо подготовиться к войне. Ожесточённые бои длились несколько месяцев. В ходе этих сражений Гарольду удалось оттеснить противника с саксонских земель и прижать к валлийским горам.