Фигляр 2
Шрифт:
— Я… не знаю, саджан-ним…
— Его только что здесь видели… кажется…
— Он ушёл со сцены и…
Джи-вон шла дальше.
Коридоры сменяли друг друга. Чёрные шторы, технические пролёты, гримёрки, где пахло потом, лаком для волос и адреналином. За одной дверью кто-то смеялся, за другой — орали в гарнитуру, за третьей — девочки из Eclipse переодевались, ещё не зная, что только что стали свидетелями начала чего-то, что уже не принадлежало им.
Ин-хо не было.
Ни
Ни у лестницы на второй уровень.
Ни в импровизированной зоне отдыха, где обычно зависали артисты после номера.
Джи-вон остановила первого попавшегося координатора.
— Парень. Соло. Только что пел. Где он?
Тот побледнел.
— Саджан-ним… я… я думал, он с вами… Его не проводили. Он сам ушёл.
— Сам — куда? — её голос стал опасно спокойным.
Координатор сглотнул.
— Я… не знаю. Его никто не видел после схода со сцены.
Джи-вон резко развернулась.
— Розовая, — бросила она в рацию. — Стажёрка. Где она?
Ответ пришёл почти сразу — растерянный, сбивчивый:
— Я здесь, ним… Я искала его… я думала, он пошёл переодеваться… но его там нет…
Джи-вон сжала челюсть.
— Охрана! — уже другим тоном. — Камеры. Проходы. Кто-нибудь фиксировал его выход?
Ответы накладывались друг на друга, создавая какофонию оправданий:
— Камеры в этом коридоре — только общий план…
— Он не проходил через основной выход…
— Боковые двери под контролем, но…
— Никто не запрашивал пропуск…
И самое страшное — ни одного уверенного «да».
Никто.
Ни розоволосая поклонница, у которой ещё полчаса назад дрожали руки от одного его взгляда — а теперь этих поклонниц у него станет в сотни раз больше.
Ни работники стафа, привыкшие помнить всех и всё.
Ни даже охранники, для которых исчезнуть «просто так» — почти невозможно.
Ин-хо словно… растворился.
Как будто сцена была единственным местом, где он вообще существовал.
Джи-вон медленно остановилась посреди служебного коридора. Шум шоу, крики зала, команды в рациях — всё это будто отодвинулось на задний план.
— Щибаль… — выдохнула она сквозь зубы.
Это было уже не раздражение.
И не злость.
Это было осознание.
Она только что выпустила на сцену не артиста.
Она выпустила нечто, он словно ветер сейчас тихий и ласковый, и сразу, без предупреждения —ураган валящий деревья с корнем.
И тигрица, привыкшая контролировать каждое движение добычи, впервые за долгое время поняла: её добыча ушла.
Джи-вон резко развернулась на каблуках и выхватила телефон из кармана так, будто он был последней ниточкой, связывающей
Ми-ран.
Гудок. Второй. Третий.
— Джи-вон? — голос на том конце был живой, шумный, на фоне ревел зал и кто-то восторженно визжал. — Ты это видела?! Ты… ты вообще понимаешь, что сейчас было?!
— Он с тобой? — перебила Джи-вон без приветствий. — Ин-хо. Он рядом?
Пауза. Совсем короткая — и оттого пугающая.
— Нет… — растерянно ответила Ми-ран. — Он… он же только что ушёл. Прямо со сцены. Я думала, ты его забрала. Он даже не оглянулся.
Джи-вон на секунду прикрыла глаза.
— Так и есть «ушёл»! — голос её стал ниже, опаснее. — И я хочу знать куда?
— Да откуда я знаю! — в голосе Ми-ран впервые за весь вечер прозвучала настоящая паника. — Он выступил, улыбнулся… и пошёл. Как будто… как будто это вообще не имело значения.
Связь оборвалась. Джи-вон даже не стала перезванивать.
Она медленно опустила телефон.
— Ну так же нельзя… — вырвалось у неё вслух.
Она провела рукой по волосам, сбивая идеальную укладку, и резко вдохнула. В груди всё клокотало: злость, тревога, адреналин — и то самое острое, почти детское чувство, когда понимаешь, что упустила нечто важное.
— Щибаль… — процедила она. — Он что, вообще не понимает, что сделал?
Перед глазами вспыхивали картинки одна за другой: визжащий зал, вытянутые телефоны, первые клипы, которые уже сейчас разлетаются по соцсетям, заголовки, которые появятся через полчаса.
Таинственный солист Eclipse.
Кто этот парень?
Новый айдол?
Сенсация Galleria.
— Меня же сейчас разорвут… — выдохнула Джи-вон, сжимая пальцы в кулак. — На тысячи маленьких тигрят.
Не образно. Буквально.
Фанкамы. Фандомы. Продюсеры. Журналисты. Агентства-конкуренты. Скауты. Инвесторы.
Все почуют кровь.
Все захотят кусочек.
А он… он просто взял и ушёл.
Выполнил обещание — спел "серенаду," и пошёл дальше по своим делам.
Джи-вон резко выпрямилась.
— Найти его, — бросила она в рацию так, что в эфире повисла мгновенная тишина. — Камеры. Выходы. Парковки. Метро. Такси. Всё. Мне нужен его маршрут. Сейчас.
Она шагнула вперёд, и её шаг снова стал тем самым — хищным, стремительным.
— Ин-хо, — тихо сказала она себе под нос, и в этом имени было всё: и ярость, и азарт, и странное, пугающее восхищение. — Ты даже не представляешь, во что только что вляпался.