Фимбулвинтер. Пленники бирюзы
Шрифт:
– Айна. Айна Лири, – поправила она. – Марси, выздоравливай скорее, я знаю всю твою историю, и мне бы очень хотелось познакомиться с тобой поближе. Возможно, мы окажемся друг другу полезными.
– Да, конечно.
Марси попыталась пошевелиться – ничего не вышло. Рядом противно запищал датчик.
– А где Вась? – Она посмотрела на врача-консультанта.
Датчик запищал громче. Над телом засновали медботы. Лёгкий укол – и беспокойство пропало, а глаза начали слипаться.
Следующее пробуждение принесло уверенность, что Марси выздоравливает – она
На тумбочке возле кровати лежал голографический кубик-визитка Айны Лири.
«Не сон», – подумала Марси.
Дверь в палату открылась, и вошла девушка, высокая мулатка с короткой стрижкой. Непослушные жёсткие волосы торчали в беспорядке в разные стороны.
– Привет! – сказала она. – Я Эсдар. Вот, решила узнать, как ты.
– Привет.
Марси недоумевала, кто такая Эсдар и почему она к ней пришла. Хотя после Айны…
– А ты хорошенькая, – улыбнулась посетительница.
Эсдар будто источала свет, и он наполнил всю палату. Казалось, Марси омывают волны тепла, принося миллионы едва различимых шепотков и шелеста эфира.
– Это я тебя вытащила из сектора 8/Зелёный/триста один.
– Спасибо.
У Марси вдруг перехватило дыхание.
Чернота пространства искрится золотом, голубизной высокоэнергетических частиц. Движение радужными отблесками. Пятнами – тусклые световые воронки. Платиной – облака пыли и газа. … хХхррроооооонннННННнннннноооо… о… оо… о… Точка отсчёта в Системе Солнца галактики Млечный Путь.
– Что с тобой?! – Эсдар схватила её за плечи.
Шёпот затих, туманные образы отступили.
– Ничего. Всё в порядке, – улыбнулась Марси. – А как Вась? Ты его навещала? Он тоже выздоравливает?
«Скажи – да, скажи – да», – умоляла она взглядом.
Эсдар поджала губы и покачала головой.
– Запомни, девочка, твоей вины в этом нет. Он умер ещё до нападения хищников.
В коридоре послышались торопливые шаги, и в палату влетела Натэна, бледная и взволнованная. Едва кивнув собравшейся уходить Эсдар, она затараторила:
– Я… я чуть не умерла, когда узнала!.. Ох, прости! Что я несу!
Натэна хотела обнять кузину, но сдержалась. Её предупредили: «Никакого беспокойства, чтобы не навредить и не помешать выздоровлению». Натэна остановилась в растерянности возле кровати, лицо у неё пошло пятнами, глаза покраснели.
– Бедняжка ты моя, – пробормотала она дрожащим голосом и расплакалась.
У Марси отчаянно защипало в носу. Её смущало присутствие постороннего человека при семейной сцене, а Эсдар, видимо, ждала возможности попрощаться.
– Это Натэна, – сказала Марси, – моя кузина. Эсдар – моя спасительница.
– О! Вся наша семья вам очень признательна! Спасибо за Марсилуну, – хлюпая носом, поблагодарила Натэна.
– Это моя работа. Ну, мне пора. Натэна, приятно было познакомиться. Выздоравливай, Марси. Да, – обернулась она у порога, – я слышала, тобой заинтересовалась Айна Лири.
Марси кивнула.
Она лукаво улыбнулась и подмигнула:
– Покажи свою историю!
Часть третья. Хёд
Глава девятая. Флешмоб в багровых тонах
– Трин, ты ведь слышал об Алексе Б?
Кто в наше время не слышал об Алексе Б! Разве что совсем уж отъявленные маргиналы, природники или хики. Ни первым, ни вторым, ни третьим Трин Колай себя не числил, потому, кто есть Алекс Б, осведомлён был прекрасно. Более того, он имел удовольствие лично знать сию уникальную особу. И как практикующий психоаналитик не раз удивлялся природе человеческого ипо. Существовало лишь три способа добиться популярности. Первый: быть постоянно на виду у миллиардов людей – как звёзды тиви-шоу, например. Второй: стать безусловным авторитетом в собственной нише коннекта по интересам. И наконец третий: родиться Алексом Б. Кто знает, что и почему переклинило в хитроумной и таинственной системе подсчёта индексов, но Алекс стал мегапопулярным, не приложив к этому никаких усилий. Хотя вряд ли самого «счастливчика» такой способ добраться до палитры верхней октавы безоговорочно устраивал.
– Так вот, – Геральда, не дождавшись ответа, спешила поделиться ошеломительной новостью, – мы проведём для него флешмоб в «Шпиле Одиночества»!
Трин демонстративно свёл брови к переносице.
– Флешмоб в «Шпиле Одиночества»? Считаешь, это хорошая мысль? Подобные заведения задумывались совершенно для иного. Чтобы люди с врождённой интровертностью, склонные к социопатии, могли коннектиться друг с другом, не ощущая давления окружающих.
– Вот именно! Скажи на милость, что делать в «Шпиле» Алексу Б?
Маленький носик Геральды упрямо задрался вверх. На лице у неё всё было маленьким: маленький нос, маленький округлый рот, маленькие ямочки на щёчках. И оттого глаза, в общем-то нормального размера, казались огромными. Впрочем, сейчас они были чуть прищурены и с вызовом смотрели на Трина.
– И что там ему делать? – покорно поинтересовался он.
– Алекс опять решился на интимный коннект с девушкой. Но ты же знаешь, чем всегда заканчиваются его попытки? Поэтому кто-то, – уж не знаю кто! – посоветовал ему устроить свидание вслепую в «Шпиле Одиночества». О партнёрше он знает только, что она будет одета в розовый блузон.
– Ага, – Трин перевёл взгляд с лица девушки на её одежду – нечто пенно-розовое, местами полупрозрачное. И чертовски завлекательное. – Значит, это ты идёшь на свидание.
– И не только я. Флешмоб!
– Бедный Алекс…
– Ай! – Геральда отмахнулась. – Зато представь, как подскочит индекс всех участниц!
Её ипо уже сейчас казался ярче обычного по крайней мере на четверть палитры.
– Я подумала, что тебе, как психоаналитику, интересно будет понаблюдать за мероприятием, – добавила она.