Френд-зона, Аврора Белль

Френд-зона

на обложку

Аврора Белль

Шрифт:

Мне нужно время, чтобы подумать.

Глава двадцать вторая

Форт-Нокс

Мысли о Тине не покидали мою голову все чертову ночь.

Мы не разговаривали с тех пор, как она наотрез отказалась иметь детей.

Я перекладываю бумаги на своем столе, пока думаю.

Мне тридцать пять лет. Я определенно не становлюсь моложе, и провел большую часть своей

взрослой жизни веря, что когда-нибудь у меня будут дети.

Я хотел детей.

Затем ураган по имени Тина ворвался в мою жизнь и мое сердце. Я был уверен, что она совершенна.

Теперь она не совсем идеальна.

Но значит ли это, что она немного менее идеально подходит мне?

Мне нужно подумать об этом.

Я не собираюсь продавать «Белый Кролик», что означает, что все мои выходные будут суматошными. Я не смог бы проводить ночи в выходные со своей семьей в любом случае.

Я бы хотел, чтобы Тина была со мной в клубе, и она не сможет этого делать, если будет беременна или дома с нашими детьми. Кроме того, она владеет «Сафира». Как она сможет работать с ребенком?

Было бы несправедливо, чтобы она сидела с нашими детьми в течение всего дня, а затем я приходил домой уставший после того, как занимался делами клуба до поздней ночи. Она в основном будет растить ребенка в одиночку.

Каким бы отцом я был тогда?

Я люблю Тину.

И это того стоит?

Иногда любови недостаточно.

Я пришел к выводу, что, может быть, дети не так важны для меня. И я удивлен, что чувствую по этому поводу.

Я в порядке с этим.

Мне не нравится эта идея, но я никогда не думал о том, как ребенок может повлиять на мой образ жизни. Я люблю клуб. Это большая часть меня. Я не хочу отказываться от него.

Так, может быть...?

Я улыбаюсь про себя, беру бумажник и иду к выходу.

***

Равр Раавр

— Черт, детка, это неприятный звук.

Я замираю.

Мои глаза расширяются, когда я медленно поворачиваюсь в сторону двери.

Там стоит улыбающийся Ник — на его щеках ямочки.

Ах, ладно ...

Я немного сходила с ума, думала, что между нами всё кончено.

Не знаю, что происходит прямо сейчас, но он улыбается. Я сглатываю, пожимаю плечами и объясняю спокойно:

— Я постоянно забываю об этом. Просто нужны новые батарейки и кто-то, кто заменить их.

Он подходит ко мне и кладет руку на мои бедра, опускает лицо, пока его губы не встречаются с моими, и говорит напротив них:

— Я отправлю своего человека, чтобы починить его, детка.

Мое сердце замирает.

Я слегка ошеломлена.

Через

мгновение, придя в себя, я спрашиваю спокойно:

— Означает ли это...?

Он целует меня в губы слегка:

— Да, дорогая. Никаких детей. Я не против.

Святая борода Зевса!

Облегчение растекается по моим венам, и знакомое тепло распространяется от моего живота.

Я оборачиваю руки вокруг его шеи и крепко удерживаю его. Я издаю ужасный не то смех, не то крик и даже не волнуюсь, как глупо выгляжу.

Целую его губы крепко и говорю шепотом:

— О, мой бог! — смех, слезы. — Я думала, что потеряла тебя, — быстрый поцелуй, смех. — Прошлая ночь была худшей в моей жизни, — сопение, поцелуй. — Ты уверен? — быстрый поцелуй.

Он смеется и поднимает меня. У меня нет выбора, кроме как обернуть ноги вокруг его талии. Он держит меня, положив одну руку под мою задницу, а другую на мою спину.

Он отвечает спокойно:

— Я не могу жить без тебя, детка. Ты для меня всё.

Я плачу, и он качает меня. Я обнимаю его так крепко, как будто он может исчезнуть.

Меня не волнует, смотрит ли кто-то на нас.

Нат, Лола и Мими смеются. Я слышу, как Нат кричит:

— Уведи ее отсюда, чувак.

Я поднимаю лицо, и он, улыбаясь, говорит:

— У тебя сопли, детка.

Я смеюсь и вытираю нос рукавом. Это меньше всего волнует меня прямо сейчас.

У меня есть Ник! Ник — мой мужчина! Снова ...

Я буду делать все от меня зависящее, чтобы сохранить его. Я так сильно люблю его.

Прижавшись лбом к его, я шепчу: