Финал
Шрифт:
Патч широко улыбнулся.
Я уставилась на него с самым хмурым видом.
– Это совсем не смешно. Марси разрушает мою жизнь! Ты вообще на чьей стороне?!
Патч поднял руки, сдаваясь.
– Я, пожалуй, вне игры.
– Мне нужна пара. Я должна утереть нос Марси! – И я пояснила для ясности: – Мне нужен парень, и очень крутой парень! И у меня будет очень крутой костюм! Мне нужно что-то в миллион раз более крутое, чем Тристан и Изольда.
И я с надеждой уставилась на Патча, который явно избегал моего взгляда.
– Мы не можем показываться вместе.
– Но ты будешь в маске! Лучше посмотри на это
– Я не хожу на костюмированные вечеринки.
– Даже если я очень-очень попрошу? – Я захлопала ресницами.
– Ты меня убиваешь.
– Просто я знаю только одного парня, который выглядит круче, чем Скотт… – Может быть, это раззадорит его.
– Твоя мама не позволит мне даже переступить порог этого дома. И я видел ружье: она хранит его на верхней полке в гардеробной.
– Я еще раз говорю, ты будешь в маске! Она тебя не узнает.
– Ты никогда не сдаешься, да?
– Никогда. Что ты думаешь о паре Джон Леннон и Йоко Оно? Или Самсон и Далила [9] ? А может быть, Робин Гуд и Мэрион [10] ?
Он изогнул бровь:
– А как насчет пары Патч и Нора?
Я закатила глаза:
– Марси будет в ауте.
У Патча зазвонил телефон, он взглянул на определитель номера.
– Неизвестный номер, – пробормотал он, и я похолодела.
9
Согласно Ветхому Завету, Самсон – народный герой, обладал необычной силой, источником которой были его длинные волосы. Далила – женщина, обольстившая Самсона и предавшая его, выдав секрет его силы врагам.
10
Благородный разбойник Робин Гуд и его подруга Мэрион – персонажи английских средневековых баллад.
– Ты думаешь… это Блейкли?
– Есть только один способ это проверить.
Он ответил, голос его был спокойным, но не приветливым. Патч лежал рядом, я почувствовала, как напряглось его тело, и догадалась, что это Блейкли, хотя разговор длился буквально несколько секунд.
– Это был наш друг, – сказал Патч. – И он хочет встретиться. Прямо сейчас.
– И все? Это как-то слишком просто.
Патч не смотрел на меня, и я поняла, что на самом деле все не так просто. Я не могла понять, что означает выражение его лица, но почему-то у меня внутри вдруг образовалась какая-то тревожная пустота.
– Если мы отдадим ему нож, он даст нам противоядие.
– Какое еще противоядие? – спросила я.
– Когда он ранил тебя, в тебя попала… инфекция. Он не сказал, что это. Сказал только, что, если ты в ближайшее время не примешь противоядие… – Патч запнулся. – Он сказал, что ты сильно пожалеешь. Мы оба пожалеем.
Глава 17
– Он блефует. Это ловушка. Он пытается нас напугать, чтобы мы сосредоточились только на том, что именно за дрянь он в меня внедрил! – Я вскочила и принялась мерить шагами комнату. – Он умен. О да, он очень умен! Надо ему позвонить и сказать, что нож он получит только после того, как поклянется
– А что, если он не врет? – тихо спросил Патч.
Я даже думать об этом не хотела. Потому что, если бы я задумалась об этом хоть на секунду, я бы мгновенно угодила в расставленную Блейкли ловушку.
– Он был приближенным Хэнка, а Хэнк был непревзойденным лжецом. Ты сам видел, со мной все в порядке. Перезвони ему. Скажи ему, что моя рана совершенно зажила и что, если бы со мной что-то было не так, мы бы уже догадались к этому времени.
– Но… мы говорим о «дьявольской силе». А там, где она, нет правил. – В его словах слышались одновременно и тревога, и разочарование. – Не думаю, что у нас есть выбор. Рисковать нельзя. Если он действительно отравил тебя, Ангел…
Патч крепко сжал челюсти. И я подозревала, что сейчас он действует точно по плану Блейкли: идет на поводу у эмоций, а не разума.
– Давай все-таки подождем. Если мы вдруг ошибаемся, – а я уверена, что нет! – но если все-таки мы ошибаемся, Блейкли захочет получить свой нож обратно и через два дня, и через четыре, и через шесть. Надо придержать козыри. И если мы убедимся, что он действительно заразил меня, мы ему позвоним. И он все равно встретится с нами, потому что ему по-прежнему нужен будет его нож. Мы же ничего не теряем.
Патча это не убедило.
– Он сказал, что противоядие понадобится тебе очень скоро.
– Обрати внимание, насколько это неопределенно звучит. Если бы он говорил правду, то более точно указал бы время.
Я не притворялась. Мне действительно не было страшно. Я ни на йоту не верила в то, что говорил Блейкли. Рана моя затянулась, и я чувствовала себя как нельзя лучше. Ничем он меня не заражал, я на это не куплюсь. И меня расстраивало и удивляло, что Патч так легко ведется на эту ерунду. Я хотела придерживаться нашего изначального плана: заставить Блейкли отказаться от использования «дьявольской силы».
– Он назначил место встречи? Где он собирался произвести обмен?
– Я… не скажу тебе, – тихо ответил Патч. Казалось, он взвешивает каждое слово.
Я замерла от изумления и обиды:
– Прости… что ты только что сказал?
Патч подошел ко мне и взял мое лицо в ладони. Выражение его лица не оставляло сомнений. Он действительно не собирался уступать мне.
С таким же успехом он мог просто ударить меня. Его предательство причиняло мне ничуть не меньшую боль. Я просто поверить не могла, что он собирается так поступить со мной. От обиды я не могла выдавить из себя ни слова и хотела было отвернуться, но он крепко схватил меня за руку.
– Я уважаю твое мнение, но у меня опыт в таких делах побольше, – сказал он, и его низкий голос звучал серьезно и прочувствованно.
– Не надо меня опекать!
– Блейкли – мерзавец.
– Спасибо, что сказал, – горько произнесла я.
– От него вполне можно ожидать, что он тебя чем-то заразил. Он слишком давно экспериментирует с «дьявольской силой», и у него не осталось понятий о морали или порядочности. Сердце его ожесточилось. Я не думаю, что он пытается блефовать. Боюсь, его угрозы звучали вполне убедительно. Он явно решительно настроен и уверен в том, что говорит. Если я не встречусь с ним сегодня, он уничтожит противоядие. Он не боится показать нам, на что способен.