Фрагмент
Шрифт:
На островах эти битвы за выживание, обычно протекающие слишком медленно для того, чтобы их мог заметить человек, на самом деле происходят особенно быстро. Здесь войны кратковременны, а истребление тотально. В островных экосистемах доминантные виды, не имеющие конкурентов, быстро эволюционируют, превращаясь в новые виды.
Путешественники, отправляющиеся на тропические острова, знакомы с бланком декларации, который нужно заполнить. Они подписываются под тем, что не провезут к цели своего следования никаких видов животных и растений, а также никого и ничего не вывезут оттуда. Однако в прошлом люди намеренно привозили с собой растения и животных в качестве биологического багажа, куда бы они
Когда полинезийцы колонизировали Гавайские острова, куры, которых они привезли с собой, были заражены куриной оспой, и от этой болезни сильно пострадали местные птицы. Позже европейцы завезли сюда кошек, свиней и древесных змей. Последствия не заставили себя долго ждать.
В 1826 году английский военный корабль «Веллингтон» случайно завез на остров Мауи комаров. Комары являлись носителями птичьей малярии, в результате целые популяции местных птиц, не обладавших иммунитетом к этой болезни, погибли или были вынуждены переселиться в высокогорные районы. Дикие свиньи усугубляли проблему тем, что перекапывали подлесок в поисках пропитания, и там образовывались большие лужи со стоячей водой, где замечательно размножались комары. В результате двадцать девять из шестидесяти восьми местных видов птиц исчезли навсегда.
Как сказал Дэвид Пиментел ученым, собравшимся на конгресс, после ознакомления их с этой статистикой: «Требуется не так уж много переносчиков для того, чтобы был нанесен ужасный ущерб».
Однако никто не мог себе представить, что островные виды, в свою очередь, могут значительно повлиять на материковую экологию.
В то время никто еще не слыхал об острове Хендерс.
Элинор Дакуорт, доктор философских наук.
«Почти судьба» (фрагмент использован с разрешения автора)
1791 год
21 августа
5.27 пополудни
— Капитан, мистер Графтон пытается высадить на берег матроса, сэр.
— Какого матроса, мистер Итон?
Британский военный корабль «Ретрибьюшн» качался на десятифутовых волнах в трех сотнях ярдов от отвесных прибрежных скал острова. Корвет не мог встать на якорь. Поднятые серые паруса были повернуты в разные стороны, чтобы корабль держался на месте.
Некоторые моряки мысленно произносили молитвы, глядя на шлюпку, приближавшуюся к скалам. Семисотфутовую отвесную стену прибрежных утесов, озаренную оранжевыми лучами заходящего солнца, рассекала трещина, внутри которой сгустились темно-синие тени.
«Ретрибьюшн» был захваченным французским кораблем, который прежде назывался «Атриос». Последние десять месяцев команда была занята неустанными поисками британского корабля «Баунти». [2] Британское Адмиралтейство не возражало против захвата кораблей флотов других стран, но оно помнило обо всех до единого кораблях, похищенных у британцев. Прошло пять лет с тех пор, как бунтовщики исчезли вместе с «Баунти», а охота до сих пор продолжалась.
2
Британский бриг «Баунти» под командованием капитана Уильяма Блая в декабре 1787 г. отплыл на Таити, чтобы, согласно королевскому указу, добыть там саженцы хлебного дерева и доставить их на Ямайку. После тяжелейшего десятимесячного плавания корабль прибыл на Таити. Матросы увидели на этих островах настоящий рай. Когда трюм был загружен саженцами и корабль был готов к отплытию, недосчитались троих моряков. Они были пойманы и сурово наказаны. На обратном пути, в апреле 1789 г., когда
Лейтенант Итон крепче сжал капитанскую подзорную трубу и повертел медный тубус, чтобы навести резкость. Шлюпка с девятью матросами подошла к расщелине в скалах. Один из матросов в красной шапке протянул руки к трещине в скале.
— Похоже, это Фрерс, капитан, — сказал Итон.
Темная расщелина начиналась примерно в пятнадцати футах от поверхности воды и зигзагом тянулась вверх по зазубренной скале, словно черная молния. Британские моряки обошли островок, имевший всего две мили в поперечнике, почти по кругу, пока наконец не обнаружили эту единственную прореху в его неприступных скалах.
Хотя капитан настаивал на том, чтобы они тщательно обследовали все острова в поисках каких бы то ни было следов команды «Баунти», теперь у моряков на борту «Ретрибьюшн» появилась более насущная проблема. Пять недель не было дождя, и матросы молились о пресной воде, а не о розыске каких-то бунтовщиков. Триста семнадцать человек, делая вид, что исполняют свои обязанности, то и дело бросали жадные, полные надежды взгляды на матросов, отправившихся к берегу.
Шлюпка взлетала и падала на волнах в брызгах прибоя. Матросы отталкивались веслами от скал. Но вот поднялась очередная волна, и матрос в красной шапке ухватился за нижний край расщелины и повис на руках. Волна отхлынула.
— Он ухватился, капитан!
На палубе послышались радостные возгласы.
Итон увидел, как матросы передают Фрерсу небольшие бочонки из шлюпки.
— Сэр, матросы бросают ему бочонки!
— Провидение улыбнулось нам, капитан! — воскликнул мистер Данн, румяный капеллан, который собирался добраться на борту «Ретрибьюшн» до Австралии. — Нам суждено было найти этот остров! Зачем бы еще Господь поместил его здесь, в такой дали?
— Верно, мистер Данн. Продолжайте советоваться с Господом, — проговорил капитан и прищурился, он не отрывал глаз от шлюпки. — Ну, как там наш матрос, мистер Итон?
— Он вскарабкался.
После долгого, мучительно долгого ожидания Итон увидел матроса, показавшегося из тени.
— Фрерс сигналит… он разыскал пресную воду, капитан. Наполнил несколько бурдюков и бочонок!
Итон устало посмотрел на капитана и улыбнулся. Над палубой разнеслось радостное «Ура!».
Капитан едва заметно усмехнулся.
— Отлично. Подготовьте еще четыре шлюпки, мистер Итон. Спустим трап и наполним водой большие бочки.
— Это божественное провидение, капитан! — воскликнул капеллан. — Милосердный Господь привел нас сюда!
Итон снова взглянул в подзорную трубу и увидел, что Фрерс сбросил вниз еще один маленький бочонок.
Матросы в шлюпке поймали его.
— Он сбросил еще один бочонок, сэр! — прокричал Итон.
На палубе это сообщение снова встретили радостными криками и смехом. Матросы зашевелились, стали переговариваться, выкатывая из трюма большие бочки.
— Господь заботится о нас, — сказал капеллан и кивнул, отчего стал особенно заметен его второй жирный подбородок.