Фортификатор
Шрифт:
— От нас мало что осталось после завершения войны, — начал Виллиан. Видимо, он был старшим. — Да, жить непросто, поэтому мы в игре. Это единственный шанс выбиться в люди. Если откровенно, здесь всяко лучше, чем дома.
Я сочувственно кивнул. Восьмому доминиону, ранее южной части Северной Америки, досталось больше всего. Если честно, первый раз слышу, что там вообще есть люди. Думал, что территорию определили чисто формально, но оказывается, живут. Или хотя бы пытаются.
— Мейн, третий доминион, — ожила смазливая капитан. — Ник Барбара.
— Ну вот и познакомились, — потер
— Маловато для полка, — улыбнулся я. — Так понимаю, все играют со второй эпохи?
В ответ утвердительные кивки, только Барбара опустила голову.
— Мейн с первой эпохи, с самого начала, уже четвертый год.
Вот теперь мои глаза превратились в круглые фары первых флайеров-копеек, получивших такое прозвище за свою низкую стоимость. Капитан первого класса за три полноценных года игры. Чем же это заниматься надо?
— Внешность у меня такая, — развела руками Барбара, но в глазах мелькнули слезы и продолжать она не смогла.
— Женщин в игре мало, — объяснила Рина. — И все мужики стараются… Помочь. Иногда сильно навязывая свою помощь. Сама через это прошла, поэтому знаю, о чем говорю. Мне вот только хватило сил отстоять себя, а Барбара уже четвертый год слоняется по разным кантонам.
— В смысле? — не понял я.
— Появляется в округе красивая девочка, ее сразу пытаются склонить к определенной манере поведения. А если она вдруг не хочет разделять ложе, то начинаются набеги на форт с грабежами и поджогами. Как ты понимаешь, так очень трудно развиваться и расти.
— И так ты оказалась здесь, — подытожил я.
— Боюсь, что ненадолго, — совсем по-детски вытерла нос ладошкой Мейн. — Шарух, правитель нашего кантона, уже проявлял ко мне нездоровый интерес.
— Я вот одного не пойму, вас пять человек, неужели нельзя собраться и вместе вынести этого урода вперед ногами?
— Думаешь, мы не пытались? — вмешалась Рина. — Ты правильно заметил, нас пятеро. А было восемь. Еще до того, как здесь появилась Мейн. Шарух разрушил все, а потом нападал на новые форты, стоило им появиться после возрождения игроков. Успокоился лишь, когда они переселились в соседние кантоны.
— Сколько у Шаруха фортов в прямом подчинении?
— Четырнадцать, — хмуро ответил Рамирес. — Большинство из них наши. Одно из его условий.
— Это и хорошо и плохо. Конечно, четырнадцать фортов — это четырнадцать потенциальных армий, которые в случае неудачи обрушатся на ваши головы. Но тут есть нюансы. Во-первых, уничтожая вас, он ослабит себя, теряя подчиненных. Во-вторых, вы все будете знать, какие именно войска от него находятся в вашем форте. В-третьих же… Если мой план удастся, то никому не придется защищаться.
Близнецы испуганно переглянулись, но промолчали, вместо них ответила Рина.
— Допустим, лишь допустим, что это возможно. Как ты хочешь это провернуть?
— Все очень просто. Необходимо тщательно спланировать каждый шаг. Рассчитать ударные силы, группу поддержки и клериков для диверсий. Самое важное, удар должен быть спланированным и одновременным. Мне нужна информация о каждом из вас, исследования, оборона фортов, численность войск. Я не
— Ты понимаешь, что будет, если у нас не получится? Каждый форт придется строить отдельно. Месяцы, месяцы работы.
— Извини, но я не думаю сослагательными наклонениями, — холодно посмотрел на Рину. — Лучше один раз попробовать и рискнуть, чем всю жизнь жить в заднице и плакаться об этом.
— С какой нам стати верить тебе?
— Потому что я новичок. Не переселенец из других кантонов, сбежавший с разрушенного форта, а игрок, не более суток в сети. Мне нечего терять, но вместе с этим у меня нет времени и желания плясать под чужую дудку. После всего рассказанного Рамиресом, я понимаю, что Шарух будет мешать моему развитию, и не могу этого допустить. Мне во что бы то ни стало необходимо выиграть эту эпоху.
В компании прокатился смешок, даже забитые близнецы весело ухмылялись моему наглому и самодовольному заявлению. Выиграть эпоху… Для этого необходимо Входить в клан Правителя победившего Альянса или быть в топ-20 самых сильных игроков того же дома. Они, хлебнувшие целую эпоху страданий и унижения, очень быстро осознали, что добиться этого не так просто. Сколько факторов и условий должно удачно сложиться в одну единственную дорогу к победе? И возможно ли вообще их все учесть. Вот только у меня было другое мнение. Чтобы чего-то добиться, в первую очередь, нужно совершать конкретные действия, приближающие тебя к результату.
Единственное но — игра устроена таким образом, что в одиночку, какой бы ты не был крутой, многого не добьешься. В какой-то момент упрешься в потолок. Мне же повезло, что с самого начала встретил группу относительно адекватных людей, которых необходимо лишь подтолкнуть. Благо, у меня был один козырь, который судя по реакции Рамиреса, бил многие карты.
— Мне необходимо выиграть третью эпоху, потому что это мой единственный шанс вернуться домой. Я девиант.
Вот теперь наступила полная тишина. Казалось, стихли даже пехотинцы, отыгрывающие алгоритм поведения в кабаке. Скамья скрипнула под генеральшей, накренившись вместе с ней. Рина наклонилась прямо ко мне, посмотрела внимательно своими бездонными глазами, будто нащупывая нечто, за что можно уцепиться и, видимо, не найдя, чуть приоткрыла свои пухлые губы, уронив лишь единственное слово:
— Рассказывай.
Глава 4
К концу третьего дня я разобрался с последними электронными отчетами, присланными Рамиресом и компанией. Пропасть, разделяющая их и меня, оказалась огромна. Конечно, примерно через месяц острые углы сгладятся, когда я по боевой мощи и званиям хоть немного приближусь к ним, но время было самым ценным ресурсом.
Я мог заключить, что развивались они все неровно, с перекосами в разные стороны. Рамирес оказался хлебопашцем-любителем, основательно вложившись в хозяйственную ветку. Он открыл полностью эрзац-белки, синтетическое производство и на половину клонирование, прежде, чем спохватился и стал качать военку.