Фурия Принцепса

Батчер Джим

Исана слегка улыбнулась с горечью.

— И он отверг ее. Ради девчонки из стедгольда из фуриями забытой глуши.

— Она была частью этого, — прошептала Ария. — Заговора, погубившего его. Вот, что означает письмо Септимуса. Если читать между строк.

— Граждане и лорды, — вздохнула Исана. — Уязвленная гордость. Амбиции. Месть. Их побуждения кажутся такими… заурядными.

Ария печально улыбнулась и кивнула в сторону Рокуса, который находился в эпицентре активности.

— Я думаю, что у тебя было предостаточно возможностей

заметить, что Граждане и лорды могут быть идиотами так же часто, как кто-либо еще. А, возможно, и чаще.

Исана указала на письма.

— Прочти. Это в каждой букве и черточке. Аттис ненавидит Гая. Ненавидит коррупцию, амбиции его сановников.

— И стал тем, что было ему ненавистно, — тихо заметила Ария. — Я полагаю, это и до него случалось со многими людьми.

Огнем расцвел посреди Первого Аквитанского свет горящего меча, который был ясно виден даже с такого расстояния, средь бела дня.

Легионы заревели в ответ, звук долетел как шум волн, обрушивающихся на скалы.

Легион вклинился в массу противника, убивая и сокрушая, копья огня полетели в самых крупных из Ворда, сферы раскаленного добела пламени окутывали головы бегемотов и они обрушивались вниз, расплющивая соратников.

Крыло конницы, отделившееся от Легионов, располагающихся по обе стороны Первого Аквитанского, ворвалось в бреши, беспокоя и громя неуправляемый Ворд — в то время как Легион переформировался и отступил, под прикрытием внезапной кавалерийской атаки.

Легион отошел примерно на триста ярдов от первоначальной позиции напротив Ворда и восстановил порядки, когда конница, в свою очередь, укрылась за ними.

Снова Легион столкнулся с Вордом, который теперь наступал плотнее и более организованно. К Первому Аквитанскому с обеих сторон присоединились братские Легионы — Второй Плациды, решила Исана, и Легион Короны, если судить по знаменам.

Снова Ворд был отброшен. И снова кавалерия перешла в атаку и прикрыла отход пехоты.

Еще триста ярдов были отвоеваны — но все больше бронированных фигур оставалось на земле, неподвижные и безмолвные, под наплывом безжалостного противника.

Исана наблюдала, как Легион повторял свой маневр против врага, но с каждым разом Ворд наступал все плотнее, и с каждым разом Легионы отвоевывали все меньше земли прежде, чем им приходилось возвращаться и снова вступать в бой.

— Почему Антиллус все еще не атаковал? — спросила она. Исана оглянулась через плечо на Арариса, который терпеливо ждал сзади. — Если они в скором времени не выдвинутся, Легионы внизу будут уничтожены.

Арарис покачал головой.

— Нет. Аквитейн удерживает их там, где ему нужно.

Он указал на плотные ряды Ворда.

— Он заставляет их сконцентрироваться и готовиться к финальному наступлению.

— Это точно, кровавые вороны, — сказал глядя на поле битвы Антиллус Рокус, подъезжая ближе на своей лошади. — Его летуны заметили нас. Он собирает всех этих больших жуков в одном месте,

чтобы я смог…

Он ударил кулаком по открытой ладони, звук прозвучал шокирующее громко в сравнении с тишиной царившей на вершине холма.

— Неплохая работа, — добавил он с завистливым восхищением в голосе, — для того, кто тянет лишь на любителя.

— Как долго еще? — Спросил его Арарис.

Рокус поджал губы.

— Пять минут. После следующего отступления они пойдут в атаку, и мы возьмем их, — он махнул одному из служащих Легиона, ждавшему неподалеку, и крикнул. — Пять минут!

Возглас быстро и скоординировано распространился по рядам воинов и офицеров.

Антиллус кивнул самому себе, от него исходило чувство уверенности и удовлетворенности. Сейчас он находился достаточно близко от Исаны, чтобы она могла чувствовать его эмоции.

Он прочистил горло и сказал:

— Ваше Высочество?

— Да?

— Могу я минуту поговорить с вами наедине?

Исана вскинула бровь, но наклонила к нему голову.

— Леди Плацида. Арарис. Вы не оставите нас на минуту, пожалуйста?

Ария и Арарис что-то утвердительно пробормотали и отъехали на своих лошадях на пару ярдов дальше.

Конечно они не были одни, но их беседа была на столько уединенной, насколько это возможно в самом разгаре подготовки армии к переезду.

— Вы никогда не спрашивали меня, — начал напрямую Рокус. — Вы никогда не спрашивали меня, почему я приказал своим Легионам направиться на юг. Почему я решил доверить вашему слову безопасность моих людей. Вы только поднялись с постели и сразу же потребовали лошадь, чтобы отправиться в путь.

— Вежливо, — сказала Исана. — Я вежливо потребовала. Я отчетливо помню, что употребила слово "пожалуйста".

Рокус рассмеялся показав зубы.

— Кровавые вороны и фурии. Кажется все-таки Септимус знал, о чем говорил.

Исана улыбнулась в ответ.

— Я подумала, что вы расскажете мне, когда будете готовы.

— Вы также не спрашивали, почему я был… настроен против вас, когда вы пришли к Стене.

— Я подумала то же самое.

Он указал на письма, которые она сжимала в руке.

— Вы их прочли?

— Конечно.

— Ты могла быть одной из них, — просто сказал он. — Могла быть одной из тех вероломных слайвов, что убили его. Родить от него дитя, убить его и посадить ребенка на трон, как только он вырастет.

Исана глубоко вздохнула.

— Вы так по-прежнему считаете?

Рокус помотал головой.

— Я последовал сюда за тобой после того, что ты показала мне там, у подножия Стены.

— И что же?

Высший Лорд пристально смотрел на нее какое-то время, а затем на отчаянную битву развернувшуюся недалеко от них.

— Любой человек, имеющий мозги в голове, ищет в своем предводителе три качества: волю, ум и мужество.

Его взгляд стал отрешенным.

— У Гая было два первых. Он — старый грозный кот.