Френдзона

Каллихен Кристен

Мак матерится, делая шаг вперед, затем останавливается и делает шаг назад. Со стороны кажется, что она хочет сбежать, но не знает куда. Я должен сделать свой ход. Поговорить с ней. Мое тело заморожено, а шум в ушах становится громче. С слышу отдаленный чей-то голос и понимаю, что он принадлежит мне самому.

– Беременна?

– Да, - я откашливаюсь.
– Все просто. Так просто, что даже странно, как я сама этого не заметила до того, как они сделали пару тестов. Я... Это всецело моя вина,- быстро моргая, она смотрит на свои пальцы ног.

Я невольно начинаю

улыбаться, хотя от этого ощущаю себя еще более неуверенным, потому что мое сердце решило колотиться, а пальцы стали холодными.

– Уверен, это дело лежит на обоих участниках процесса 50 на 50, сладкая.

Ее голова поднимается, и Айви выглядит потерянной, ее глаза округлены и полны страха.

– Ага, но я не... Я была так глупа. Я забыла о том, что антибиотики снижают эффективность противозачаточных. К слову о высокомерии. В 16 лет я была более проинформирована на данную тему. Но нет же, я всего разок посмотрела на твой член и стала такой дурехой.

Если бы мы были в других обстоятельствах, я бы рассмеялся над ее словами. Конечно, я просто восприимчив к ее обаянию. Но мне нужно успокоить Айви прямо сейчас.

– Ладно, я даже не знал об этом, - я еще раз пытаюсь улыбнуться.
– Я по презервативам обычно.

Она фыркает и затем разражается плачем.

– Эй, - шепчу я, притягивая ее ближе.
– Эй. Не плачь.

Мак сильнее всхлипывает, когда я веду ее к кровати. Я сворачиваюсь на постели вместе с ней, близко прижимая ее тело к своей груди. Христос, я оставил ее с этим всем наедине. Я едва ли могу мыслить прямо сейчас, а она вынашивала в себе это знание. В одиночку.

Морщась, я зарываюсь лицом в ее ароматные волосы, не зная, как еще просить о прощении. Но почему-то, это она сейчас извиняется.

– Прости меня, Грей. Я такая идиотка. Ты доверял мне и...

– Айви Мак, если ты скажешь еще хоть слово извинения, я разозлюсь.

Ее рука обхватывает мою шею, когда она ни то смеется, ни то плачет. Я целую ее в висок и растираю спину.
– А сейчас успокойся. Дыши. Еще раз. Ты можешь сделать это лучше, Специальный Соус. Глубокий вдох.

– Ладно, - жалобно хныкает она в ответ, но в то же время успокаивается. Ее влажные щеки прижимаются поверх моего сердца, и я закрываю глаза, продолжая гладить ее тело.

Я держу ее в объятиях, пока она не успокаивается, а ее тело не расслабляется напротив моего. И тут я осознаю, что несмотря на все проносящиеся в голове мысли, есть одна вещь, которую я не делаю, и это сводит меня с ума.

– Что мы будем делать?
– мой голос - хриплый шепот в тишине спальни.

Комната погружена в темноту. А каждая клеточка моего тела кажется сломленной и тяжелой от усталости. Но я в объятиях Грея, и он расчесывает своими длинными пальцами мои волосы, отчего мне приходится с желанием закрыть глаза. Под моей щекой его грудь вздымается на вдохе, а сердце часто стучит.

– Я не знаю, - говорит он тихо.
–

Думаю, это зависит от тебя.

Я замираю и поднимаю голову, чтобы взглянуть на него.

– Почему от меня?

Голубые глаза Грея серьезны.

– Это твое тело. Твой выбор. Верно?

Он говорит это так безэмоционально, так искренне, что в ответ я целую его в грудь.

– Я не хочу быть единственным человеком, у кого есть право голоса. Твое мнение тоже важно.

Уголок его губ приподнимается, когда Грей проводит пальцем линию на моей шее.

– Ладно. Но, Мак, мне кажется, тем самым я будто бы иду через минное поле.

– Трус, - дразню я, толкая его в бок.

– Ага, - говорит он бескомпромиссно. Его улыбка в секунду растворяется.
– Сладкая, просто расскажи мне, как ты себя чувствуешь, а я послушаю.

Вздыхая, я прижимаю подбородок к его груди и обнимаю его за талию так, словно его тело - мой якорь, помогающий остановить усиливающееся чувство паники.

– Я не знаю. Мы так молоды. Мы только начали жить. Идея о том, чтобы завести ребенка...
– я прижимаю губы к его коже.
– Просто кажется, что мы сами создаем собственную катастрофу.

Мгновение Грей молчит, а затем его большая рука ложится на мой затылок. Его прикосновение такое теплое и уверенное.

– Ладно, твоя правда. Но мы на голову выше большинства наших сверстников. Если не брать в расчет непредвиденные катаклизмы - и тут я реально хочу постучать по дереву - вскоре я стану зарабатывать в год неприлично большие деньги. И даже если что-то случится, у нас обоих есть замечательное образование и наши офигенно невероятные мозги...
– я усмехаюсь ему, и он игриво двигает бровями.
– Так что нам не стоит переживать о деньгах. Не говоря уже о том, чтобы задействовать твоих родителей...

– Грей!

Он поднимает руки, но улыбка все еще мерцает в его глазах.

– Я просто говорю, что мы бы не стали использовать твой фонд.

– Ладно, - я снова прислоняю голову к его груди.
– Ты прав. Но ребенок? Я не знаю, - я делаю паузу и поднимаю на него глаза.
– Ты не психуешь. Почему ты не психуешь?

Грей смеется себе под нос, и в следующую секунду я уже лежу на спине, а большое тело Грея нависает надо мной.

– Ты думала, я стану сходить с ума, верно?

– Ну, я...
– черт, я почти сама сошла с ума, почему бы и ему не позлиться?

Но Грей медленно качает головой, улыбка расплывается по его лицу.

– Мак, ты - любовь всей моей жизни. Я в деле, чтобы не случилось. Это... Да, шокирует, и я уж точно такого не ожидал. Но мы же говорим о тебе и мне. Пожалуйста, не используй мое сегодняшнее поведение против меня. Я могу приспособиться к изменениям в игре.

– Знаю, - говорю ему.
– И не стану.

Он облегченно кивает, а затем наши губы соприкасаются.

– Возможно, мне следует паниковать. Но я не буду. Если ты хочешь этого ребенка, значит, мы научимся, как с этим справиться. А если не хочешь...
– он снова меня целует. – Значит, я буду держать тебя за руку на каждом шагу этого пути.