Форсу
Шрифт:
Господи, мне было так круто, что я наверняка бы кончил за пару десятков секунд таких умопомрачительных ласк, если бы сёкая не сдерживала мой оргазм. Увлёкшись смакованием члена, Марта сунула мою руку себе между ног и придавила её своим весом, слегка потираясь пушистой промежностью о мои пальцы. Именно тогда я почувствовал, какая она там горячая и мокрая, а заодно осознал, что далеко не все части тела потеряли чувствительность и подвижность.
Мои исследования контуров женской вагины сквозь заросли волос пришлись Марте по вкусу. Она радостно замурлыкала и развела бёдра пошире, чтобы предоставить мне полный доступ к сокровенной своей части. Ощупав мясистые губки и окунувшись
«Ох! Какая она сильная там и узкая!» — мысленно поразился, содрогаясь от удовольствия. А Марта тем временем, довольно урча, сделала несколько быстрых фрикций, потом сладострастно вскрикнула, и ладонь мою обожгло вспышкой боли, которая быстро трансформировалась в жар, а потом в онемение вместе с томным блаженством, постепенно охватывающим всю кисть руки.
Продолжая стонать и мелко вздрагивать, "женщина-арахна" судорожно сжимала мои пальцы в своей пещерке, тискала их и сосала, вызывая ритмично накатывающие ощущения несильной тянущей боли, которая даже удовольствие мне доставляла, превращаясь в жар и приятную томность.
«Боже! Да что ж она делает-то с моей рукой? Откуда берётся эта боль?» — недоумённо подумал я, и сёкая, хихикнув, показала мне будто в рентгеновском зрении центральную часть тела лежащей на мне Марты. Матка её светилась белым сиянием и, экстатически сокращаясь, стискивала мою ладонь ещё более мощными и длинными световыми жвалами, чем те, что были у женщины во рту. Они выходили прямо из шейки матки, бесплотно пронизывали ткани малого таза, прокачивали сквозь себя потоки световой субстанции и вливали её в мою руку.
— О-о-ох! Как приятно! — простонала Марта. — Как приятно тебя писькой кусать.
Она энергично вскочила на четвереньки и, освободив мои пальцы из плена, прилегла сверху, прижимаясь мокрой промежностью к моему бедру и плотно охватывая его ногами. Я почувствовал кожей ноги горячую влажность и упругий штырёк клитора, буравящий её своей головкой. Рот Марты вновь навис над моей грудью, и она стала облизывать сосок и покусывать его зубками, не прекращая тереться киской о ногу. А потом, широко открыв рот, "арахна" захватила большой участок кожи, глубоко засосала его в себя, вызывая болезненное натяжение, и опять резко вонзилась в него своими светящимися жвалами, впрыскивая мне под кожу новые порции своего яда.
И во время этого непрерывного укуса фрикции Марты постепенно ускорялись, становились резче, судорожней, и вот она снова взвивается от удовольствия, вскидывает голову в крике блаженства, а ногу мою пронзает сладостной вспышкой боли, которая стремительно вытесняется наслаждением от закачиваемого в моё тело яда.
— Мр-р-р! Как же это классно!!! — зарычала "арахна". — Я искусаю тебя всего, пока ты полностью не растворишься!
Затем она перелегла на вторую мою ногу, облюбовала ртом другой сосок и повторила все стадии своего наслаждения. Последующие минут пятнадцать Марта ползала по моему телу, обсасывала его, тёрлась киской и вонзалась, вонзалась, вонзалась жвалами, испытывая один оргазм за другим, вливая в меня всё больше и больше своего светящегося сока. В конце концов я уже почти не чувствовал боли и только всплески блаженства, разливающегося по телу, свидетельствовали о том, что меня продолжают кусать.
Не знаю, сколько бы это ещё продолжалось, но, похоже, у "паучихи" просто кончился яд. По крайней мере, светящаяся сфера
— Ну вот ты и готов, моя пища! Настала пора тобой отобедать.
Она нетерпеливо оседлала мои бёдра и, сладостно вскрикнув, насадилась влагалищем на член. Почти сразу же её объятия крепко стиснулись и сдавили меня, а тело её затряслось будто бы под ударами электричества. Не знаю, что она делала со мной до этого, но сейчас через эмпатическую связь я чувствовал, как она переживает сильный кайф от одного лишь пребывания моего члена у себя внутри. Но Марте и этого оказалось мало, она стала двигаться, рыча от наслаждения, и мощно засасывала в себя моего приятеля, будто при каждом заглатывании его пыталась вытянуть сперму прямо из моих яичек.
— Хи-хи, теперь вы оба готовы, вкусняшечки мои, — проворковала сёкая, — пришло время меня подкормить.
А потом я просто взорвался от мощного оргазма. Как потом выяснилось, дух перестала сдерживать мою разрядку. И все те усилия, которые совершила "арахна", чтобы усилить её, разом сработали, буквально скручивая меня судорогой и заставляя выплёскивать мощные струи спермы. Я будто бы в коконе блаженства оказался, отрезанный от всего мира прослойкой концентрированного удовольствия. И мягко тонул в нём, краем сознания слыша, как удовлетворённо урчит Марта, крепко сжимая меня в своих объятиях, и засасывает в матку мой сок.
— Боже! — слабо простонал я, чувствуя, что сперма во мне закончилась, но женщина всё равно продолжала безжалостно выдаивать меня, заставляя содрогаться в непрекращающихся судорогах оргазма. — А-а-а! Останови-и-и-ись!
— Неужели уже выдохся? — насмешливо хихикнула сёкая. — По правде говоря, ты ещё не пустой. Влитая в тебя энергия блаженства нацелена на то, чтобы стимулировать твои яички на очень быструю работу. Так что ты всё равно продолжишь выделять сперму по капельке, а Марта её будет непрерывно отсасывать и может продолжать делать так очень долго.
«Не надо! Я так помру!»
— На самом деле нет, — возразила дух. — В таком состоянии ты можешь пробыть ещё парочку часов без какого-либо ущерба твоему организму. Ну разве что лишний жирок растеряешь, хе-хе. И сейчас работа твоей половой системы разгоняется. Неужели не любопытно ощутить себя суперсамцом, способным за час выплеснуть из себя более литра спермы? Погоди капельку. Ещё немного времени пройдёт, и тебе станет очень кайфово!
Я ощутил, как объятия удерживающей меня хищницы стиснулись, влагалище её напряглось, создавая мощное разряжение, и заставило меня в очередной раз излиться, испытывая тянущую боль в яичках, свидетельствующую об их полном опустошении.
— М-м-м, закончилась пища, — промурлыкала Марта, томно улыбаясь. — Сестричка-арахна выпила весь твой сок. Надо переходить к медленному высасыванию. Так ты станешь ещё вкуснее. М-р-р-р, м-р-р-р, м-р-р-р! — запела она радостно. — Мягко, нежно, массировать, сосать, тереть и мять, растворять, новый сок добывать!
С этого момента влагалище её стало столь сладостно обрабатывать мой член, что меня будто парализовало от беспредельного блаженства. Женская пещерка, заключив моего приятеля в нежный плен, совершала быстрые, но мягкие массирующие сокращения, плавно повышая напряжение у меня в паху. Возбуждение разрасталось, неуклонно приближаясь к критическому пределу. Я стал дрожать и выгибаться в объятиях хищницы, и в какой-то момент Марта, нетерпеливо зарычав, навалилась на меня сверху и резким мощным засасыванием члена заставила вновь взорваться от оргазма, выплёскиваясь неожиданно очень обильно.