Флеш-драйв
Шрифт:
– Осталось эту пару недель продержаться... Ладно, поверю тебе ещё один раз. До сих пор твои авантюры срабатывали. И да... если будешь рыться в их библиотеках по теме двигателей, выясни мне, пожалуйста, одну вещь, причём срочно.
– Какую?
– Что мешает их ракетам выпрыгнуть прямо внутри наших кораблей?
Глаза Серан испуганно сверкнули.
– Возможно, стоимость тилиумного двигателя слишком велика, чтобы ставить его на одноразовую ракету. Или математика прыжка не позволяет обеспечить такую точность выхода.
– Ты смотрела запись атаки на колонии? Или на твоих подопечных? Рейдеры выходили из прыжка ровным
– Ты прав, - биотические поля Серан стали совсем плотными.
– Я немедленно это проверю. До тех пор - постоянно маневрируем, чтобы им было труднее на нас навестись, если такая опасность существует.
Актеон и его экипаж, как выяснилось, ничего не слышали о подобной возможности. Капитаны гражданских судов, даже имевших прыжковые двигатели, никогда не готовились к такой экзотике, как сверхточные прыжки. Их учили выходить на расстоянии не меньше десяти мегаметров от цели.
Они только заверили, что колониальные двигатели не могли бы обеспечить попадание в чужой корабль. При всём желании. В планету или звезду, если захотеть, врезаться при прыжке можно. В другой звездолёт - никогда.
– Чтобы сформировать горизонт событий в точке выхода, - пояснил школьный учитель, оказавшийся со своим классом на борту "Жемчужины" в рамках экскурсии, - "Раптор" стягивает микроскопические червоточины из объёма в тысячи кубических километров. Батлстар - из объёма в миллионы. Внутри замкнутого пространства провести такую сборку не получится - корабельная обшивка остановит червоточины. А в объёме корабельного трюма, например, их банально не хватит, чтобы создать зону выхода за приемлемое время. Но мы можем с уверенностью сказать это только про наши корабли. Сайлонские прыжковые двигатели гораздо совершеннее. Возможно, они умеют собрать достаточное количество червоточин для прохода истребителя с пары сотен кубических МЕТРОВ... правда, работающий тилиумный реактор в любом случае затрудняет этот процесс, может быть поэтому против наших кораблей указанный вами способ не использовали. Но у вас другой тип реакторов, так что возможно, вам стоит быть осторожнее.
– Уж будем, не сомневайтесь. Погодите, а атмосфера планеты сборке горизонта событий не препятствует?
– Препятствует, но не фатально. До точки сборки не дойдёт лишь часть червоточин. С другой стороны, в сильных гравитационных и электромагнитных полях уровень флуктуаций выше, и вы сможете собрать нужное количество с меньшего объёма.
– То есть легче всего прыгнуть в окрестности чёрной дыры, а труднее всего - в межгалактическое пространство?
– Грубо говоря - да. Но понятия "легче/труднее" тут не совсем пригодны. Просто объём зоны выхода разный.
– Вот спасибо за предупреждение.
"Нужно будет отключить искусственную тяжесть на наших кораблях... и перепланировать их так, чтобы внутри не было больших полостей".
– Но прыжок в атмосферу, если она открыта, вполне возможен?
Учитель задумался и ответил не сразу.
– Да, - сказал капитан.
– Это экстремальный манёвр, но военные иногда так делают. Гражданские пилоты - никогда.
– Зачем тогда нужны
– Может быть они боялись мести? Боевые корабли, не привязанные больше к планетам, могли бы уйти в дальний рейд, и нанести сайлонам значительный ущерб.
– Не зная, где находятся их колонии и базы? Сомневаюсь. Вы могли бы искать их веками, но так и не наткнуться ни на одно поселение.
"Передайте всем наземным войскам - нам нужны живые, в смысле - функциональные сайлоны для допроса. У них есть план - и мы должны понять, в чём этот план состоит".
– А как тебя зовут?
– спросила девочка.
– Меня - Ками. А её - Дейзи, - она подняла куклу повыше, чтобы сияющие синие глаза могли её разглядеть.
– У меня нет имени. Только номер. ТОП-2508.
– Это большая цифра, да? Мы в школе ещё только до десяти цифры проходили. А что такое топ? Ты топаешь?
– Тяжёлая особь прорыва, номер две тысячи пятьсот восемь.
– Мне так не нравится, - капризно заявила девочка.
– И Дейзи не нравится, видишь, она кивает?
– Вижу, - подтвердил Преторианец. Он также отчётливо видел, что головой тряпичной человекоподобной фигурки с кодовым обозначением "Дейзи" двигают собственные пальцы девочки. С его точки зрения, этот конструкт был слишком примитивен, чтобы испытывать какие-либо эмоции.
Но ТОП-2508 спорить не стал. Его нервная система находилась в режиме обучения, который лучше всего описывался максимой "Я знаю только то, что ничего не знаю". Ему следовало ещё многое научиться понимать. Он ведь по существу тоже был ребёнком. Клонирован значительно позже окончания Жатвы, всего сто лет назад - и в него не загрузили воспоминания никого из старых протеан. Его жизненный опыт ограничивался тремя месяцами боевых действий.
И если Главный Коллекционер сказала, что смотреть и слушать, разговаривать с людьми - лучший способ научиться их понимать - значит, в этом есть смысл. С точки зрения ТОПа-2508, он мог бы научиться ориентироваться в этой новой среде гораздо быстрее, если бы ему разрешили собрать несколько голов аборигенов и подключить к своей процессорной сети. Но Главная строжайше запретила так поступать, а ТОП-2508 был очень послушным солдатом.
Его братья сейчас резвятся на Каприке и Леонисе, там хотя бы есть, в кого пострелять. А он вынужден возиться с этими двуногими, со строжайшим запретом причинять им вред. Не то, чтобы ТОП-2508 был как-то особенно кровожаден. Просто взрослые, солидные Коллекционеры в Преторианцы не идут. У них свои, взрослые, солидные дела, и они знают, что все эти Жатвы в сущности своей достаточно однообразны и утомительны. Однообразно-утомительны. Утомительно-однообразны... Конечно, если тебе сто лет, если ты ничего толком не умеешь, если ты толком не знаешь, что тебе хотелось бы уметь, если ты не научился ещё ценить своё главное достояние - время, если у тебя нет и не предвидится каких-либо особенных талантов, если доминантой твоего существа, как и девяносто лет назад, остаются не головы, а лезвия, излучатели частиц и бронированный панцирь, если ты настолько примитивен, что воображаешь, будто на неизвестных планетах можно отыскать некую драгоценность, невозможную на базе, если, если, если... то тогда... конечно.