Френдзона
Шрифт:
– Это вопрос в шутку?
– я усмехаюсь телефону.
– Почему ты хочешь знать, одета ли я прилично?
– Потому что я на улице. Открывай мне двери.
Подавляя визг, который явно прозвучал бы жалобно, я скачу и почти что прыгаю по комнате. Когда открываю двери, то вижу, что Грей как раз поднимается по ступенькам, в одной руке у него пакет с продуктами, в другой - сумка со спортзала. И знаете, у меня реальные неприятности, вашу мать, потому что он делает это для меня.
Тут же мое сердце ударяется о грудную клетку, дыхание становится поверхностным и быстрым, а жар поднимается вверх по моим бедрам. Грей посылает
На нем надет старый университетский свитер, который не в силах скрыть его широкие плечи и сильные руки. Потертые джинсы низко сидят на его узких бедрах, но в районе его массивных бедер они натянуты и к тому же четко очерчивают выпуклость между его ног. Мне не следует туда смотреть, но я не могу не заметить этот факт; Грей явно везде не маленьких размеров.
Мои кулаки сжимаются вокруг дверной ручки. Потому что стараюсь держать себя в рамках приличия. Я знаю, какой он теплый, какое упругое у него тело, и как его запах похож на смесь дома и секса.
Но что больше всего меня поражает, так это то, как один взгляд на него заставляет меня почувствовать, будто ночь обернулась в день. Все вокруг кажется ярче, свежее. Грей - моя радость. Сейчас я знаю это.
И возможно, я - его радость, потому что его взгляд нацелен на меня и выражает сдерживаемое счастье, будто он тоже пытается скрыть это. Или возможно, я вижу, что хочу. Я больше не могу говорить, этот мужчина перевернул мой мир с ног на голову. Могу только наблюдать за тем, как легкой походкой он поднимается по ступеням на крыльцо.
– Я подумал, мы можем приготовить стейки, - он поднимает пакет с продуктами в виде приветствия.
– Вау, да ты транжира.
– Ладно, не суди меня, продавец мой фанат и сделал мне хорошую скидку, - он виновато усмехается мне.
– Разыграл футбольную карту? Одобряю, но только из-за стейков!
– я прислоняюсь к двери.
– Ты принес и свою спортивную сумку.
Улыбка Грея становится смущенной. Сейчас он так близко, что ванильно-цитрусовый аромат его кожи окутывает меня, будто одеяло.
– Я... гм... ну, у тебя может случиться рецидив.
– Ну, да, может.
– Но не волнуйся, Специальный Соус, - он целует меня в лоб.
– Я здесь, чтобы спасти твой день.
Грей Грейсон. Мой герой.
Я откидываюсь на подушки, довольно вздыхая. Я - мужчина, которого хорошо накормили и развлекли. Мы поужинали, и это был лучший ужин из тех, что я съел за всю свою жизнь. Я приготовил обжаренный на сильном огне стейк с карамелизированным луком и беконом с тыквенным маслом. И сейчас у нас по плану десерт. Десерт - это прерогатива Айви.
Она не извращалась и сделала ванильные шейки с супер-кремом. И это идеально. Как она это делает, выбирая идеальную вещь в идеальный момент, и в результате покоряет меня. Как например, ее предложение посмотреть телевизор, лежа в кровати.
Ладно, отличная пытка. Мы садимся бок о бок под одеялами, словно какая-то престарелая супружеская пара. То, как я люблю это - сплошное безумие. Как сильно мне хочется, чтобы
Конечно, мы немного мешкаем, перед тем как забраться в кровать, я в своей футболке и боксерах, Айви в своей повседневной майке и крохотных хлопковых шортиках. Когда она болела, я был в состоянии блокировать реальность ее почти голого тела рядом и сосредотачиваться на ее заболевании. Но сейчас? Ага, бесконечно длинные ноги, округлые бедра и откровенная майка, что так туго обтягивает ее сладкую грудь, - все это выносит мне мозг. Слава богу, она не сняла лифчик, а то я бы очевидно не смог скрыть производимый ею на меня эффект.
Было и так довольно непросто, стоя по разные стороны кровати, смотреть друг на друга. Напряжение между нами буквально витало в воздухе, когда мы медленно потянули за края одеяла. Мы замерли, собираясь забраться в одну и ту же кровать, собираясь вместе спать, и больше у нас не было никакого прикрытия в виде ее болезни. Мы просто хотели этого. Я знал. И она это знала.
Огромные глаза Айви выделялись на изящном овале ее лица, а ее розовые губы приоткрылись и казались такими мягкими. Она посмотрела на меня нерешительно, смущенно. И на мгновение я испугался, что она спросит о том, в какую, черт побери, игру мы здесь играем, зачем я здесь? Так что я запаниковал и запрыгнул в кровать, заявив, что теперь у меня есть уникальное право на пульт дистанционного управления.
Это разрядило обстановку. И после короткого, но мучительного сражения за пульт, все снова стало идеально. Ну, кроме того факта, что пульт все-таки достался Айви.
Я тру свой сосок, который все еще горит от нападок безжалостных, щипающий пальчиков Айви.
– Знаешь, тебе повезло, что я не могу отплатить тебе той же монетой, - бормочу я.
– Если бы ты сделал это, то прямо сейчас держался бы за свои яйца. Из-за боли, - добавляет Айви многозначительно, потому что знает меня слишком хорошо.
– По крайней мере, я был бы удовлетворен, - говорю я.
– Я говорил тебе, как сильно люблю твою кровать?
Айви бросает на меня косой взгляд, ее губы изгибаются.
– И почему же это ты любишь мою кровать?
Потому что в ней есть ты. Со мной.
– Потому что она королевского размера, - говорю я ей вместо этого, что в принципе тоже правда.
– Чертовски великолепная кровать для здоровяков. Я могу даже лежать в ней так, что мои ноги не свисают с края. И как так женщинам удается найти лучшие простыни, одеяла и подушки и скомпоновать их вместе, создавая такой нереальный комфорт?
Айви усмехается, всецело понимая меня.
– Секрет в том, что мы внимательны к деталям, любим покупать больше одной подушки и тонкого одеяла, чтобы согреваться зимними вечерами. А по поводу размера, так сколько я себя помню, у нас дома все кровати были королевского размера. Уверена, папа покупает эти матрасы оптом.
Благослови господи ее отца.
– Предполагаю, твой рост около семи футов, так что тебе не грозит затеряться даже на самом большом матрасе.
– Ага. Папе нравится комфорт, и он думает, что его дочерям тоже не помешает кровать такого размера, - Айви теряется в собственных мыслях, кажись, ощущая счастье.
– Когда мы были младше, я и Фи называли их "Кровать для Принцессы на горошине".