Галки
Шрифт:
Искра собралась подняться к себе, когда появились Диана и Мод.
– Святый боже, ну и дыра, – заметила Диана, переступив порог. – Мы, пожалуй, сходим поесть в другое место.
– И не думай, – одернула ее Искра. – Мы тут затаимся, а на рассвете отправимся на Восточный вокзал.
Мод посмотрела на Диану:
– Ты обещала сводить меня в «Риц».
Искра с трудом сдержалась:
– Вы что, с луны свалились? Никто никуда не выходит! Ясно? Мне нельзя торчать в холле. Пока Мод оформляет номер, ты, Диана, подождешь остальных.
Поднимаясь
– Послушай, – окликнула ее Искра, – не продашь свой парик?
Негритянка приняла Искру за неопытную проститутку.
– Дорогуша, я без него не могу работать.
Искра протянула ей тысячу франков:
– Купи себе другой.
Негритянка разом изменила мнение об Искре: с такими деньгами нет нужды зарабатывать на панели. Пожав плечами, она взяла банкноту и отдала парик.
– Что ж, нынче ночью у меня выходной.
В номере Искра зачесала назад короткие светлые волосы, закрепила их шпильками и надела парик. Ее облик преобразился, но теперь на лице выделялись светлые брови. Достав из косметички карандаш для бровей, Искра их затемнила. Получилось намного лучше.
Затем Искра вынула из кармана куртки свои документы и с величайшей осторожностью тем же карандашом отретушировала волосы и брови на фотографии. Закончив, она решила, что обнаружить подделку практически невозможно. Сняв парик, Искра улеглась и мгновенно заснула.
Ее разбудил стук в дверь. Уже темнело, она проспала несколько часов.
– Кто там?
– Руби.
Искра открыла.
– Все в порядке?
– Дианы и Мод нет в номере.
– Чертовы идиотки, – встревожилась Искра. – Улизнули-таки.
– Куда они могли пойти? – спросила Руби.
– Мод хотела в «Риц».
Руби не поверила:
– Не такие же они дуры!
– Диана влюблена. Она сделает все, о чем попросит Мод. Идем. Надо их вытащить.
Искра надела парик.
– А я еще гадала, почему у тебя потемнели брови. Здорово, ты совсем на себя не похожа.
– И прекрасно. Захвати пистолет.
Внизу хозяйка передала Искре записку от Дианы.
«Мы перебрались в гостиницу поприличнее. Встретимся на Восточном вокзале в пять утра. Не волнуйся!»
Искра показала записку Руби и порвала на кусочки.
Дитер валился с ног от усталости. Он пустил в ход все свои связи и дар убеждения, чтобы за первую половину дня отпечатали и расклеили тысячу объявлений о розыске. К тому же он ночь не спал. Нервы у него были на пределе, голова болела.
Но стоило ему войти в просторную парижскую квартиру с видом на Булонский лес, как на него снизошло умиротворение. Чтобы заполучить ее, он не скупился ни на взятки, ни на угрозы, но квартира того стоила. Дитеру нравились темные панели красного дерева, тяжелые шторы, серебро восемнадцатого века в серванте.
Он
На письменном столе стоял телефон. Дитер посмотрел на него и подумал, не позвонить ли домой в Кёльн. Конечно, это было непросто: французская телефонная сеть была перегружена. Однако ему вдруг сильно захотелось услышать голоса детей.
Дитер не успел снять трубку – телефон зазвонил.
– Майор Франк слушает, – ответил он.
– Говорит лейтенант Хессе.
У Дитера подскочило сердце.
– Нашли Искру Кларэ?
– Нет, но улов неплохой.
Вестибюль отеля «Риц» на Вандомской площади был залит светом, в барах по обе стороны вестибюля толпились мужчины в вечерних костюмах и парадных мундирах. В гуле голосов преобладали щелканье и рокот немецких согласных, а не томность французских гласных. Искре показалось, что она вступила во вражескую цитадель.
Руби остановилась, а Искра подошла к конторке. Консьерж посмотрел на нее свысока. Рассудив, что она не немка и не богатая француженка, он холодно осведомился:
– В чем дело?
– Узнайте, у себя ли мадемуазель Легран, – властным тоном сказала Искра. Она предположила, что Диана наверняка зарегистрируется под фамилией, указанной в фальшивых документах. – Я ее служащая, мадам Мартиньи.
– Вообще-то мадемуазель сейчас ужинает во втором зале.
Искра и Руби пересекли вестибюль и вошли в ресторан. Там все дышало изысканностью – белые скатерти, столовое серебро, – свечи. Официанты в черном скользили по залу с подносами. При виде этой картины никому бы и в голову не пришло, что половина Парижа живет впроголодь.
Остановившись в дверях, Искра сразу же увидела Диану и Мод. Они сидели за столиком в самом конце зала и пили вино. Искра была готова задушить Диану.
Она уже направилась к столику, но перед ней вырос метрдотель. Бросив многозначительный взгляд на ее дешевый костюм, он спросил:
– Чем могу служить, мадам?
– Мне нужно поговорить с дамой за дальним столиком.
– Я передам ей, что вы здесь. Как вас назвать?
– Мадам Мартиньи. Скажите, что я срочно должна с ней переговорить.
– Будет исполнено. Соблаговолите подождать здесь.
Метрдотель поговорил с Дианой и кивнул Искре.
– Лучше подожди здесь, – сказала она Руби и двинулась к столику Дианы.
За спиной у Искры послышался какой-то шум. Она обернулась и обомлела.
В дверях стоял одетый с иголочки немецкий офицер, которого она видела на площади в Сент-Сесили. Искра мигом отвернулась. У нее перехватило дыхание, она молилась, чтобы офицер ее не заметил. Черный парик внушал надежду, что ее не узнают с первого вьгляда. В памяти у нее всплыло имя из досье Перси Туэйта: Дитер Франк.