Гадюка

Мун Келли

Маркус тоже хотел спрятаться.

Желательно между пышных грудей Кэти Фостер.

Когда он подумал об этом, то вдруг понял, что никогда раньше не был с gringa (4). Маркус стал фантазировать о ней, представляя ее мягкую, розовую киску. Он был уверен, что она сладко пахнет, как и ее клубничный гель для душа, который он почувствовал в закусочной. Скорее всего, на вкус она еще слаще. Маркус заставил себя не думать об этом, потому что от этих мыслей он невероятно возбудился.

Вопреки здравому смыслу, он взял телефон и

вошел в крэйгслист, чтобы перечитать старые сообщения Кэти, надеясь, что Чуито уже спит. Его двоюродный брат, казалось, тоже был взволнован, как будто боролся с теми же демонами, что посещали Маркуса. Если повезет, Чуито уже крепко спит, потому что от этих сообщений он кончал быстрее, чем от порно. Ему сложно было отпустить мечту, проделав такой путь, чтобы только лишь коснуться ее. Сон явно не предвиделся.

Он планировал перечитать старые сообщения, которые прочел уже, наверное, дюжину раз, вот только не все были старыми. Было одно новое, которое он увидел первым в списке, еще даже не начав поиск.

"Мужчине с необычной татуировкой змеи, который "столкнулся" со мной в Новогоднюю ночь в Гарнете.

Я устала от тихой, размеренной жизни. Она не принесла мне ничего, кроме разочарований. Я знаю, что тебе в разы труднее, потому что ты мчишься по жизни совершенно в ином направлении. Может быть, дело вовсе не в положительном и отрицательном; возможно, все дело в том, чтобы встретиться посередине.

Я хочу столкнуться еще раз, на этот раз на наших условиях, и надеюсь, что ты тоже этого хочешь.

Я оставлю свет включенным".

Маркус заворожено смотрел на сообщение. В его ушах громыхал пульс, а член напрягся до боли. Он не мог связно мыслить от единственного простого приглашения. Желание пронзило все его существо. Его мышцы напряглись от чистого сексуального отчаяния, которое он в жизни не испытывал. Обычно он брал то, что предлагали, и этих предложений было в избытке. Но он никогда не сталкивался с запретным плодом, таким как Кэти Фостер.

Он никогда не отказывал себе.

Еще сложнее было отказаться тогда, когда она была готова и ждала его. Если бы можно было заткнуть этот надоедливый тоненький голосок совести, который появился так не вовремя.

Он посмотрел время на телефоне.

23:48.

Затем он снова перечитал сообщение, отметив, что оно размещено три часа назад. Он стал размышлять, как долго будет гореть свет, как вдруг тишину разорвал яростный, жесткий крик. Маркус вскочил и инстинктивно потянулся за пистолетом, который обычно держал ночью под подушкой. На этот раз мужчина оставил его в машине.

— Это за Хуана! Ты, кусок дерьма! Гори в аду, ублюдок!

Маркус посмотрел на открытую дверь в спальню Чуито. По его спине пробежал неприятный холодок, когда он понял, что это был не простой сон, приснившийся брату. Это было его воспоминание.

* * * *

Парень был мертв как минимум десять минут, но Чуито продолжал пинать безжизненное тело члена конкурирующей банды. Одного из тех шестерых, кто обстрелял дом, в котором жили Маркус и его мать

вместе с тетей Софией, Чуито и Хуаном. Не исключено, что мертвый ублюдок, лежащий на земле, был тем, кто пустил пулю, унесшую жизнь матери Маркуса или его кузена Хуана, умного, позитивного парня так не похожего на них с Чуито в его возрасте. В тринадцать они бросили школу и воровали машины, а Хуан учился на одни пятерки. Вся семья думала, что он пойдет в колледж. Он хотел стать врачом, и Маркус постоянно шутил по этому поводу, что было бы удобно иметь доктора в семье. Такой врач не стал бы звонить копам по поводу каждого чертового ранения. Но теперь Хуан мертв, а этот мудила мог быть его убийцей. Эта единственная мысль пульсировала в голове Маркуса, пока он наблюдал, как выражение лица Чуито становилось неузнаваемым, нечеловеческим. Держа палец на курке Глога, Маркус следил за выходом из переулка. Всякий раз, когда он оборачивался и видел кровь и зубы по всей дороге, выражение его лица оставалось бесстрастным.

— Эй, Диего!

Маркус напрягся и вышел посмотреть на дорогу, ведущую к клубу. Он узнал других членов банды Диего, которые искали своего пропавшего брата. Их было четверо. Обычно, это не значило ничего хорошего, но сейчас Маркус, как и Чуито, был бесстрашен.

Что могло произойти с ними в худшем случае? Смерть? И что бы это изменило? Ни один из них не хотел жить дальше с чувством вины за смерть матери Маркуса и Хуана, понимая, что те пули предназначались им двоим.

— Я узнал одного, - сказал Маркус Чуито.

Он также узнал того, которого Чуито забил до смерти в переулке. В ту ночь Маркус в спешке выбежал из дома, который только что изрешетили пулями, с Глогом в руке. На своих двоих он бросился в погоню за машинами. Он бежал до тех пор, пока две машины не скрылись из виду. У Маркуса всегда была странная память на автомобили, он запоминал все мельчайшие детали. Лица в окнах, номерные знаки. А может, все дело было в той ночи, потому что все подробности отпечатались в его памяти в невероятных подробностях. Хотя не важно, какова была причина, ему было легко узнать мудаков, уничтоживших его семью.

— Пацан в красной футболке, - Маркус посмотрел в глаза брату, который отошел от трупа. Он понял, что Чуито хотел уступить следующего ему. Они поклялись убить каждого виновного голыми руками, поэтому Маркус спрятал пистолет за ремень джинсов на спине.

— Ты можешь заняться остальными, но его оставь мне.

* * * *

В то время как Маркус вспоминал прошлое, входная дверь распахнулась.

Его рука снова по отработанной схеме дернулась за пистолетом. К счастью, в вошедшем человеке он узнал рыжеволосую соседку Чуито.

Элейн.

Она вошла в квартиру по-хозяйски, при этом на ней была надета только простая ночная рубашка, достаточно скромная, но просвечивающаяся в неярком свете, оставляя мало места для фантазий. Однако девушка была не во вкусе Маркуса. Элейн недоставало женственных изгибов, хотя Чуито всегда нравились худенькие.

Может поэтому он так хорошо вписался в этот город.

— Toma tu tiempo (5), Марк, - голос Чуито, доносившийся из спальни, был более холодным, расчетливым и опасным.
– Haz que el cabr'on sufra (6).