Физик
Шрифт:
— Я его видел… — после недолгих колебаний признался Халиф. — Просто, к своему стыду, анализировал только вашу инициацию, а доблесть доверенной Слуги своего внука проглядел. Я признаю свою вину и компенсирую свой проступок прямо сейчас. Только перед тем, как начать, хотел бы получить ответ на один вопрос: чем Волконский наградил мою подданную?
— Пока не знаю… — вздохнул я. — Награждения еще не было, а задавать вопросы Его Императорскому Величеству мне, как вы понимаете, не по чину.
— Что ж, я задам их сам… — решил он и набрал Ярослава Третьего.
Разговаривал порядка полутора минут. Вернее, задал вполне понятный
Все время, пока трехмерная голограмма демонстрировала то действо, не отрываясь, анализировал действия Мавии. А после того, как ролик закончился, разрешил его свернуть, некоторое время обдумывал увиденное, сжал пальцы на подлокотниках трона и криво усмехнулся:
— Я согласен и с вами, и с Ярославом — телохранительница моего внука совершила подвиг. Орден «За личное мужество» и личное дворянство она получит в свой следующий визит в столицу Российской Империи, а мою часть благодарности — сейчас…
Это самое «сейчас» настало минут через семь-восемь, понадобившиеся одному из личных помощников Халифа
для обеспечения задуманного действа. Зато потом Мавии прилетело по полной программе — государь пожаловал ей орден Шамшира, как потом выяснилось, одну из самых почетных боевых наград страны, ни разу не вручавшуюся женщине, какой-то титул, вроде бы, уравнивавший целительницу в правах с мужчинами, именное золотое оружие и очень приличную сумму денег.
Закончив с этим делом, ободряюще улыбнулся напрочь шокированной женщине, похвалил внука за правильный подбор Слуг, а затем переключился на меня. В этот раз «стандартные вопросы» не задавал: снова извинился за «проступок», назвал настоящим Защитником, пообещал, что и сам больше не даст Мавию в обиду, и легонечко подколол нас с Даудом:
— Но это не значит, что вам с моим внуком можно расслабиться — жизнь настоящих мужчин, увы, изобилует неприятными моментами, и встречать их лучше всего плечом к плечу с надежным другом. Впрочем, вы это знаете не хуже меня, ибо уже попадали в ситуации, выкрутиться из которых в одиночку было бы затруднительно. Да, именно в ситуаци-И: по уверениям менталистов, допросивших тварей, планировавших показательное похищение Дауда, у групп, отправленных в Российскую Империю, сорвалось аж четыре попытки захвата. Что интересно, по одной и той же причине: похитители не успевали заблокировать ваши машины, чтобы дать возможность менталистам-Архимагам придавить вас площадными ментальными заклинаниями…
Тут я аж похолодел, ибо почувствовал, что Халиф абсолютно серьезен, и представил альтернативное развитие событий. Он оказался глазастым — как-то заметив, что меня проняло, подтверждающе кивнул:
— Да, Лютобор Игоревич, не прояви вы бдительности, одна из следующих попыток могла увенчаться успехом. И тогда отношения между двумя нашими странами были бы серьезно испорчены. Но, слава Аллаху, все виновные уже
И отплатил. В смысле, заявил, что в марине поместья Фарас ал-бахр меня дожидается новенькая моторная яхта «Фиалка», дабы мы с его внуком могли выходить в море и отдыхать без посторонних глаз.
Если бы не настоятельная просьба Императрицы-Матери ни в коем случае не отказываться от этого подарка и не обещание взять на себя все траты по его содержанию, то я бы однозначно уперся, ибо не видел смысла выбрасывать деньги на второй чемодан без ручки. А так задвинул куда подальше желание сообщить, что машины похитителей «срисовала» Яна Зыбина, а не я, рассыпался в благодарностях, выразил надежду на то, что смогу приезжать в Халифат достаточно регулярно, и пообещал передать через Дауда свои впечатления о самом первом плавании на этом шедевре яхтостроения. Хотя в принципе не представлял, как выглядит этот «шедевр».
Тем не менее, Халифа все устроило — он уверенно предсказал, что проблем с выездом на отдых в его страну у меня не будет, поболтал с нами еще несколько минут и отпустил. Вернее, послал. Адресно. В Фарас ал-бахр. Знакомиться с подарком…
…В дворцовом гараже я со спокойной совестью забил на рекомендации Волконской и забрался за руль своего «Потапыча». Мало того, пригласил в него Дауда и Мавию, а Палыча, Щелчка и Варвару «сослал» в машины охраны. Не скажу, что эта рокировка хоть как-то сказалась на скорости движения кортежа, зато я почувствовал себя значительно комфортнее. Впрочем, тупить — тупил. Почти десять минут. Пока Замятина не посоветовала снять пиджак, избавиться от галстука и расстегнуть рубашку. Аль Сауд-младший, тупивший на одной волне со мной, немного пострадал из-за того, что не в костюме, стянул бишт, передал назад и… подколол Слугу:
— Ну что, теперь-то ты веришь, что мы тебя в обиду не дадим?
— Да, мой господин!!! — с жаром ответила телохранительница и, наконец, вышла из ступора, в котором пребывала с момента награждения: — Я вам так благода— …
— Мавия, уймись: мы все читаем по глазам! — хохотнул я. — А они у тебя светятся, как два маленьких солнышка. Кстати, от всей души поздравляю с наградами, обретением личного дворянства и статусом, до которого всем остальным твоим соотечественницам не дорасти и за три жизни.
— Спасибо, господин…
— Уже не «господин», а Лютобор Игоревич! — уточнил я, а когда Мавия стрельнула взглядом в сторону Замятиной, ехидно ухмыльнулся: — Открою страшную тайну: Вале нравится, как звучит словосочетание «мой господин», поэтому все остальные варианты обращения она не признаёт… и не признает даже тогда, когда заслужит личное дворянство!
— Мой господин прав… — подтвердила Незаменимая, вложив в два этих слова столько страсти, что я рассмеялся, Мавия покраснела, а Дауд застрадал:
— Лют, я начинаю тебе завидовать! Эх, как бы намекнуть моей Слуге, что это обращение может звучать настолько волнующе?
Тут заржали все вчетвером. А когда успокоились, я описал еще одну «жуткую проблему»:
— Черт, я только что сообразил, что теперь, когда Мавия обрела новый статус, она могла бы раскатывать по Медине на своей «Фудзияме»!
— Мелочи: я пришлю за этой машиной самолет… — пообещал Аль Сауд, тем самым, дав понять, что пребывание Мавии у нас в гостях закончилось.