Формула истинной
Шрифт:
На какой-то простенькой белой рубашке, которую выдали графу Старрвинду, в районе плеча тут же выступило красное пятно. Я-то думала, что рана затянется мгновенно, как только он вернется в человеческое тело, но, похоже, это происходит не так быстро. Алан подходит к нам, держа возле раны какое-то полотенце, которое быстро пропиталось кровью, но будто бы совершенно ее не замечает. Как и в прошлый раз после превращения, у него слегка растрепанные волосы, и, должна признать, всё это вкупе выглядит чертовски мужественно. Эдакий варвар, которому нипочем копье, пробившее плечо.
—
— Отлично? — не сдерживаюсь я. — Шутите? Вам пробило крыло! Вы упали с такой высоты!
— В настоящих боевых условиях я бы упал на врагов, а это не так плохо. — Алан хищно скалится, показывая ровные белые зубы. Ну точно, варвар-хищник. — К тому же я не потерял сознание, не отключился. Все, кто оказался бы рядом, пали бы под моим пламенем. Ремни нужно чуть укрепить, они порвались после удара о землю, — эту фразу он бросил уже Ривварду и только сейчас заметил, что мой муж держится за грудь. Риввард тоже заметил волнение Алана и тут же убрал руку, притворяясь, что всё в порядке.
И вот тут я очень четко почувствовала, какая же сильная между ними разница. Алан, даже не поморщившийся от копья в крыле, и Риввард, который не по своей вине, но все же уже не так молод и силен.
И вместе с тем… Если ему так тяжело даются сражения, но Риввард все равно бросается в бой каждый раз, чтобы хоть что-то заработать, я не могу не проникнуться к нему уважением. Это же как бегать марафон со сломанной ногой — опасно, безрассудно, почти бессмысленно, но уж точно это не признак слабости или трусости. В какой-то мере мой муж может быть примером. Для Лесандра, например. Не потому ли он так быстро привязывается к Риву?
— Отпразднуем наше изобретение сегодня вечером, — объявляет Риввард. — Лес, Леотта, вы тоже должны быть. Скажи нашему повару… Кого ты там назначила на место прежнего толстяка? В общем, пусть приготовит что-нибудь получше обычного. У нас есть что отметить. Когда мы отвезем эту броню на фронт и покажем пример, никто не посмеет называть наше графство проклятым. — Риввард внимательно смотрит на меня, и я понимаю, что следующая фраза относится именно ко мне: — В проклятых краях люди не создают ничего прекрасного. Мы вырываемся из черной полосы, которая преследовала нас долгие годы. И должен признать, Леотта, это во многом благодаря тебе.
Я скромно отвожу глаза и встречаю взгляд Алана, его улыбку.
— Рив, я даже немного завидую тебе, — говорит он. — Любой дракон позавидовал бы такой жене.
Эти слова греют мне сердце, но я стараюсь сохранить спокойное выражение лица.
Можно порадоваться похвале Алана и счесть ее за комплимент. А можно вспомнить о том, что вечером Риввард запланировал не только торжественный ужин, но и кое-что еще… Черт. Неужели мне действительно придется провести с ним ночь?
Глава 19. Танцы и алкоголь
Алан
Я никогда не думал, что одно короткое путешествие может изменить всё. Казалось бы, моя цель была проста, нужно доставить умирающего друга домой. В графство, где я был уже не раз, к жене, с которой уже встречался. Ничего необычного.
Но
А что самое страшное — я это вижу… Я это чувствую. С первого же момента, когда я только приземлился на поле возле местных, бросил взгляд на нее… Мне казалось, что это и есть самый важный миг в жизни любого дракона. Первый взгляд, первый вдох после осознания — это мой человек. Девушка, предназначенная мне судьбой.
И следующий за ним выдох с осознанием: это не случайная служанка или крестьянка. Это Леотта, жена моего боевого товарища и друга. Невозможно, просто физически невозможно: если мы уже встречались и я не почувствовал в сердце никакого отклика, то не должно было его появиться и сейчас. Но я не ошибся. Леотта — моя истинная.
Но она ничем не выдала своего внимания ко мне. Узнав, что я принес тела Ривварда, Леотта упала в обморок от волнения. Потом, едва очнувшись, побежала проведать его, хотя и старалась вести себя сдержанно.
А сегодня… Сегодня все мои сомнения рассеялись. Когда мне подбили крыло, я летел вниз, почти не управляя своим телом. Единственное, что я мог — слегка замедлить полет, чтобы у людей было время убежать. Рив застыл на месте, рана дала о себе знать в самый неподходящий момент. И кто бросился ему на помощь? Разумеется, Леотта. Если до этого я теплил в себе надежду, скрывал чувства и выжидал, то теперь веры не осталось. Она точно любит своего мужа, а мои чувства — какая-то ошибка, невероятная ирония судьбы.
— Какие планы на вечер, Ал? — Рив хлопает меня по плечу. — Выпить и расслабиться или напиться в стельку от радости?
— Напиться, — уверенно говорю я.
Мы идем в зал, где накрыли небольшой праздничный стол. За ним уже сидят Лесандр и Леотта. Для этого торжественного застолья она надела другое платье, не то, что обычно: более пышное снизу, но выделяющее стройную талию и грудь. Светлые волосы заплетены в простую, но приятную прическу. Похожие носят в одном из королевств женщины-воительницы.
Леотта привстает, чтобы нас поприветствовать, и, кажется, подпинывает Лесандра под столом, чтобы он последовал ее примеру. Рив махает им рукой, мол, не нужно этих церемоний.
— Оставь это, жена моя. Сегодня у нас почти семейный праздничный ужин.
— Семейный? — усмехается Лесандр и косится на меня.
— Алан спас мне жизнь. Я могу его назвать его братом… — Риввард, занимая свое место, смотрит в мою сторону и усмехается в бороду: — Младшим братом.
Нам подают блюда. Простенькие, совсем не праздничные, но зато сытные и вкусные. Мой повар бы убил за такое, мне же нравится, когда нет этой напускной показухи. Между битвами мы можем неделями питаться кашей или бульоном из диких птиц, и никто не жалуется.