Гарольд Дурсль
Шрифт:
Голос Люциуса, растерянно негромкий, остановил его на пороге у приоткрытой двери.
– Мерлина ради, Северус, у тебя таких полная школа. Тебе не надо иметь своих детей, чтобы знать, как разговаривать об этом. Ну не о пестиках же и тычинках мне с ними беседовать?
– Думаю, что делать со своими пестиками, они уже знают - скрипуче хохотнул Снейп.
– Хвала Мерлину, нет, - отчетливо испугался Малфой.
– Так, мальчишеские шалости. Да пусть бы хоть и… эээ… себя помню в их годы. Но они же влюблены! А Драко мальчик болезненный,
– Мелкий, вздорный, капризный, страдающий нарциссизмом самовлюбленный эгоист. Поттер, конечно, тоже не подарок, но он хотя бы ответственный… Неплохая партия для твоего отпрыска. И это не вспоминая об уровне магии.
– Вот именно! На порядок выше, чем у Драко. Да он же просто подомнет под себя моего сына.
– И в прямом смысле тоже, - небрежно бросил Снейп, и в пах Гарри ударила волна вожделеющего жара. Он застонал, крепко жмурясь, чтобы избавиться от воспоминания гибкого тела под собой.
– … двенадцать капель пятипроцентной настойки лапчатки, помешивание в три цикла по полторы минуты каждый, подогреть на водяной бане… - забормотал он, пытаясь справиться с проблемой. Занявшись собой, Гарри отвлекся от разговора и, придя в себя, уловил лишь окончание разговора,
– … если он унаследовал хватку отца, то своего не отдаст. Так что расслабься и просто пережди. Они или разбегутся, или тебе их не остановить. Но, если тебя это так волнует… Заткнись, Люциус! Ты так отреагировал на мою шутку, что понятно - блюдешь целомудрие сына, будто у тебя дочь, которой кроме девственности нечем и похвалиться. Так вот, если хочешь, я расскажу вашим великовозрастным оболтусам о прелести воздержания.
За обедом тетя Мардж долго хмурилась, а после супа раздраженно отодвинула бокал с зеленоватой жидкостью и доверительно склонилась к уху Гарри:
– Гадость-то какая. Носатый ваш запретил мне выпивку. Говорит, не сочетается с той бурдой, что наварил мне от одышки.
Тема здоровья была жутко неинтересной, а тетя всегда еще и радовала неаппетитными подробностями. Надо было срочно отвлечь всех от дальнейшего развития беседы.
– Мистер Малфой, мы дома уже почти два месяца, а по-прежнему понятия не имеем, что происходит. Я считаю, что мы должны знать все. Это же наша судьба, не так ли?
Люциус замер, внимательно изучая содержимое тарелки. Видно, что к нему никак не приходили правильные слова. И не потому, что он не знал, что рассказать о собственной деятельности среди бывших соратников и желающих поддержать третью силу. Его потрясла последняя фраза подростка. Его ровесники даже не думали примерять на себя слова «судьба», «рок», «предназначение», а сын и его друзья игрались ими, как кубиками, складывая лабиринты будущего пути. Ремус раздраженно звякнул бокалом о край тарелки и смутился.
– Простите, я несколько не в себе. Гарри, отчет выйдет длинным, так что поговорим после обеда. Если это можно назвать обедом!
Гарри впервые обратил внимание на содержимое тарелки оборотня. Листья салата,
– Диета. Три месяца никаких животных продуктов и апофеозом прием экспериментального зелья. Августовское полнолуние должен встретить вполне вменяемый анимаг.
– Ого!
– Драко немедленно оторвался от поглощения пиши и уставился на Снейпа.
– У вас получилось? А можно спросить о составе и рецепте?
Снейп доброжелательно оскалился и ласково потрепал Драко по макушке:
– Разумеется, можно. Ты можешь спрашивать у меня все, что угодно. Я так люблю отвечать: НЕ ТВОЕ ДЕЛО!
Драко и потянувшийся к ним Блейз дернулись от оглушительного рявка и обиженно замолчали. Сайф переглянулся с Невиллом и философски пожал плечами: Снейп останется Снейпом и в райской обители. А Драко и в новой ипостаси воздушного мага оставался тем же плаксой, что и в детстве. Только теперь вместо слез и жалоб он выдавал язвительные подколки и злобные шутки. Его тоже стоило срочно отвлечь от нанесенной Снейпом обиды и публичного унижения.
– Так, парни, кто написал эссе по Трансфигурации? То, которое о приоритетной магии палочки? Дайте глянуть.
Гарри похолодел. Он забыл не только об обязательном для СОВ эссе, но и палочке вообще. И списать ведь не получится. Самому придется. Он умоляюще уставился на язвительно прищурившегося Драко и немедленно сделал щенячьи глазки. Следующим этапом отработанной системы уговаривания шли дифирамбы несравненному уму и сообразительности младшего представителя семьи Малфой. Но для этого стоило утянуть его подальше от взрослых.
– Извини, Ремус, я с удовольствием послушаю все позже. А сейчас у меня должок по учебе.
– Не у тебя одного, - шепотом поддержал его Сайф.
– Судя по самодовольной роже одного так называемого друга, сделал только он. А судя по расчетливости в наглых серых гляделках, поможет только за плату.
Расчет в графитно-серых глазах действительно был. Настолько четко видимый, что заметил даже отстраненный от происходящего Люциус. Он удивленно покосился на отпрыска и предупреждающе хмыкнул. Драко тут же пригасил торжество в глазах и изобразил приличного молодого джентльмена на званом ужине. И благовоспитанно молчал до конца обеда.
В комнате Гарри с трудом разыскал свою палочку на самом дне сундука. Рядом нашелся сертификат на нее. Гарри на всякий случай перечитал его, надеясь найти хоть пару фраз для эссе.
– Некромантика… Интересненько. Дракооо!!!
– Драко уже привык к подобным экспрессивным воплям и даже не дернулся. Сел он от немедленно последовавшего вопроса.
– Где у вас в саду зарыта парочка трупов?
– Шутишь? Какие зарытые трупы? Врагов мы испепеляем. Так же, как и случайных свидетелей.
– Жаль, как раз хотел потренироваться и поднять труп другой.