Формула истинной
Шрифт:
Некоторые служанки преобразились и сами стали похожи на графинь — сразу гордо приподнялись подбородки, грудь вперед. Типичные девочки, довольные обновками.
— Хорошая работа, мастер, — хвалю я Карра.
Деньги на обмундирование для служанок я раздобыла давно, еще до возвращения Ривварда. Не удивлюсь, если он даже не заметит изменений — это так типично для богатых людей, не замечать никого, кто ниже их по статусу. Здесь я тоже надеюсь, что эгоцентризм и невнимательность спасут меня от необходимости объяснять, куда же подевались дворцовые золотые
— Госпожа, разрешите поговорить с вами, — отзывает меня Карр в сторону, и я приглашаю его пройти по коридорам дворца. Он оглядывается с интересом и почтением. Похоже, никогда раньше не бывал здесь. — Данир просил передать вам две вести. Первая: уровень воды в реке поднялся на восемь сантиметров. Он считает это большим успехом и передает вам благодарности.
— Отличная новость!
Это даже больше, чем я рассчитывала. Конечно, я пыталась прикинуть, как быстро восполнится река, но для этого нужно знать слишком много данных: глубина реки, объем талых вод, процент, который уходит под воду… Все, что я могу сказать — восемь сантиметров прибавки за неделю — прекрасный результат.
— Да, Ваша милость, — кивает Карр и хмурит лоб, вспоминая. — Второе послание Данир попросил передать дословно, хотя я и не понимаю его смысл. «Сделка, о которой вы договаривались в день возвращения, состоялась. Господин путешественник опечален, что не увидел вас лично, но передает вам приветы и это».
Портной достает из наплечной сумки увесистую книгу и передает мне. Батюшки! Да это ж местный геологический учебник! Будет чем заняться на досуге. Хотя какой теперь в этом смысл? Риввард едва ли разрешит рыть шахту на его земле, он и каналам до реки не слишком обрадовался.
— Спасибо, это важное послание. Как там ваша Мурка? Не обижаете?
Карр улыбается при упоминании кошки.
— Я не обрадовался этому подарку, Ваша милость, но со временем оценил ее пользу. Более того, следуя моему примеру, другие городские жители тоже начали ловить кошек и пытаться затащить их в дом. Особенно мальчишки. Но пока у них не очень получается.
— Лучше бы им быть осторожнее. Одна царапина больной кошки может быть опаснее раны от меча…
— Детям сложно это объяснить. Они и раньше пытались подкармливать кошек, но взрослые всегда ругали их. А сейчас у самой графини во дворце поселились эти питомцы, и люди сочли это хорошим знаком.
— Хорошим знаком? — хмыкаю я. — Кажется, в городе меня не особо любят. С чего это им принимать это за хороший знак?
— Времена меняются, госпожа, — будто извиняясь, улыбается Карр. — Староста деревни рассказал, что это вашей идеей и распоряжением была раскопка каналов. В полях уже проводят новые оттоки с реки, чтобы орошать больше пространства. В такой жаре и с таким солнцем, как у нас, каждая капля воды на счету. А теперь ее становится всё больше. К тому же вы помиловали человека, который на вас напал. Он вернулся к родным, которые уже и не надеялись увидеть его живым. Как бы лично он к вам не относился, люди оценили ваше милосердие.
—
Значит, я всё делаю не зря.
***
Наступает вечер, а вместе с ним начинается какая-то странная суета. Во дворце, где не всегда встретишь хоть кого-нибудь, пока идешь по коридору, почему-то доносятся какие-то крики — не испуганные, а скорее восторженные. Я выглядываю из библиотеке и останавливаю ближайшего слугу, который несется по коридору сломя голову.
— Что случилось? Пожар?
— Нет, Ваша милость. Граф Флориен и граф Старрвинд готовятся к превращению!
Первая мысль — кого они собрались превращать? Неужели опять в опасности мой внук?! Я хватаю верхнюю одежду и несусь к выходу, вдыхаю холодный уличный воздух полной грудью и быстрым шагом иду на тренировочную площадку. Уже там, из разговоров, понимаю: прототип брони готов, и сейчас его будут испытывать.
Все жители дворца собрались посмотреть на это зрелище и образовали плотный круг возле площадки, а Нилл пытается всех разогнать:
— Отойдите, дурни! Если не хотите оказаться раздавленными драконом!
Среди людей я замечаю и Леса — он смотрит на Ривварда с восхищением, как и остальные, ожидая превращения. Похоже, даже для местных жителей настоящий, реальный дракон — зрелище не такое уж привычное, как мне казалось. Я подхожу к мужу и тихонько касаюсь его локтя. Он вздрагивает от неожиданности и оборачивается.
— А, ты уже здесь? Посмотрим, сработает ли твоя задумка.
— А кто будет превращаться? Ты?
— Нет. Алан.
— А где же он? — оглядываюсь я в поисках графа Старрвинда.
Риввард смотрит на меня, приподняв бровь. На его и так немолодом лице проступает еще больше морщинок, но они, скорее, выражают не старость, а усталость.
— Думаешь, ему стоило обращаться здесь, на виду у всех?
Я мгновенно краснею, вспоминая, что в прошлый раз Алан, обратившись из дракона в человека, был обнаженным.
— Да нет, я… Прости, я не подумала об этом.
— Надеюсь, что действительно не подумала, жена моя.
Представляю, как это звучало для него. Распутная жена удивляется, почему это она не может увидеть обнаженного мужчину. Но ведь я просто забыла об этой особенности драконов! Если бы я родилась в этом мире, конечно, запомнила бы, но… Не объяснять же всё это Ривварду.
Тем более что я, может быть, и не против посмотреть на Алана после превращения в человека. Но без такого количества лишних глаз.
Мысли плывут в неправильную сторону, и я иду к броне, которая разложена здесь, на площадке. Она ужасающих размеров — ею можно было бы устелить всю комнату в нашей однушке в родном мире. Металлическая, пока что слегка кустарная: видно, как криво скреплен металл. Видимо, найти столько пластин такого размера не смогли и сшивали их каким-то другим способом, предположу, что чем-то типа сварки. Вряд ли она есть в этом мире, но, может, есть какой-нибудь магический аналог. Угловатая, клинообразная, толстая.