Фрилансеры

Снегирёва Милена

– По твоей логике получается, что Макдональдс сам себя компрометирует.

– Да, ты прав. Пожалуй, это будет “Вестник здоровья”. – Эля убрала желто-красную гамму из шаблона и налепила на полосу аптекарскую змею и зеленый крест. Текст новости гласил: “Ученые из Масачусетского технологического университета обнаружили, что способность печени расщиплять жир и сахар рассчитана только на один продукт из Макдональдса в месяц. При этом, неважно, какой это продукт, главное, чтобы это была одна порция, иначе последствия для организма могут оказаться плачевными, вплоть до госпитализации”.

“… картошка приравнивается к овощам, к тому же она содержит витамин С, поэтому…”, – продолжил

Паша.

“… во фритюре ее лучше не покупать, а отваривать и есть дома”, – закончила Эля.

Паша отправил Эле картинку с макаронным монстром.

– Что это?

– Это существо, которое разрешает мне есть все, что угодно и при этом, если я попрошу, мне ничего не будет.

– Ну тогда я за тебя спокойна.

Эля запустила в общем доступе клип на песню “Mas Que Nada” и отправила Паше голосовое сообщение, припевая: “Машке надо: малиновые мокасины, каштановую пароварку и спаржу с огурцо-о-о-о-о-о-о-о-ом”.

– А пароварка для каштанов или это цвет такой?

– Цвет.

– Настенька, а тебе что привезти из страны заморской? Привези мне, батюшка, каштановую пароварку!

– Ага!

Глава 6. История знакомства

Как-то раз одним июльским утром Эля решила отправиться поработать в районную библиотеку. После перестановок в комнате настроиться на творчество было сложно: негде было вытянуться во весь рост, глядя как за окном дерутся вороны. Вместо дивана она спала на раскладушке. Единственным спасением ей казалось посидеть в недавно отреставрированной библиотеке на ярких пуфиках с книгой по искусству в одной руке и со стаканом какао в другой. В книгах иногда попадались иллюстрации современных художников, которые казались ей неоконченными. Тогда Эля прибегала к творческому методу и дорисовывала в голове образ, пока он не становился цельным.

На улице собирался дождик, но ветер лишь обдувал прохладой и немножко трепал Элины прямые короткие волосы. Она поспешила и как раз, когда дождь уже начал капать, дверь в библиотеку за ней захлопнулась.

Посетителей почти не было. Эля уже обрадовалась и предвкушала, как она уединится в комнате среди разноцветных, разноформатных книг в толстом и мягком переплете, но на входе ее встретила тетка дидактического вида с сахарной улыбкой и угрожающе следящим за каждым движением посетителей взглядом.

"Полёт фантазии как отрезало", – подумала Эля.

Вместо того, чтобы совершать открытия в мире искусства с Матиссом и Босхом, Эля нехотя плюхнулась на пуфик и угрюмо уткнулась в первый попавшийся журнал. Тетка сначла расхаживала со скрипом по читальному залу, а потом уселась прямо у Эли под носом, как бы давая понять: одно неправильное движение – и я вышвырну тебя отсюда.

Эля сначала старалась не обращать внимание на надзирателя, висящего над душой, но вскоре не выдержала и начала строить коварный план по избавлению от вездесущей тетки. Первым делом Эля начала невозмутимо скрипеть глянцевыми страницами журнала так долго, сильно и противно, что библиотекарша потерла висок, встала и пошла прохаживаться вдоль полок с книгами. Но Эля зря надеялась на скорый триумф.Тетка обогнула один ряд книжных полок и вернулась на место у самых Элиных голых коленок, покрытых бирюзовым сарафаном.

В отчаянии Эля ущипнула себя за ухо, но она не собиралась сдаваться. Она нашла в телефоне коллекцию звуков для озвучки мультфильмов и зарядила серию со звуками бумаги. Звуки доносились за журналом, которым Эля отгородилась от назойливой тетки. Смартфон мял бумажные страницы, комкал, рвал, бросал их в корзину и метал в стену. К Элиному разочарованию никакого эффекта на тетку это не

произвело.

