Фиктивный брак
Шрифт:
Дрожь пробежала по всему телу Джой. Безотчетным движением она откинулась назад в своем шезлонге. Его спинка задела нечто, спрятанное за одной из терракотовых цветочных ваз террасы: коробку с деталями для моделей самолетов Персиваля Артура. С жутким грохотом коробка упала, железные детали раскатились по каменным плитам пола балкона-террасы. Рекс Траверс подпрыгнул.
— Черт! — вырвалось у него. — А можно все-таки не греметь так?
И тотчас же:
— Боже мой! Что я говорю!
— Ничего страшного; все нормально. Прости, что заставила тебя подпрыгнуть. Все нормально, — ответила Джой и протянула руку.
Он взял ее.
Впервые прикосновение ее маленькой ладошки было нежным. Оно словно бы говорило: «Послушай, теперь я хочу с тобой подружиться. Если твое желание неизменно, я стану твоим другом».
Он ответил ей сильным пожатием: «Только Бог знает, как я того хочу. Будем друзьями, Джой!» Стоя рядом, он долго не выпускал ее руки из своей.
7
Затем, упав в свой шезлонг, вздохнул словно бы с облегчением и заговорил:
— Понимаешь, мальчик — это все, что у меня есть. Ради него мы все здесь. Ради него я… живу.
— Я знаю. — Как раньше он заразил ее своим беспокойством, так теперь, наоборот, от нее к нему шли теплые волны понимания и сочувствия. Она так его жалела! Она видела, как он страдает, и жалела его. До ее сознания дошел голос Рекса:
— Ты ведь тоже любишь его.
— Боже мой! Конечно!
— И он очень нежно к тебе относится. Ты знаешь, впервые я не прошу Бога, чтобы он благословил детьми всех, кто в него верует. Бедная Маджи! (Моя сестра, его мать.) Слава Богу, она до этого не дожила. Представляешь, насколько тяжелее все это было бы для матери!
— Да, матери еще тяжелее, — мягко согласилась Джой. — Ей было бы еще хуже.
Он посмотрел на ее бледное серьезное личико, наклонившись, чтобы собрать злополучные детали с плит пола. «Дитя, откуда тебе знать это?» — подумал он. И сказал:
— А чувства мужчины к сыну… — Он недоговорил. — Телефон!
8
Оба мгновенно вскочили на ноги. Собака насторожилась. Джой стремглав вбежала в дом и, минуя гостиную, ворвалась в свою комнату. Рекс не отставал. Резкий телефонный звонок разрывал ночное безмолвие. Джой щелкнула выключателем, свет мягко разлился по комнате. Рекс схватил трубку. При электрическом свете его лицо казалось очень бледным, голос звучал непривычно резко:
— Алло!
Молчание. Джой неподвижно смотрела на него поверх маленьких кулачков, классическим
— Алло! Доктор Траверс слушает.
Минута страшной неизвестности, и слабый голосок долетел до затаившей дыхание Джой:
— Доктор, что мне делать? Я не могу заснуть… Это была просто пациентка!
9
Через десять минут он вернулся на балкон, к Джой. Они обменялись понимающими взглядами. — Я уверен, что все обойдется…
— Я тоже.
Он глубоко вздохнул и огляделся. Звезды на небе несколько сместились.
— Нет ничего хуже ожидания, — обронил Траверс. — Сущий ад, когда не знаешь, что случилось.
— А мне кажется, ничего не случилось, — неожиданно произнесла Джой.
— Почему? Почему ты так говоришь?
— Не знаю… Всю ночь я ужасно боялась. Думала о… Жуткие вещи! Жуткие! Даже о Рое!
— Рой?
При звуке этого имени благородная голова овчарки повернулась, глаза выразительно и преданно посмотрели на хозяина.
— Да, я подумала… Он пошел с мальчиком. Он мог наброситься на него… всякие ужасные вещи. Теперь я спокойна. Я не знаю почему. Думаю, что ничего не произошло, Рекс.
— Молю Бога, чтобы ты была права, — мрачно сказал Рекс. — Если действительно что-то случилось, я не выдержу. И без того виню себя.
— Ты? За что?
— За многое. Я был… я часто бывал несправедлив к мальчику.
— Да нет же! Ты делаешь для него все! Ты безупречен, — возражала Джой. — Просто трудно быть лучше.
— Ты сама говорила сегодня…
— Я имела в виду другое!
— Но оказалась совершенно права, разве не видишь? Я был несправедлив, сердился из-за пустяков. Или пропускал мимо ушей то, на что следовало бы обратить внимание. Будь я терпимее к той легкости, с которой он заводил друзей…
— Заметь, всегда порядочных! — перебила Джой (И вспомнила книгу о Флоризане, забытую Джоном. Ах, да!)
— Мне следовало бы вести себя с ним по-другому. Ведь я ему как отец, другого у него нет, — произнес Траверс. — И он мне как сын… Послушай!
Оба замерли. Тишина. Рой не шевелился.
— Думаешь, снова телефон?
— Нет, мне послышались шаги.
Может быть, это было биение ее сердца, которое просто выпрыгивало из груди?
— Так или иначе, если он благополучно вернется…
— Нет, нет! Никаких «если». Когда он вернется!
— Когда он вернется, ради Бога, я все начну сначала. Он действительно уже не ребенок. Здесь он очень подрос. Солнце, обильная еда, прогулки, встречи с новыми людьми… Он повзрослел! Ты замечаешь,