G.O.G.R.
Шрифт:
Серёгин положил в пакет лампу – коногонку.
– Нужно как-то вытащить труп, – сказал Пётр Иванович, поднимаясь на ноги. – Но мы просто так, по памяти, не найдём входа в эту пещеру. Я оставлю нитку тут. Когда вылезем (наконец-то!), я вызову судмедэкспертов. Мы снова сюда спустимся (нет!) и заберём этого горе-слесаря.
Пётр Иванович вытащил из кармана свою катушку и перерезал нитку перочинным ножиком. Подойдя к выглядывающему из свода пещеры корню, он привязал к нему конец.
– Вот так. Вылазим.
Пётр Иванович, наконец-то повернул назад, перебирая
Наконец, они выбрались из жуткого подземелья в подвал, а затем – через лаз – на улицу. Выбрались, благодаря нитке Петра Ивановича. Если бы не она – заблудились бы, как тот сантехник, честное слово! Оказавшись на улице, Сидоров благодарил бога, за то, что вновь видит это доброе солнышко, а Серёгин позвонил в отдел судмедэкспертизы и вызвал специалистов.
====== Глава 41. Нитка оборвалась. ======
Специалисты приехали очень быстро. Стали, по одному, протискиваться в узкую нору. Протиснули и складные носилки. Сидорову тоже пришлось вернуться в подвал, хоть у него и тряслись коленки. Однако сержант не хотел показать себя трусом. Пётр Иванович нашёл свою нитку.
– А это вы здорово придумали, – заметил один из экспертов.
– Это – Тесей придумал, а не я, – скромно ответил Серёгин.
Пётр Иванович обсуждал с тремя экспертами, как они будут выносить сантехника, а Сидоров – опять пугался любого шороха. У каждого эксперта был фонарик. Теперь по осклизлым стенам катакомб плясало множество теней. Они шли, ведомые ниткой, мимо неприятных, костлявых мумий, которые Сидорову казались ужасно зловещими. Сидоров прислушивался к гулким шагам, присматривался к подвижным теням. Ему чудилось, что за ним пристальнейшим образом наблюдает кто-то, кого почти невозможно увидеть, для кого темнота – укрытие, из которого можно внезапно напасть. Он прямо, впивается в спину сержанта своим чудовищным взором! Фонари экспертов были мощнее, чем у Петра Ивановича. Они светили далеко вперёд. И в этом далёком впереди тень Сидорова, та, которая махала ручкой, вдруг отошла от стены и оборвала нитку...
– Любопытный лабиринт, – говорили эксперты, – Надо будет археологов сюда пригласить. Им будет интересно.
– Да, – согласился Пётр Иванович. – Я и сам не ожидал такого.
А потом он поднял с пола конец нитки.
– Странно, – следователь почесал затылок. – Порвалась... Как же так? Такая прочная нитка...
Пётр Иванович поискал на полу второй конец. Но он исчез.
– Вот что сделаем...
Серёгин достал из кармана катушку и привязал к ней оторванный конец.
– Найдём по памяти.
Они двинулись вперёд. Из кармана следователя вновь тянулась нитка. Но, сколько они не бродили по мрачным катакомбам – таинственной пещеры больше не нашли. У Сидорова исчезло ужасающее ощущение жуткого взгляда. Словно чудовище ушло, выпустив жертву...
Наткнувшись на глухую, каменную стену, Пётр Иванович вынужден был повернуть назад, заматывая нитку. И что же здесь могли прятать загадочные американцы
Когда они снова выбрались на улицу, было темно. Часы показывали восемь часов вечера. А ведь когда приехали эксперты, было всего четыре! Неужели, они четыре часа слонялись по подземелью?! Да уж, а люди над этим всем живут... Биопатогенная зона – и только! А этот дурачок купил здесь квартиру!..
====== Глава 42. Куда не заплывали кашалоты. ======
Додик снова сидел на стуле перед Серёгиным.
– Я уже спать лёг, – недовольно проворчал он, глядя исподлобья.
– Жаворонок? – осведомился Сидоров.
– Представь себе! – огрызнулся Додик.
– Так, хватит! – прекратил перепалку Пётр Иванович. – Раз я тебя опять пригласил – значит, у меня к тебе есть важные вопросы.
– Ладно, – буркнул Додик, подавив зевок.
– Додик, а ты знаком с братьями Семёновыми? – спросил Серёгин
– Так... Семёновы... – Додик задумался. Покрутил головой, разглядывая потолок. Согнал мушку, севшую ему на нос.
– Семёнов. Знаю я одного Семёнова. Это – водитель Сумчатого. Жорик... То есть, Георгий.
Жорик! Не он ли информировал покойного майора Кораблинского?!
– И всё? Больше не знаете?
– Не-а, – Додик покачал головой. – И брата у него нету. Одна сестра и мать.
– А ты про ЧП «Луч» когда-нибудь слышал?
– «Луч»? – переспросил Додик. – Какой ещё «Луч»? Не знаю я никакой «Луч»!
– Будем бить, – тихо пообещал Сидоров.
– Да, бейте, пожалуйста! – «разрешил» Додик. – Я вам врать не собираюсь! Мне это не выгодно. Но про «Луч» я не слышал, честно.
«Откуда ему знать, правда, что, – подумал Пётр Иванович. – Он же – шестёрка. Шестёрок в такие дела не посвящают. Да-а, сколько бились, а дальше шестёрок не пошли... Неужели, – «глухарь»?»
– Ладно, Додик, – сказал Серёгин, подумав о том, что организация, на след которой они с Сидоровым напали, может, и не имеет отношения к нефтебизнесу. – А чем занимается Сумчатый?
– У Сумчатого – сеть автозаправок «Казак» и казино ещё. «Зигзаг», который в парке там, рядом с балкой, бывший «Петушок». Это – тоже его.
– Сеть заправок? – переспросил Серёгин, и подумал: «Неужели, в яблочко?»
– Ага, – согласился Додик. – Только я не знаю, у кого он бензин покупает. По-моему, у разных.
– А у Сумчатого есть враги?
– Ещё как! – выдохнул Виктор. – Кашалот! Самый гад.
– Чем занимается?
– Тем же, что и Сумчатый.
– Понятно. Как зовут?
– Не знаю. Кашалот и всё. У них у всех погонялы. А имена они скрывают.
– Кашалот... – повторил Серёгин, перебирая в памяти находящихся на свободе рецидивистов. – Ты его видел?
– Да, – кивнул Додик. – Он такой невысокий, но коренастый, с усами. С лица, так, неплохой, только нос, хе-хе, будто кто картоху влепил!
– Картоху, это как? Точнее.
– Точнее, большой нос, и такой – у! – Додик приставил к носу кулак. – Бульбой.
– Скажи-ка, Додик, – начал Пётр Иванович. – А ты знал Рыжего?