Формула истинной
Шрифт:
Это была не я! Моя предшественница, не я! Но разве об этом расскажешь?
— Я все еще верна тебе. — Эти слова даются мне куда легче, потому что они правдивы. — Верна, по крайней мере, телом, раз уж над сердцем у меня нет контроля. И я говорила об этом Алану. Я останусь с тобой. Хочу ли этого?.. Не могу сказать. Но останусь.
Ради внука…
Риввард, отошедший к окну, поворачивает ко мне голову. Взгляд мрачнее тучи.
— В этом нет смысла, Леотта. Сейчас или позже — ты не сможешь сдерживать чувства бесконечно. Истинность тебе не позволит. Отложенное
Руки начинают трястись от его холодного голоса и жестокости, с которой Рив произнес эту фразу.
— С тобой всё наперекосяк, Леотта, — говорит он с горечью, вновь отворачиваясь к окну. — Не может быть истинности не с первого взгляда. Не может дракон влюбиться в ту, которую не любил. И Лесандр… он не обратился, когда ему угрожала опасность, но смог сделать это, чтобы спасти тебя. Что же в тебе такого уникального? Почему даже я этому поддался?
Не знаю, что на это ответить, поэтому просто молча жду продолжения. Риввард мотает головой, будто отгоняя мысли, и вновь поворачивается ко мне.
— Я не собираюсь жить, каждый день ожидая от тебя удара в спину. Если тебе некуда, не к кому будет бежать, ты и не убежишь.
— О чем ты? — не понимаю я.
— Сейчас мы отправляемся спать. А когда отдохнем, я пойду к Алу. Драконий поединок. Кто победит — тому достанешься ты. И уж поверь, сейчас, когда сила ко мне вернулась, у него мало шансов. Но из благородства я позволю ему побороться за свою жизнь.
— Нет! — бросаюсь я вперед.
Я видела Ривварда, когда он становится ледяным драконом, рядом с ним даже черный дракон Алан выглядит меньше, слабее. У него нет шансов! Рив переборет его с той же легкостью, что и Лесандра.
— Оставь его, я обещаю, никогда…
— Уходи, Леотта, — взмахивает рукой Риввард. — Можешь попрощаться с ним, если так хочется. Или уговори его сбежать и прятаться до конца жизни, потому что я буду его искать. Если же Ал не размяк из-за обретения истинной, он примет мой вызов.
Не дожидаясь больше ни слова, я вырываюсь из спальни и бегу к спальне, где остановился Алан. Я уговорю его сбежать, пусть будет далеко, но живым!
Но что-то мне подсказывает, что он не откажется от поединка.
Глава 28. Ночь перед…
Я врываюсь в спальню Алана без предупреждения или стука. Он недовольно поворачивается, но, увидев меня, улыбается. Ал явно уже готовился ко сну — он стоит возле кровати. Кажется, я застала его в момент раздевания — рубашка расстегнута.
— Леотта? — спрашивает он удивленно и шагает мне навстречу.
Я без лишних слов бросаюсь ему на шею, прижимаюсь к теплому телу. Такая уж у меня натура — редко плачу. В моменты волнения я больше задыхаюсь от чувств, из-за чего не могу вымолвить и слова. Вот и сейчас у меня перехватывает дыхание, слова застревают в горле.
— Рив… он…
— Тише, тише. Успокойся и потом расскажешь. Он причинил тебе вред? — Алан прижимает меня к себе и гладит по волосам, шепча на ухо успокаивающие слова. Мне понадобилось
— Риввард назначил тебе поединок. Он обо всем знает, Ал! И он не хочет меня отпускать.
— Отлично, — отвечает Алан, и я не могу понять по его интонации, действительно ли он рад или это сарказм.
— Что? — Я чуть отстраняюсь от него и смотрю в глаза. На губах играет улыбка. — Что тут прекрасного? Он может тебя убить!
— Или я — его. Поединок драконов — единственно верное решение, Леотта. Тебе не стоит за меня беспокоиться, меня будет питать сила истинной любви. Твоя сила.
— Это опасно! Пожалуйста, улетай. Рив сказал, что позволит тебе уйти. Придется прятаться, скрываться от него, но зато…
Я пытаюсь зарыться Алану в плечо, но он заставляет меня смотреть на него.
— Ты убежишь со мной? — спокойной спрашивает он.
— Я же говорила. Нет, я не могу…
— Тогда вопрос решен. Я останусь, и пусть поединок покажет, кто из нас тебя достоин.
Я вцепляюсь ему в спину, ногтями, кажется, доставая даже через рубашку. Как он не понимает? Он может умереть! От одной мысли об этом я готова потерять сознание, а если это на самом деле случится… смогу ли я вообще жить?
Алан передвигает меня ближе к кровати и жестом просит сесть. Сам устраивается рядом, не отпуская меня.
— Знаешь, Леотта, я боялся. Думал, что ты хочешь остаться из-за Ривварда, что я ошибся в своих чувствах. Но прошлый день показал: ты держишься вовсе не за него. Ты очень сдружилась с Лесандром, не так ли? Он пожертвовал собой ради тебя. Как ты отказываешься строить свое счастье со мной, поэтому не хочешь бросать его.
— Он… Он мне как сын, — признаюсь я.
— Я понял это. И после этого осознания на сердце стало куда легче. Мальчик сможет стать графом вместо Ривварда. Он будет в безопасности. Такой вариант тебя устроит?
Мотаю головой. Ал не понимает — впервые в жизни мой внук почувствовал отцовскую любовь, пусть и своеобразную, но заботу. Он никогда не простит, если из-за меня он лишится этого.
— Как же с тобой непросто… — вздыхает Алан. — Ну оставь это. Завтра всё решится так, как должно решиться. К чему печалиться об этом сегодня? Посмотри на меня.
Я поднимаю голову и осознаю, что вот уже несколько минут мы с ним находимся в его спальне, на его кровати… Годы стерли мои воспоминания о том, что вообще бывает между мужчиной и женщиной в такие моменты, но сейчас молодое тело дало подсказку. Несмотря на весь ужас предстоящего дня, я покраснела от осознания: мы с Аланом вместе! И сейчас может случиться буквально что угодно.
Буду ли я против? Как же давно у меня было что-то подобное… Отдала всю себя внуку, посвятила ему остаток жизни. Была, наверное, возможность подыскать себе кого-нибудь еще в том мире, когда я была помоложе. Но сначала воспоминания о рано ушедшем муже не давали, потом я берегла свою репутацию строгого учителя и отшивала всех, кто подходил даже с намеками. А там уже и возраст, когда я могла бы привлечь мужчин, подошел к концу.