Финал
Шрифт:
– Нет. Но разве это что-то меняет?
Он наклонился и завязал шнурок, который у меня развязался.
– Время хорошенько размяться. Ты знаешь порядок.
Я знала порядок, это да.
А вот Данте не подозревал, что моя тренировка сопровождается фантазиями о том, как я втыкаю нож, или дротики от дартса, или еще что-нибудь подобное прямо ему в спину, пока бегу по неровной лесной тропинке за ним в глубину чащи, где была скрыта наша тренировочная площадка. Ну а почему нет, если это поднимало мне настроение?
Когда
– Какие планы на сегодня? – спросила я, сидя на земле с растопыренными в разные стороны ногами и склоняя голову на одно из бедер, от чего мышцы сильно напряглись.
– Одержимость.
– Одержимость?! – Я не поверила своим ушам и обернулась.
– Да. Если падшие ангелы могут вселяться в нас и владеть нами безраздельно, почему бы и нам не научиться делать то же самое с ними? Разве есть лучшее оружие, чем способность полностью контролировать тело и сознание врага? – продолжал Данте.
– Но… я не знала, что это в принципе возможно – вселиться в падшего ангела.
– Теперь возможно. Теперь, когда у нас есть «дьвольская сила». Мы теперь сильнее, чем когда-либо. Я тайно тренирую нескольких нефилимов, которых тщательно отобрал – в том числе и себя самого – уже несколько месяцев. И я достиг определенных успехов. Если мы овладеем этой техникой – это кардинально изменит ход войны, Нора. Если мы сможем это делать, у нас появится шанс.
– И мы будем тренироваться сегодня? Прямо сейчас?
Такое было возможно только во время Хешвана. Как он мог тренироваться в течение нескольких месяцев?
– Да. Мы будем тренироваться на падшем ангеле. – В глазах его мелькнула насмешливая ухмылка. – Я же говорил тебе: мы стали сильнее, чем раньше. И падшие ангелы, которые неосмотрительно бродят по городу в одиночестве, не могут справиться с группой нефилимов. Мы отлавливали их прямо на улицах по ночам и увозили в тренировочный центр, который организовал Хэнк.
– Так Хэнк во всем этом участвовал?
Видимо, призрак Хэнка будет преследовать меня вечно.
– Мы похищали одиночек, необщительных интровертов, пропажи которых никто особо не замечал. Мы давали им особый препарат с «дьявольской силой», который делает их сознание доступным для вторжения на короткое время, даже не в Хешван. И практиковались на них.
– А где они теперь?
– Под замком на тренировочной базе. Мы им вставляем металлический стержень с «дьявольской силой» в шрамы от крыльев, когда не тренируемся с ними, – это делает их совершенно беспомощными. Они как подопытные кролики всегда в нашем распоряжении.
Я была уверена, что Патч ничего об этом не знает. Он бы обязательно упомянул
– И сколько падших ангелов вы там держите? И где находится база?
– Я не могу тебе сказать. Когда мы строили базу, Хэнк, Блейкли и я договорились хранить это в секрете. С уходом Хэнка мы с Блейкли остались единственными нефилимами, которым известно, где она находится. Так лучше. Чуть расслабишься – получишь измену. Люди ведь способны на все – даже на то, чтобы предать собственную расу. И нефилимы в этом смысле ничем не отличаются от обычных людей. Мы просто избавляем их от ненужного соблазна.
– И ты собираешься отвезти меня на базу, чтобы практиковаться?
Я была уверена, что для этого разработана целая процедура: мне скорее всего завяжут глаза или даже почистят память, чтобы я не запомнила дорогу. Но, может быть, я все же смогу как-то исхитриться и запомнить ее. Может быть, мы с Патчем могли бы вместе наведаться на эту базу…
– Нет, это не потребуется. Я привез одного из подопытных кроликов с собой.
Мой взгляд метнулся к деревьям:
– Где?!
– Не беспокойся, сочетание «дьявольской силы» и прута в шраме от крыльев делает ее весьма покладистой.
Данте исчез за большим валуном и вернулся, волоча за собой падшего ангела – девушку, скорее даже девочку, на вид ей было не больше тринадцати человеческих лет. Ноги ее, две зубочистки, торчащие из коротких шорт, были не толще моих рук.
Данте бросил ее на землю, ее безвольное тело обмякло, словно мешок с мусором. Я невольно отводила взгляд от торчащего у нее в спине железного прута: понимая, что она ничего не чувствует, я все равно не могла избавиться от мурашек, бегущих у меня по спине при виде этого.
Я убеждала себя, что она мой враг. В этой войне у меня был свой личный интерес: я же отказалась приносить клятву верности падшему ангелу. И каждый из них теперь был опасен для меня. И их надо было остановить – всех до одного.
– Когда я выну прут, у тебя будет буквально несколько секунд до того, как она начнет сопротивляться. «Дьявольская сила» будет действовать очень недолго, она не накапливается в ее теле. Короче, не расслабляйся.
– Она будет знать, что я пытаюсь в нее вселиться?
– Да, она будет знать. Она уже испытывала это сотни раз. Я хочу, чтобы ты вошла в ее сознание и несколько минут полностью управляла ею, всеми чувствами и движениями. Дай мне знак, когда будешь готова покинуть ее тело – я буду держать прут наготове.
– Как мне попасть в ее тело? – спросила я, чувствуя, как вся покрываюсь гусиной кожей. Меня била дрожь, и причина была вовсе не в прохладном воздухе. Мне не хотелось овладевать падшим ангелом – и в то же время мне надо было добыть для Патча максимум информации о том, как это происходит. Ведь мы же не могли решать проблему, сути которой не понимали.