Гарем

Грассо Патриция

– Я не ваша.

– Ты моя по праву победителя, – возразил Малик.

– Мой жених заплатит за меня щедрый выкуп.

– О выкупе не может быть и речи.

– Что ты возомнил о себе, поганый язычник? – вскинулась Эстер.

– Заткнись!

По-французски возглас звучал не так грубо, как на английском, но смысл был одинаков. Малик с трудом сдерживал себя. Ему было любопытно, как дальше будут развиваться события. Если Английская Роза своим непредсказуемым поведением не добьется, что

Халид убьет ее тут же, в припадке ярости, то тогда стоит надеяться на щедрую благодарность халифа.

– Отдаю свою каюту в твое распоряжение. Если что-то понадобится – скажи. Но предупреждаю – попробуешь убежать, ничего не выйдет, за твоей дверью надежная охрана.

– Зачем затруднять своих людей и обрекать на бессонные ночи под дверью каюты? Мы обе отдались на твою милость.

Малик улыбнулся, почувствовав в словах английской красотки и издевку, и ловкий дипломатический ход. Она ему покорялась и одновременно дразнила, тем самым сохраняя достоинство. «Чем ей ответить?» – гадал Малик.

– Английские леди играют в шахматы? Мы могли бы таким образом скоротать вечер.

– Я бы сыграла в шахматы с удовольствием, но не с палачом и не с презренным пиратом, который, как морской дракон, затаившись в логове, подстерегает мирные корабли.

Малик захлопал в ладоши.

– О, какая красивая речь! Кроме красоты и храбрости, ты еще обладаешь острым язычком и строптивостью. Халиду придется потратить некоторое время, чтобы выдрессировать тебя.

– Кто такой Халид? – не удержалась от вопроса Эстер.

Малик выдержал паузу скорее всего для того, чтобы придать моменту подобающую торжественность.

– Халид – Меч Аллаха!

После этих слов Малик удалился, плотно затворив за собой дверь каюты.

– О боже! Что означает «Меч Аллаха»? Наверное, нам отрубят головы! – Эйприл в отчаянии всплеснула руками.

– Во всяком случае, ничего хорошего нас не ждет, – мрачно отозвалась Эстер. – Надо придумать, как отсюда убежать.

– Но как? – вскричала Эйприл. – Мы в море и не сможем доплыть до берега!

– Воплями делу не поможешь. К тому же неприлично служанке повышать голос в присутствии госпожи. Прекрати истерику, иначе я тебя отшлепаю по щекам!

– Но госпожа должна подумать, как сохранить жизнь и себе, и своей служанке.

Впервые Эйприл проявила характер. Никогда раньше ничего подобного не случалось. Для Эстер это было приятным сюрпризом.

– Ты, ты во всем виновата! – обвиняла ее Эйприл.

– В чем же?

– Ты накликала на нас беду. Ты так жаждала приключений!

– Остынь! – приказала Эстер. – И пораскинь мозгами, если они у тебя есть. Когда-нибудь он отвезет нас на сушу. Не вечно же ему болтаться по морям. А там мы найдем способ убежать и добраться домой.

– Домой! –

повторила Эйприл, словно эхо. – Домой! Обратно в Англию?

– Конечно. Я уже решила, что не выйду замуж за Хорька!

– Но королева…

– К черту королеву! С ней мы разберемся позже. Вино не осушают одним глотком, а пьют понемногу. Разве ты этого не знаешь? Так же решаются и все проблемы.

Эйприл немного успокоилась.

– Но ведь ужасно находиться на турецком корабле?

– А спать с мерзким Хорьком разве приятнее? – возразила Эстер. – Я чувствую себя спасенной от этой участи.

– Но в жизни есть кое-что и похуже, чем быть женой урода, – разумно заявила Эйприл.

– А, ты согласилась со мной, что он урод?

– Но быть замужем даже за таким уродом лучше, чем быть рабыней поганого турка. Навечно остаться в плену у язычников и никогда не увидеть вновь родную Англию, – тут Эйприл всхлипнула.

Эстер надоело пререкаться с кузиной. Она принялась разбирать сложенный в углу каюты багаж. Добравшись до заветного сундучка с двойным дном и выбросив оттуда вещи, она извлекла из тайника точно такой же кинжал, что был отобран у нее пиратами. Спрятав его под подушку, она с наслаждением разлеглась на мягкой постели.

– Мы возьмем в заложники первого же турка, который войдет сюда. Нам остается только ждать. А там посмотрим, как они запрыгают!

Эстер смежила веки, притворяясь, что спит. На самом деле девушку терзали те же страхи, что и ее кузину.

Эйприл прильнула к круглому корабельному окошку. Морские волны показались громадными и грозными. Нигде не видно было земли. Никаких шансов убежать.

– Папа! – вдруг пробормотала Эстер. Сон все же сморил ее, но не принес долгожданного покоя. Эйприл безуспешно пыталась ее разбудить.

– Папа… прости меня…

Эйприл изо всех сил тряхнула кузину за плечи, и та открыла глаза, но продолжала оставаться во власти кошмара.

– Я во всем виновата…

– Неправда. Ты просто бредишь. – У Эйприл от жалости к кузине разрывалось сердце.

– Если б я так не поступила…

– Все в прошлом, – прервала ее Эйприл. – Не занимай этим голову. Подумай лучше, как нам вырваться из рук неверных.

– Да-да, конечно, – Эстер не сразу пришла в себя.

Перед ее мысленным взором возникали ужасные картины их пленения и казни маленького капитана. А вместе с ними и воспоминания о том, как не помогли ей уроки обращения с оружием, которые она брала вместе со своим братом, уберечь отца в момент нападения на него.

Эйприл прислушалась и уловила шорох за дверью каюты. Эстер мгновенно выхватила кинжал из-под подушки, бесшумно пересекла босиком пространство каюты и прижалась к стене возле двери.