Фиолетовое пламя
Шрифт:
— Так что это у нас здесь стряслось?
Глава 3
Грейс пришла в себя.
Она стояла, тесно прижавшись к мужчине… к незнакомому мужчине. Руки его беззастенчиво, ласково поглаживали ее бедра. Сердце ее бешено колотилось, колени подгибались, внутри все как будто таяло. Он снова рассмеялся — все тем же глубоким, раскатистым смехом. Упершись кулачками ему в грудь, Грейс оттолкнула его.
И подняла глаза.
Она тотчас же узнала его.
Не из-за его потрясающей внешности —
Мужчина широко улыбался. Глаза его блестели. В уголках рта появились две глубокие ямочки. Зубы были белые и ровные.
— Как вы смеете! — вскрикнула Грейс. Он приподнял одну бровь.
— О, прошу прощения — я нечаянно налетел на вас.
Его тягучий техасский выговор ласкал слух. Грейс, к вящей своей досаде, вспыхнула — ведь им обоим было ясно, что это она сама налетела на него с разбегу. Она с достоинством выпрямилась и попыталась пройти мимо него, но незнакомец загородил ей дорогу. Лицо ее застыло от ярости.
— Не убегайте. Зачем же так сердиться? — добродушно пробормотал он. — Как вас зовут?
— Грейс О'Рурк.
Мысли ее заметались. Узнал ли он ее? Прошло почти два года с той короткой встречи, и на ней тогда был берет, прикрывавший лицо. Грейс старалась не поддаваться панике, но можно ли забыть активистку, взобравшуюся на рояль в разгар званого вечера и устроившую скандал? Если он узнает ее, она скорее всего лишится работы. Похоже, он свой человек в доме Баркли. Кто же он? Брат?
Кузен? Любовник? О Господи, пусть это окажется гость… который вот-вот уедет! Ей нельзя потерять работу!
— Грейс О'Рурк, — протянул незнакомец, точно пробуя ее имя на вкус. Как видно, оно ему понравилось, и он улыбнулся так, что у нее сжалось горло. В смятении Грейс снова попыталась протиснуться мимо него. Могучей рукой он преградил ей путь и подмигнул, будто намекая на какую-то лишь им двоим известную шутку.
— Мисс Маргарет-Энн, а ну-ка выходите! — Его глаза, устремленные на Грейс, смеялись.
Грейс так и застыла на месте.
Дверь рядом с ними отворилась, и появилась Маргарет-Энн: вид у нее был воинственный, глаза красные от слез.
— Это и есть маленькая беглянка, которую вы ищете?
— Да, благодарю вас, — сказала Грейс. Маргарет-Энн исподлобья взглянула на нее и бросилась к золотоволосому незнакомцу:
— Она разбила мою куклу! Она разбила Лайзу! Он взял ее на руки и поднял
— Не может быть! Бедная Лайза! Но ведь мисс О'Рурк сделала это не нарочно, она ведь не хотела, правда?
Он прижал к себе девочку и ласково потерся носом о ее личико. Даже самый капризный ребенок не смог бы устоять перед ним.
— Мисс О'Рурк ведь наверняка ужасно жалеет о случившемся. А вы, принцесса, должны быть милостивы и простить ее.
— Я не разбивала ее куклу, — сказала Грейс, с трудом сдерживая негодование. — Она сама бросила ее на пол от злости.
Он заглянул в глаза девочке.
— Маргарет-Энн! Та заплакала.
— Ну-ну, малышка, — тихонько бормотал он, покачивая ее. — А как ты думаешь, не отвести ли нам Лайзу к доктору?
— Она разбилась, — всхлипывала девочка.
Незнакомец посадил Мархарет-Энн на согнутую руку, и Грейс против воли пришлось последовать за ними в детскую. Опустив девочку на пол, он присел на корточки и стал осматривать Лайзу.
— Ну что ж, ничего страшного, хороший кукольный доктор ее моментально вылечит, — весело объявил он.
— Правда? — недоверчиво спросила Маргарет-Энн.
— Разве я стал бы тебя обманывать? — мягко, с ласковой улыбкой заверил он.
Грейс сжала губы. Его обаяние неотразимо действует даже на шестилетнего ребенка! И девочка, уже поддавшись этому обаянию, успокоилась, заулыбалась.
— Я люблю тебя, Рейз! — воскликнула она, обхватывая ручонками его шею.
Он засмеялся, крепко обнимая ее.
— И я тебя люблю. Сейчас я возьму с собой Лайзу, и ты и глазом не успеешь моргнуть, как она уже будет здорова. Но взамен ты должна быть поласковее с мисс О'Рурк. Настоящие, хорошо воспитанные леди всегда вежливы и приветливы, а ведь ты, моя красавица, маленькая леди!
Грейс просто ушам своим не верила.
Маргарет-Энн нахмурилась.
— Не дуйся, — сказал Рейз, — а то у тебя появятся некрасивые морщинки.
Он поднял куклу и повернулся к Грейс, глаза его сверкнули:
— Вы тоже не должны дуться.
Кулачки ее невольно сжались. Этот человек… этот ловелас уже принялся превращать ребенка в глупенькую, жеманную барышню! Грейс готова была взорваться, но так как она не знала, кто он, и не хотела рисковать своей работой, то неожиданно для себя промолчала.
— Пойду расскажу про Лайзу Ханне! — крикнула Маргарет-Энн и выбежала из комнаты.
Грейс посмотрела ей вслед — это было безопаснее, чем смотреть на Рейза, — но в конце концов ей все же пришлось поднять на него глаза. Взгляд его скользил по ней медленно, неторопливо, охватывая ее всю — от рыжеволосой головки до кончиков туфелек. Грейс почувствовала, что снова краснеет, — ее тонкая белая кожа вспыхивала слишком легко и слишком часто. Она вздернула подбородок, изо всех сил стараясь не замечать его откровенно оценивающего взгляда. Беда только в том, что тело ее жило своей собственной жизнью и сердце так билось, что казалось, вот-вот выскочит из груди.