Тогда изнывающая от присутствия надзирателя художница решила применить последнее средство. Она достала альбом, карандаш и впилась глазами в лицо тетки, которая тяжело дышала от жары, обмахиваясь веером. Эля делала нарочито длинные штрихи на портрете и не сводила глаз с библиотекарши. Размашисто калякая на бумаге, она создавала произведение в духе Пикассо. Так на альбомном листе появился нос с бородавкой, глаза в огромных роговых очках, впалые щеки и прочный тугой пучок со спицами, которые так и норовили уколоть.

Библиотекарша заметила, что что-то происходит и занервничала, судорожно пытаясь из всех запрещенных пунктов найти подходящий, за который Элю можно было бы вытолкать из зала. Она встала, прошлась у Эли за спиной и заглянула в альбом. Вдруг у художницы на полную громкость засвистел телефон. Тетка зловеще улыбнулась, и Эля пулей вылетела из библиотеки.

Изобретательности Эли в выборе средств провокации можно было позавидовать. Она черпала вдохновение у Монти Пайтона, особенно из скетча “Как раздражать людей”. Как-то раз она выходила из метро, и к ней в очередной раз прицепился политический агитатор с предложением оставить подпись. Она вежливо отказалась, но следом подошел еще один. В ответ на вопрос “Вы живете в этом районе?” Эля громко выкрикнула в духе футбольной кричалки “Да! Да! Да-да-да! Да-да-да-да! Да-да!” На следующий день к ней снова пристали агитаторы, и, чтобы не повторяться, Эля претворилась заикой.

История Элиного знакомства с Пашей тоже началась с милого розыгрыша. Три года назад Эле достался заказ правительства Москвы на оформление альбома творчества местных жителей всех округов города. Люди писали стихи и рассказы о Москве, а Эля должна была их иллюстрировать. Паша тоже взялся за этот заказ. Его работа заключалась в сборе информации об авторах и описании их краткой биографии.

Исполнение заказа поручили редакции окружных газет. Со всеми подрядчиками положено было заключить договор, поэтому главный редактор вызвал всех внештатников и собрал их в коворкинге у метро Семеновская. Паша на тот момент уже лет пятнадцать работал в своей кинокомпании, а Эля только что пришла в дизайн иллюстраций после работы детским инструктором в игровой комнате, и этот проект был ей очень дорог как первый проект на фрилансе.

Главный редактор коротко объяснил задачу каждого исполнителя, озвучил сроки и раздал всем техзадания. В перерыве все пошли на кухню пить кофе. Там все исполнители обменялись телефонами и добавились в рабочий чат. После подписания договоров вся команда двинулась к метро. Паша предложил подвезти всех желающих до Отрадного – там он тогда жил с родителями. Вызвалась из всех только Эля, которая жила в Западном Дегунино. Остальные разбрелись кто куда.

– Это мой первый заказ, – поделилась Эля с коллегой, проезжая мимо парка Сокольники. – Раньше я всегда работала в штате. Вообще-то я по образованию искусствовед, работала в своем вузовском издательстве, потом в детской больнице занималась с детьми, научилась фотографировать, и в итоге взялась за иллюстрации.

– Наверное, у тебя очень хорошее портфолио, раз тебя заметили.

– Год его собирала. Рисовала бесплатно. Летом было много предложений. Один раз мне дали оформлять стены в больнице. Мы их расписывали персонажами из мультиков про Чебурашку, обезьянок и попугаев с удавом. Я тогда очень старалась, даже скачала в интернете трафареты, вырезала и обводила по ним.

– А я поэт, пишу стихи.

– Ого! Ничего себе! Так тебя надо самого в этот альбом добавить!

– Да у меня и так работы полно, зачем мне реклама.