Гарем

Грассо Патриция

Эстер безуспешно выискивала взглядом береговую линию, но та уже сровнялась с гладью океана. Англия исчезла из жизни Эстер, если не навсегда, то, во всяком случае, на долгое время.

Тревога охватила девушку, хотя, конечно, она бы в этом никогда не призналась. Эйприл прижалась к ней, ища в более сильной духом подруге поддержку и защиту от грядущих реальных и воображаемых опасностей.

– Что ж, отлично, – заявила Эстер, не теряя достоинства, – проводите нас, сэр.

Далее спорить и ссориться с капитаном не имело смысла.

Ведь им предстояло долгое совместное плавание.

Капитан Арманд вздохнул с облегчением. Хоть какой-то малости он все-таки добился.

Он распахнул перед английскими леди узкую дверь и показал тесное помещение, где им предстояло томиться, пока корабль преодолеет Бискайский залив, узкое горлышко Гибралтара и самый опасный участок пути по Средиземному ласковому морю до Марселя.

Каюта, куда без всяких проявлений галантности, поспешно и весьма бесцеремонно втолкнул девушек капитан Арманд, едва ли размерами превосходила конюшенное стойло.

– Это будет вашим домом на ближайшие две недели, – пояснил он.

Тесное пространство освещалось через крохотное круглое оконце. К выгнутой стенке под иллюминатором крепилась узкая койка, середину пространства занимал столик, также прикрепленный ножками намертво к доскам пола. Никаких стульев здесь не подразумевалось. Сундучки, заполненные пожитками юных леди, расставили вдоль боковой переборки, и протиснуться между ними и столом было нелегкой задачей. Над сундуками был подвешен на веревочных петлях к крюкам, вбитым в переборки, кусок грубой парусины.

Эстер ткнула в него кулачком, и он качнулся в ответ, чуть не задев ее по носу.

– Что это такое?

Капитан Арманд позволил себе улыбнуться.

– Это гамак. Ваша служанка будет в нем спать.

– Я буду спать в гамаке, – тотчас заявила Эстер, взглянув на изменившееся лицо своей кузины. – Гамак выглядит более удобным, чем эта узкая койка.

Капитан не стал возражать, а только пожал плечами.

– Во время путешествия вам, леди, разрешается пребывать на палубе от двух до четырех пополудни. И не более. Прогуливайтесь, глубже дышите и запасайтесь воздухом на остальную часть суток. Еда будет доставляться вам сюда. Есть вопросы?

– Где мы будем вкушать наши яства? – Зеленые глаза Эстер излучали ярость. – К столу нельзя даже присесть. Вы не удосужились принести стулья.

– Для них нет места в каюте. Присядьте на койку, и вы легко дотянетесь до стола. Тарелки ставятся вот в эти углубления на случай качки. – Капитан указал пальцем и добавил сурово, предупреждая взрыв протеста от непокладистой английской леди: – На корабле существуют строгие правила поведения, и нарушение их рассматривается как мятеж.

– Тогда скажите, кто мы? Желанные и почетные гостьи вашего графа или его пленницы? – Эстер перешла в наступление.

– Леди Эстер! Все предпринимается лишь для вашей безопасности.

Капитан торопился покинуть каюту, но Эстер

задержала его, постаравшись смягчить, насколько возможно, чарующей улыбкой возникшую напряженность:

– Позвольте задать вам вопрос?

Капитан Арманд немного оттаял.

– Белью расположен на Средиземном море, а там, как я слышала, всегда солнечно. А что еще вы могли бы поведать мне о будущей моей обители? Я жажду узнать побольше и о самом графе.

– Мне надо быть на палубе, миледи, – внезапно заторопился капитан.

– И все же скажите! Почему мой жених сам не приплыл в Англию за своей невестой, как это принято?

– Граф не делится со мной своими планами. Кроме того, у него, как у любого могущественного вельможи, множество врагов, которые рады были бы расправиться с ним, если он покинет замок и отправится в морское путешествие.

– Он что, трус? – ехидно поинтересовалась Эстер.

Эйприл укоризненно взглянула на кузину. Неизвестно, как отнесется капитан к подобному оскорбительному высказыванию, но тот не произнес ни слова. Он молча удалился, плотно затворив за собой узкую дверь каюты, не удосужившись даже раскланяться.

– Зачем ты лезешь в бутылку? – накинулась Эйприл на кузину.

Она по-настоящему испугалась наказания за бунт на корабле. Эстер лишь усмехнулась.

– Я получила еще одно доказательство, что граф хорек не только по внешности, но и по характеру!.. Трусливый ночной хищник.

Эйприл горестно вздохнула, не смея возразить кузине.

Попутный ветер сопровождал «Красавицу Белью» от Дуврского залива через весь Ла-Манш, до самой Атлантики. Сутки прошли, вечерняя трапеза и завтрак были поданы вовремя и съедены, судовые склянки наконец пробили два пополудни, и Эстер выскочила из надоевшего ей до смерти гамака.

– Пора на палубу!

Эйприл выглянула в иллюминатор.

– Небо такое хмурое…

– Черт с ним, с небом! – Эстер быстро оделась, накинула плащ. – Немного соленых брызг только освежит нас. Ты идешь со мной или останешься в этой берлоге?

Долг требовал от Эйприл сопровождать миледи всегда и повсюду. И она подчинилась долгу.

Капитан Арманд, увидев девушек, поднявшихся на палубу, заорал, будто отдавая команду в морском сражении:

– Черт побери! Исчезните отсюда немедленно!

Эстер отозвалась на редкость спокойно:

– Зачем так надрывать голос, мсье капитан? Вы сами накануне объявили, что с двух до четырех нам разрешено дышать свежим воздухом.

– Погода для этого неподходящая, – пробурчал капитан.

В подтверждение его слов из низких облаков, чуть ли не касающихся клотиков мачт, хлынул омерзительный холодный ливень.

– Черт его побери вместе с его погодой! – воскликнула Эстер, добавив не свойственное девичьим устам грубое выражение. Промокшие девушки, не мешкая ни минуты, сбежали вниз, в относительный уют и тепло своего убежища.