Финал
Шрифт:
– Работу? Какую работу?
– Он не говорит. Я думаю, теперь это уже не важно. Он вляпался в какие-то по-настоящему серьезные неприятности. Сегодня вечером он собирается встретиться со своим настоящим шантажистом.
Я кое-чего не сказала Патчу, но это не значит, что я не думала об этом: я была абсолютно уверена, что во всем этом замешана Дабрия, так уверена, что готова была поставить на это свою жизнь.
– Мы не знаем точного времени встречи, когда шантажист позвонит Пепперу, у нас будет двадцать минут на все про все. Нам надо будет поторапливаться.
– Ты
– Я думаю, что Пеппер трус. И он очень рад, что мы займемся всем этим, а ему не придется ничего делать.
– Я готов, – мрачно произнес Патч. – Когда станет известно место встречи, я буду ждать тебя там. Только сделай для меня кое-что еще, Ангел.
– Говори.
– Я хочу, чтобы ты была живой и здоровой, когда все это кончится.
Звонок прозвенел за десять минут до полуночи.
Пеппер не смог бы отвечать более естественно, даже если бы заранее репетировал свои ответы:
– Да, я приду один. Да, я зачарую предметы. Да, я могу быть на кладбище через двадцать минут.
Как только он повесил трубку, я сказала:
– Какое кладбище? Колдуотер?
Он кивнул.
– В мавзолее. Я должен ждать там дальнейших инструкций.
Я повернулась к Скотту.
– На нашем городском кладбище только один мавзолей. И он прямо рядом с могилой моего отца. Лучшего места для нас просто не найти: там повсюду деревья и надгробья, а на улице темно – шантажист не сможет определить, кто вошел в мавзолей, ты или Пеппер, а потом уже будет поздно.
Скотт натянул пониже на лицо капюшон от своей толстовки, так, чтобы лица не было видно.
– Но я ведь значительно выше, чем Пеппер, – с сомнением произнес он.
– Ты сгорбишься. А одежда у тебя достаточно мешковатая, на расстоянии фигуры не разглядеть. – Я повернулась к Пепперу. – Дай мне свой номер телефона и следи, чтобы линия была свободна. Я позвоню тебе сразу, как мы схватим шантажиста.
– У меня дурные предчувствия, – захныкал Пеппер, нервно вытирая ладони о штаны.
Скотт чуть задрал рубаху, демонстрируя Пепперу свой необычный, мерцающий голубым светом пояс:
– Мы хорошо подготовились.
Пеппер крепко сжал губы, но все же не удержался от недовольного замечания:
– «Дьявольская сила»! Архангелы ни за что не должны узнать, что я во всем этом замешан.
– Как только Скотт поймает твоего шантажиста, появимся мы с Патчем. И все будет легко и просто, – объяснила я Пепперу.
– А почему вы думаете, что он не подготовил себе пути отхода? – возразил он.
В голове у меня появился образ Дабрии. У нее был один-единственный друг – если можно так выразиться. И очень жаль, что сегодня этот единственный друг будет участвовать в ее разоблачении. Я не могла дождаться момента, когда Патч вонзит острый и желательно ржавый прут в ее шрам от крыльев – мне не терпелось увидеть выражение ее лица.
– Если мы собираемся успеть вовремя, нам надо пошевеливаться, – сказал Скотт, бросив взгляд на часы. – У нас пятнадцать минут.
Я схватила Пеппера за рукав, не давая ему
– Не забывай о своей части сделки, Пеппер. Как только мы разберемся с шантажистом, между тобой и Патчем все закончится.
Он торопливо закивал:
– Я оставлю Патча в покое. Даю слово.
Мне не понравилось мелькнувшее в его взгляде лукавство, когда он загадочно добавил:
– Правда, я ничего не смогу поделать, если он сам начнет искать меня.
Глава 28
За рулем «Барракуды» был Скотт, я находилась рядом на пассажирском сиденье. Он убавил громкость радиоприемника, по которому гремел Radiohead [12] . Тени от мелькающих фонарей скользили по его лицу. Он держал руль обеими руками: левая рука – на десять часов, правая – на два.
– Нервничаешь? – спросила я.
– Не доставай меня, Грей. – Он улыбнулся, но улыбка была напряженная.
– Ладно. А что у тебя с Ви? – Мне хотелось отвлечься от мыслей о том, то ждет нас впереди: совсем ни к чему было крутить в голове одно и то же и мысленно разыгрывать сценарии один хуже другого. Нас было трое – Патч, Скотт и я – против Дабрии. Все это не займет и пары секунд.
12
Британская рок-группа.
– Оставь все эти девчоночьи штучки для кого-нибудь другого.
– Но это закономерный вопрос!
Скотт сделал музыку чуть погромче:
– Я не из тех, кто целуется с девушкой, а потом болтает об этом.
– Так вы целовались! – Я вскинула брови. – А еще что-нибудь мне стоит знать?!
Он почти улыбнулся.
– Абсолютно ничего.
За поворотом показалось кладбище, и он указал на него подбородком.
– Где мне припарковаться?
– Здесь. Дальше пойдем пешком.
Скотт кивнул.
– Здесь и правда много деревьев. Легко прятаться. А ты будешь наверху, со стороны парковки?
– Я буду наблюдать с высоты птичьего полета. А Патч займет позицию у южного входа. Так что мы не спустим с тебя глаз.
– Я знаю.
Я оставила без комментариев этот пассаж – между Патчем и Скоттом всегда существовало соперничество. Но как бы Патч ни относился к Скотту, даже если он считал его притаившейся у ног змеей, – если он сказал, что будет здесь, значит, он будет здесь во что бы то ни стало.
Мы вышли из машины. Скотт натянул капюшон пониже на лицо и сгорбился:
– Как я выгляжу?
– Как потерянный брат-близнец Пеппера. Не забудь: как только шантажист войдет в мавзолей – сразу свяжи ему руки кнутом. Я буду ждать твоего звонка.
Мы со Скоттом стукнулись кулаками, я пожелала ему удачи, и он пошел к воротам, ведущим на кладбище. Я видела, как он легко перемахнул через забор и исчез в темноте.
Я позвонила Патчу. После нескольких гудков включился автоответчик, и я торопливо наговорила сообщение: «Скотт на месте, я двигаюсь к своему посту. Позвони мне сразу, как появишься. Мне нужно знать, что ты на месте».