Габриэль
Шрифт:
— Итак, ты следуешь правилам. Что ещё?
Его голос был ровным и непринуждённым, что контрастировало с его жёсткими чертами лица. Он поднял руку, как бы сигнализируя о чём-то. Вскоре из ниоткуда появился официант.
Он заказал виски, а затем посмотрел на меня:
— Ещё стаканчик?
— Воды, — ответила я.
Официант повернулся, чтобы уйти, но он снова поднял руку, останавливая его.
— Ты тоже скучная.
Это не был вопрос, а утверждение. Я смотрела на него потрясённая и разъярённая. Ярость внутри
— Ну же, ещё один стаканчик не приведёт к тому, что ты потеряешь всякое представление о морали и закончишь ночь горячим страстным сексом без обязательств с совершенно незнакомым человеком, — он усмехнулся в ответ. — Конечно, если ты этого не хочешь.
Мои глаза расширились от его дерзости. Прозвенел звонок, но я знала, что он не собирается уходить, так же как и парень с монотонным бормотанием, который всё ещё разговаривал с моей сестрой.
— Дай угадаю, — его длинный палец обводил свои губы, пока он наблюдал за мной. — Космо?
Я сузила глаза.
— Мартини. Конечно, сухой.
Я отвернулась, сделала глубокий вдох, борясь с сохранением самообладания.
«Кем этот мудак себя возомнил?»
— Нет? Как насчёт «Секса на пляже»? «Волосатый пупок»? — он прикусил нижнюю губу, забавляясь сам с собой.
Я фыркнула и сложила руки.
— Ты плохо разбираешься в людях. И, очевидно, лифт не доезжает до верхнего этажа, — я улыбнулась и подняла свой пустой бокал, чтобы подкрепить свои слова. — Этот бокал выглядит так, будто я только что выпила «Космо»? Мартини? Или один из тех фруктовых напитков, с которыми ты, похоже, так хорошо знаком, — я повернулась к официанту, который наблюдал за нами, как за теннисным матчем. — Мне, пожалуйста, чистый бурбон.
— Интересно, — прокомментировал назойливый мужчина, продолжая пристально смотреть на меня. Его часы сверкают в отражении потолочных светильников. Я сосредоточилась на его руке, которая демонстрировала не только кольца, но и татуировки на пальцах. Он теребил свою короткую, аккуратно подстриженную бороду, а затем задумчиво провёл пальцем по губам.
Я старалась не ерзать под его строгим взглядом, не сомневаясь, что он — проблема. Он ясно дал понять, что с ним не стоит связываться.
Но сейчас я не могла отступить.
— Правда? — спросила я в ответ, стараясь выглядеть и звучать холодно, спокойно и собранно. — Похоже, ты знаешь меня как свои пять пальцев, хотя и промахнулся мимо цели на целый километр, что уже многое говорит о тебе. Почему бы тебе тогда не рассказать что-нибудь интересное о себе?
— Ты не знаешь, кто я? — спросил он высокомерно, сузив глаза.
Мышцы его точёной челюсти дернулись в раздражении. Я решила подыграть ему, потому что, честно говоря, не знала, кто он такой.
— А я должна? — с недоумением огляделась вокруг и заметила, что несколько девушек, включая Ванессу и её подруг, бросают
Моя сестра и Клара были поражены.
— Итак, ты меня не знаешь. Но что-то же заставило тебя проявить интерес ко мне раньше.
Самодовольная ухмылка на его лице заставила мою руку дернуться в предвкушении: интересно, каково это — ударить его по этому красивому лицу.
— Это была смелость, — непринуждённо ответила я.
Ему не нужно было знать, что мой мозг на мгновение перестал функционировать.
— Смелость?
— Да. Знаешь, вызов? И я никогда не отступаю от него, — я закрутила кончик волос на пальце. — Так что не раздувай своё и без того огромное эго.
Кажется, он на мгновение задумался, прежде чем приподнять свои тёмные брови:
— Ты, должно быть, говоришь правду — иначе ты бы не разговаривала со мной так, как сейчас.
Он снова откинулся назад, сложив руки, и его чёрная рубашка расстегнулась в верхней части. На загорелой груди и вдоль шеи виднелись несколько татуировок.
— Дай угадаю, женщины бросаются к твоим ногам, верно?
Официант поставил наши напитки и, не оглядываясь, вернулся на свой пост, который он занимал весь вечер.
В ответ он снова пожал широкими плечами.
— Похоже, твой друг тебя не боится.
Когда я перевела взгляд на Луку, который разговаривал с Луной, я заметила, что он не был так сильно вовлечён в разговор, поскольку его глаза перебегали на Карлу за то короткое время, что я наблюдала за ним.
— Ему это не нужно. Он мой кузен, — ответил Габриэль.
Наступило неловкое молчание, прежде чем он заговорил снова:
— Меня зовут Габриэль, но большинство людей зовут меня Габ.
— Ну, Грабби, — сказала я, намеренно игнорируя прозвище. — Почему ты здесь? Похоже, ты не ищешь любовных отношений, не говоря уже о долгосрочных. Ты мог бы получить любую женщину, какую захочешь, но вместо этого ты выбрал место для быстрого свидания, — я наклонилась вперёд и приподняла брови.
— Я Габриэль, а не Грабиэль, — он поднёс бокал с виски к губам и сделал глоток, не сводя с меня глаз. — И назовём это… моральной поддержкой.
Может быть, дело в алкоголе, но я нахожу эту ситуацию уморительной и разражаюсь смехом. Он прищурил глаза и огляделся вокруг, так как мой громкий смех привлёк несколько любопытных взглядов.
Я успокаиваюсь, вытираю глаза и снова выпиваю.
— О Боже, мне это было нужно, — говорю я.
Тянусь к проходящему мимо официанту и хватаю его за руку:
— Извините, ещё бурбона, пожалуйста.
Официант кивает и уходит, чтобы принести мой напиток.
Прозвенел звонок, и я подумала, что наш странный, но немного забавный обмен мнениями закончился. Однако, один взгляд на него заставил человека, который пробирался к моему столику, отвлечься.
Габриэль продолжал наблюдать за мной: