Гарем

Грассо Патриция

Зато следующий день выдался солнечным. Пассажирки с вожделением ждали наступления часа разрешенной им прогулки.

Как только пробили склянки, Эстер и Эйприл появились на палубе. Солнце обдавало их жаркими лучами, море выглядело ласковым и спокойным. Однако Эстер не позволила себе расслабиться. Завидев на мостике капитана, она устремилась к нему, подобно разъяренному солдату, атакующему неприятеля.

– Почему мы вынуждены умываться морской водой и портить себе кожу? Я и моя служанка – мы

не потерпим такого обращения.

Капитан Арманд второпях, рискуя потерять уважение команды, пренебрег трапом, где мог столкнуться с Эстер, а перепрыгнул через перила мостика и исчез из виду.

Отличная погода баловала их еще три дня. Пресная вода теперь подавалась для умывания, правда, лишь в крохотной бадейке, но Эстер нашла новый повод для бунта.

– Мне надоело принимать пищу не за столом, а сидеть на краю койки и хлебать варево из вашей миски, держа ее у себя на коленях.

И опять капитан Арманд промолчал и скрылся от разгневанных пассажирок между стеньгами и натянутыми парусами в переплетении корабельных снастей.

Двумя сутками позже «Красавица Белью» прошла через Гибралтарский пролив, ночью миновала испанское побережье и, изменив курс, повернула к южным берегам Франции. Выйдя на палубу, Эстер и Эйприл ощутили теплый, ласковый ветерок, похожий на нежное прикосновение.

Это было преддверие рая. А что же будет в самом раю? Солнце пригревало, блики играли на гладких волнах, цвет водной поверхности постоянно менялся – он был то голубым, то изумрудно-зеленым.

– Здесь, наверное, должны жить сами боги! – выдохнула Эйприл.

Обе девушки в который уже раз разглядывали миниатюру жениха Эстер.

– Раз он живет в таком солнечном краю, то и душа его должна быть соткана из света.

– Как же! Он прячется в своей норе и выходит оттуда только по ночам, – убежденно заявила Эстер. – Ты чересчур доверчива и совсем не разбираешься в людях – вот что я тебе скажу.

Она презрительно щелкнула ногтем по миниатюре.

– Если бог всеведущ и милостив, то пусть он что-нибудь придумает и избавит нас от встречи с этим исчадием ада.

За время путешествия у Эстер накопилось столько злобы против жениха, что, превратись эта злоба в горючую смесь, она спалила бы любой самый укрепленный замок.

– Но ты же с ним незнакома. Может, он завоюет твое сердце, – робко возразила Эйприл. – Дай ему шанс.

Эстер скорчила такую гримасу, будто съела что-то очень горькое.

– Что с тобой? – заволновалась Эйприл.

– Когда я выйду замуж за этого урода, мне придется спать с ним в одной постели! А ты, дурочка, представляешь, какое это испытание?

– Ой, я об этом как-то не подумала.

– Я буду обязана с ним спать и выполнять все его прихоти. У меня нет слов, чтобы выразить, как мне

это противно. Почему королева не выдала меня замуж за какого-нибудь нормального мужчину, а выбрала этого Хорька?

Эйприл, видя, что Эстер в отчаянии, совсем растерялась.

Эстер вдруг улыбнулась, и улыбка ее была такой солнечной, как и небосвод над Средиземным морем в эту минуту.

– Знаешь, что я придумала? Я сделаю так, что не понравлюсь этому графу. Он меня возненавидит и отошлет обратно.

Эйприл отнеслась к этой идее с недоверием.

– Ты слишком красива, Эстер. Даже веснушки на носу тебя не портят. Как ты предстанешь перед графом уродиной?.. Если только… – тут Эйприл запнулась, – если только граф предпочитает компанию мужчин, а не постель с женщиной.

– Что? – Эстер смотрела на нее с неподдельным изумлением.

Эйприл, почувствовав, что завладела вниманием кузины, продолжила:

– Я знаю, что такие мужчины есть. Мне говорили об этом оруженосцы твоего брата.

Эстер разразилась смехом, чтобы скрыть свое смущение.

Но ей было не до смеха, когда наступил новый день, и она встретила его совсем разбитой после бессонной ночи, проведенной в гамаке в жаркой, душной каюте.

Капитан Арманд явился собственной персоной, чтобы осведомиться о самочувствии своих пассажирок.

Эстер запустила в него пустой оловянной тарелкой, попала в цель, но олово – легкий металл, и тарелка не причинила коротышке ощутимого вреда.

В положенный час Эстер, с особой торжественностью сопровождаемая Эйприл, поднялась на палубу для разрешенной прогулки.

«Довольно мне терпеть унижения от французских мужланов», – было написано на ее лице. Она была готова на яростный приступ или, наоборот, разразиться слезами, но любой ценой хотела добиться от капитана отмены тюремного режима, который он установил для английских леди.

Но ее порыв был напрасен, ибо наткнулся на пустоту. Капитана на мостике не было.

Эстер растерянно огляделась.

– Пожалуйста, позовите капитана Арманда!

Какой-то матрос лишь ухмыльнулся в ответ и неопределенно пожал плечами.

Девушки из упрямства не покинули палубу и провели на ней положенные им два часа, чем, вероятно, доставили удовольствие скучающей команде.

Когда склянки пробили четыре и пассажирки собрались спускаться в каюту, Эйприл углядела издалека коротышку-капитана. Но она предпочла не сообщать об этом кузине. Ясно было, что мсье Арманд устал от нескончаемых нападок леди Эстер и попросту от нее скрывался.

Эстер вернулась в каюту в самом дурном настроении, и всю накопившуюся в ее душе злость она обратила на нареченного своего жениха. Когда состоится их личная встреча, ему придется несладко.