Филиал
Шрифт:
Гена поморщился:
– Агасфер, я неправильно выразился. Да, вы правы, верхушка - наши агенты, противостояла нарастающему влиянию Наполеона, но вот остальные масоны, которые не были в курсе реального положения вещей в этом мире, они-то как раз и помогали Бонапарту. Отчеты мы уже изучили.
– А тут уж извините, - развел руками Брокер, - Это ведь ваши правила так криво отработали: когда правду знают только единицы, а управлять судьбой мира надо через тысячи обличенных властью и финансовой мощью незнаек. Я вам еще в том веке рапорт писал, что система не продумана
Гена махнул рукой:
– Твои двойники такие рапорты нам во всех измерениях писали. Но масонство свою роль еще несколько тысяч лет будет исправно исполнять...
– Короче, - прервал я этот безусловно важный спор, - Василиса, спрыгай за штопором. Панкратий доставай фужеры. Давайте немного выпьем вина.
– Сильван...
– начал Гена.
– Что? Вы нам обозначили проблему. Найти где сейчас Сальери. Значит найдем. От бокала вина ничего не изменится. Тем более у нас с Панкратием в роду так сложилось, что от вина лучше думалка работает. Да и вам надо нервишки успокоить, вы пока сидите тут аж посерели все, а должны быть зелеными, как наша Василисушка, - настаивал я.
Коллега Геннадия махнул рукой. Второй пожал плечеми.
Сатир достал семь бокалов для вина, и я аккуратно и ровно разлил по ним содержимое двух бутылок.
– Итак, - сказал я и встал с полным бокалом в руке, - Дорогие коллеги и господа следователи. Поскольку субъект, именуемый Антонио Сальери, очевидно в курсе того как обстоят дела, умеет управляться с порталом, и вообще человек амбициозный, значит скорее всего он задумал недоброе. А мы ему пытались помешать. И он это очевидно тоже знает. А значит, что на пути к его амбициям стоим только мы. Если бы оказался на его месте, я бы сначала изучил главное препятствие на своем пути, чтобы понять как мне двигаться дальше. Кстати, сколько ему сейчас лет Панкратий?
– Биологически? Около 70 лет, мы его в более молодое тело перекинули, но бессмертия мы ему по контракту не оформляли, только относительно хорошее здоровье, - на миг задумавшись ответил сатир.
– Вот и еще одно препятствие у Сальери -- возраст. И оно не менее важно, чем наше противостояние ему. Скорее всего Сальери будет искать возможность перебраться в один из миров будущего, где сможет продлить себе жизнь, или даже поменять тело. А потом попытается устроится на работу в один из филиалов Биржи. Этот вариант самый вероятный, - продолжал я.
– Наверняка так и будет, - удивленно сказал один из рептилоидов, - Это самый оптимальный вариант. Я сейчас же отправлю эту информацию в головной офис, чтобы аналитики просчитали все возможные точки его появления.
– Так выпьем же за то, чтобы заместители выходили на работу в нужное время, - заключил я и подмигнул Панкратию.
И мы выпили, правда мой родственник чуть не подавился вином.
VIII. Беглец
Я добился всего о чем мечтал.
Значит ли это, что больше мне не о чем мечтать?
После смерти Моцарта, и после того,
Переходя от ступени к ступени, поднимаясь к высшим рангам французской ложи Великого Востока, я и подумать не мог, что судьба снова сведет меня с теми, кто призвал меня в этот мир.
И у меня появятся новые желания и мечты.
Во главе ложи находились те, кого Брокер, с которым я много лет назад заключил сделку, называл Заказчиками. Не думаю, что среди них был именно тот Заказчик, который оформлял контракт на меня, иначе бы мне не удалось так легко войти к ним в доверие.
Заказчики следили за тем, чтобы история шла своим чередом. Тайные общества с разными названиями незримо присутствовали по всему миру, контролируя ход мировой истории. Для нас, рядовых членов этих тайных обществ было простое объяснение: мы пастыри, строители этого мира, остальные же -- стадо, которое надо оберегать, направлять и стричь.
Но я докопался до правды. Тотальный контроль был нужен не просто для защиты интересов избранных, настоящей причиной был страх перед неизвестностью. Серьезное отклонение в известных исторических событиях от некоего стандарта, могло привести к том, что судьба мира станет непредсказуемой и Заказчики потеряют надо ним контроль.
Когда я выяснил это, у меня появилась новая цель в жизни.
Меня снова посетило вдохновение.
А как говорил Наполеон, ставший впоследствии моим хорошим другом: "Вдохновение - это быстро сделанный расчет".
И я все рассчитал. Я оказался в нужном времени и в нужном месте, у меня было знание грядущего, у меня были связи. Я добился того, чтобы Наполеона приняли в масонскую ложу, и раскрыл ему глаза на происходящее вокруг, предостерег его от военных провалов, помог организовать финансирование куда более мощной армии. Я плел интриги и не в одной ложе, ловко избегал внимания Заказчиков, подставляя виноватыми вместо себя других масонов.
И когда в рекордный срок я сделал Бонапарта фактически непобедимым, нам с ним уже не нужно было бояться, что наш заговор внутри общества масонов будет раскрыт. Потому что большинство наших братьев-каменщиков были на нашей стороне и всячески поддерживали создание единой Европейской Империи, которая однажды станет править всем миром.
И когда мы уже торжествовали очередную победу, за нами пришли. Мои соглядатаи сообщили, что в Москве объявилось двое странных незнакомцев, один из которых "ей богу господин Сальери, воистину черт из преисподней, я видел и его рога, и страшную козлиную морду и горящие глаза", так описал одного из них мой шпион. А описание второго навело меня на мысль, что это был тот самый Брокер, благодаря которому я здесь и очутился. По крайней мере все черты характерные иудеям, он имел, а именно таким он мне и запомнился.