Формула смерти
Шрифт:
— Мой муж.
Гейл кивнула. Она не впервой слышала такое.
— Но он никогда не делал этого раньше, — запротестовала вдруг Луиза. — Правда. Клянусь. Просто был пьян.
Она удерживала слезы. Ей хотелось, чтобы эта женщина-доктор поняла, что побои мужа — временное наваждение, страшная ошибка.
— Как ты получила это? — Гейл указала на огромный синяк на левой стороне лица. — Как он это сделал?
Девушка помолчала и, наконец, выдавила из себя:
— Он ударил
— Где твой муж сейчас?
Пожатие плечами означало — не знаю.
— В твоей карточке говорится, что уже десять недель, как ты беременна.
Девушка кивнула головой, подняла рубашку и оголила живот. На нем виднелись две розовые ссадины, из которых сочилась сукровица. Когда Гейл очистила их, Майкл увидел четкие следы зубов.
— Как это случилось, Луиза?
Та молчала.
— Тебя покусали? Это следы зубов.
— Собаки? — рискнул предположить Майк. Он начал побаиваться, что Луиза станет раздеваться дальше, и обнаружится что-нибудь еще более невероятное и ужасное.
— Нет, это следы человеческих зубов. Луиза, кто тебя покусал?
— Какие-то девчонки, — еле слышно сказала девушка. — Я спускалась по лестнице, чтобы бросить в почтовый ящик несколько писем, а эти сучки напали на меня. Они таскали меня за волосы и кусали, — ее лицо исказилось от злости. — Я знаю, что вы думаете! Вы считаете, что это сделал Дон! Нет, это не он покусал меня!
— Никто и не говорит, что это был именно он.
Луиза зло взглянула сначала на Гейл, потом на Майкла, будто они виноваты в ее злоключениях.
— Лучше бы это были собачьи укусы, — сказала Гейл, обращаясь к Майклу.
— Почему?
— Потому что собаки содержат свои зубы в большей чистоте, чем многие люди.
— Вы же не станете давать ей антибиотики из-за этих укусов. Она ведь беременна, — сказал Майкл.
Гейл взглянула на него с удивлением:
— Вы правы. Я введу ей антитетанус. Откуда вы знаете все это?
— Когда-то я изучал медицину в Колумбийском. Но потом произошли некоторые события, и доктором я так и не стал. Это было в шестидесятых.
Такого объяснения, посчитал Майкл, вполне достаточно.
— В шестидесятых я только пошла в начальную школу, — отозвалась Гейл, обрабатывая ссадины.
Луиза тем временем безучастно смотрела в пространство. С таким же успехом они могли бы беседовать в пустой комнате.
Закончив обработку и перевязку ран, Гейл ввела пациентке антитетанус и спросила ее, где та собирается ночевать. Вопрос разозлил девушку.
— В отеле! — воскликнула она. — Я найду какой-нибудь отель.
— Вот что я тебе скажу, Луиза. Ты, конечно, вольна поступать, как знаешь. У нас нет причин задерживать тебя
Луиза помедлила с ответом, потом печально кивнула головой в знак согласия.
— Мне понравилось, как вы с ней обошлись, — сказал Майкл, когда они вышли из комнаты.
Гейл бросила на него сердитый взгляд:
— Вы подмазываетесь ко мне, чтобы я дала вам побольше информации.
Однако она колючая! Майкл заподозрил, что у нее вспыльчивый характер.
— А разве вы не собирались этого сделать?
Она покачала головой, и несколько непослушных прядей упали ей на глаза.
— Ну хорошо. Но никто не должен знать, что информация исходила от меня.
— Договорились! — он подумал, что когда-нибудь ее приволокут в суд и заставят давать показания, но сейчас у него не было выбора.
Они стояли в коридоре, мимо сновали сестры, санитары и врачи.
— Когда я увидела вашего брата, у меня создалось впечатление, что его застрелили где-то еще и перетащили тело туда, где оно находилось.
— Перетащили? Что заставило вас сделать такой вывод? — Майкл был ошарашен. Такая возможность еще ни разу не всплывала.
— Потому что на ковре была грязь. Да и следы крови свидетельствовали о том, что тело первоначально находилось где-то в другом месте.
— А кто это видел? Кто может подтвердить то, что вы говорите?
— Не знаю. Вы спросили, что я видела. Я вам ответила, хотя не берусь утверждать на сто процентов, что это так. Решать — это дело полиции.
— Полиция уже решила. Он застрелился. Конец! — Майкл внимательно посмотрел ей в глаза. — Вы тоже считаете, что Алан застрелился?
Гейл избегала на него смотреть и сама не знала почему.
— Ну же! Отвечайте!
— Нет, не считаю.
— Вы отметили это в своем заключении?
— Да.
— Доктор Магнус знаком с ним?
— Полагаю, да. Послушайте, вы должны меня понять, Майкл. Именно здесь, на скорой помощи, моя настоящая работа. Только иногда я работаю на Бюро судмедэкспертизы и не имею ни желания, ни возможности следить за последующим расследованием дел, в которых я принимала участие, обследовав место происшествия.
— Я это понимаю. Но вы же знаете, что доктор Магнус дал заключение о самоубийстве?
— Если он решил, значит, так оно и есть. Он много опытнее меня и, если уж на то пошло, я на него снизу вверх смотрю. Обычно в случаях, как с вашим братом, на место происшествия прибывает сам доктор Магнус или другой опытный судмедэксперт. Я никогда не обследую тело, если дело идет о насильственной смерти, самостоятельно.