Флеш-драйв
Шрифт:
– Опоздали... пока мы тут защищали несколько тысяч, там погибло намного больше...
– Не обязательно, - утешила его Серан.
– Сколько-то погибло, конечно, но не факт, что так много.
Поток информации хлынул на его внутренний терминал. Коллекционеры имели большой опыт зачистки планет самого разного типа. Это дело отнюдь не такое простое, как кажется. Планета - она большая. Даже если не газовый гигант. Чтобы накрыть одну только поверхность суши нейтронной радиацией или плазмой от обычных атомных взрывов, понадобятся миллионы зарядов. Вряд ли у противника столько в запасе
Можно ли в принципе уничтожить на планете всю жизнь (или хотя бы всю высокоразвитую жизнь) используя пару сотен тонн чего бы то ни было? В принципе можно. Есть умные способы - кобальтовые бомбы, ядерная зима, биологическое оружие... Но проблема в том, что все эти методы действуют далеко не сразу. Атмосфере нужно время, чтобы остыть, радиоактивной пыли - чтобы разлететься и осесть, вирусам или бактериям - чтобы в достаточной мере расплодиться. За сутки ничто из перечисленного фатального урона биосфере нанести просто не успеет. Особенно если у цивилизации остались хоть какие-то меры противодействия - тёплая одежда, противогазы, подземные убежища - тогда срок выживания можно и на десять суток растянуть...
– А если они нанесут удары прицельно по городам и посёлкам?
– Опять же - для этого понадобятся тысячи взрывов. Не миллионы, конечно, но... значительно больше, чем мы пока видели. Кроме того, против таких ударов эффективны стандартные меры гражданской обороны - рассредоточение, затемнение, замаскированные убежища... При ядерной войне или массированном орбитальном ударе - что, в принципе, эквивалентно - основные потери в жизнях вызывают не сами взрывы, а разрушение инфраструктуры, крушение цивилизации и их последствия - голод, болезни, мародёрство... Но всё это работает не мгновенно. Мы успеем долететь.
– Это хорошо, - влез в конференцию насмешливый голос Явика.
– Долетите. А дальше что? У вас будет непригодная для жизни планета, неважно, замерзающая, заражённая каким-то вирусом или засыпанная радиоактивной пылью. Миллион беженцев, а может и не один миллион. И корабль, который вместит от силы сто тысяч. Напомню, что люди - не протеане, чувство долга у них совершенно неразвито, жертвовать своей жизнью ради выживания нации они не умеют, зато ради своих детей и родственников пойдут на любое преступление. Я посмотрю, как вы будете объяснять таким существам, что нужно оставить девять из десяти из них на мучительную смерть.
– Дорогой внучек, - прострекотала Серан.
– Осмелюсь тебе напомнить, что я в своей жизни провела больше спасательных операций, чем ты вообще видел. Далеко не всегда мои спасаемые были протеанами, и далеко не всегда у меня хватало ресурсов, чтобы вытащить всех. Как-нибудь договорюсь.
– Ну-ну, - хмыкнул Явик.
– Мне будет интересно на это посмотреть.
– Нужна помощь. Двоих.
– После того, что ты сделал, Мордин, я бы тебе хоть тысячу выделил... но у меня столько нет. А вся наша восьмёрка нужна возле флота беженцев. В нашей ситуации лишний ствол не помешает.
– Тысячу
– Ну если так, то конечно... но ты же до этого флота недавно сам по космосу добежал за доли секунды!
– Только в виде безмассовой волны. В этой форме ломать хорошо. Жить плохо. Общаться плохо. Нужно пообщаться с новыми знакомыми. Прибыть материальным. Нельзя материализоваться без финишного поля.
– Как же тогда... погоди, зонд?
– Ну да. Взял ближайший зонд с Каналом-2. У соседней звезды. Четыре светогода. Направил в четверную систему. Восемь часов полёта. Потом включил на приём. Переместился через Канал от Сиона.
– Вот оно что... а у нас многие уже поверили, что ты стал действительно вездесущим... и как бы не всемогущим. Что ж, я сам тебя с удовольствием подброшу. Давай координаты.
В скафандре Мордин не выглядел таким чужеродным для людей, как в лёгкой одежде. Просто худощавый гуманоид. Шлем скрыл раздвоение головы, маска из твёрдого света - огромные глаза, а биомеханические мускулы выпрямили ноги и спину.
Тем не менее, зрелище пришельца, едущего ВЕРХОМ на истребителе, держась руками за решётку электромагнитных ускорителей, изрядно шокировало экипаж корабля. К счастью, когда он вошёл в ангар, люди уже успели прийти в себя, и достаточно вежливо жестами пригласили его пройти внутрь.
Ещё до визита Мордина один из "Очей" за полтора часа сумел довести до людей мысль "доставьте нашего посланника в вашу корабельную библиотеку". К счастью, такая здесь была. И учебники языков в ней имелись.
Больше всего времени - две минуты - ушло на то, чтобы узнать, как звучит каждая буква. Общаясь с Коллекционерами в виртуальном пространстве, Мордин уже успел позабыть, какими тормозами бывают люди и другие разумные без имплантов. У него даже не было с собой саркофага, чтобы погрузиться в стазис, дожидаясь, пока их огромные неповоротливые мозги что-то сообразят.
Зато после этого он уже смог работать с учебниками самостоятельно. У библиотекаря и посетителей медленно отвисли челюсти при виде того, как красная молния бушует в помещении, перескакивая от стеллажа к стеллажу, или как замерший на мгновение Мордин перелистывает страницы со скоростью пулемётной очереди. Возможно, сразу демонстрировать почти незнакомым существам полные возможности скоробиотика - не лучшая идея, но сейчас скорость была важнее, чем скрытность. Параллельно со словами он усваивал и понятия новой культуры. Двенадцать Колоний. Боги Кобола. Сайлоны.
– Готов к переговорам, - сказал он наконец, отложив двадцать шестой учебник.
– Думаю, понимаю. Достаточно. Буду доучиваться в процессе.
– Вы... выучили язык за шесть минут?!
– даже увидев своими глазами, кобольцы всё ещё не могли в это поверить.
– Не полностью. Выучил базу. Могу использовать основные понятия. Нюансы буду дополнять.
Следующий вопрос был более обоснован.
– Кто вы?!
– Межрасовый союз. Космические путешественники. Четыре народа. Коллекционеры, протеане, Наездники, саларианцы.