Фигляр 2
Шрифт:
Она резко развернулась и направилась к эскалатору. Каблуки Louboutin застучали с удвоенной энергией, отбивая ритм её раздражения — или возбуждения?
Ин-хо не спешил. Он достал из внутреннего кармана очки, неторопливо надел их, словно ставя невидимую преграду между собой и этим миром показного шика. Затем последовал за ней — неспешно, с той самой ленивой грацией, которая казалась Со-юн нарочито вызывающей. Его спокойная улыбка говорила о том, что он прекрасно понимает правила этой игры. И, возможно, даже наслаждается ими.
Эскалатор плавно уносил их вверх. Вокруг — блеск
Теперь, когда за тёмными стёклами очков не видно его взгляда, Ин-хо с удовольствием ловил её профиль: напряжённую линию подбородка, сжатые пальцы на ручке сумки.
«Она злится. Или боится?» — подумал он, но не позволил улыбке стать шире.
Когда они достигли нужного этажа, Со-юн резко остановилась у входа в La Perla.Повернулась к нему — глаза горят,голос звучит тише,но от этого только опаснее:
— Слушай внимательно. Ты либо молчишь и наблюдаешь, либо… — она сделала паузу, подбирая слово, — либо просто ждёшь снаружи. Выбирай.
Ин-хо приподнял бровь, чуть склонил голову — жест, который мог означать и согласие, и насмешку.
— Как прикажете, Со-юн-сси. Я всего лишь скромный школьник, которому нуна поможет купить трусы?
Её пальцы сжались в кулаки, но она быстро взяла себя в руки.
— Вот и славно.
И шагнула внутрь — туда, где среди кружев и шёлка начиналась новая партия их странной, невысказанной игры.
THE HERITAGE CLUB. КАБИНЕТ ВЛАСТИ
Пятый этаж Galleria был другим миром. Тишина здесь была не пустой, а плотной, насыщенной — словно воздух пропитали дорогим табаком и принятыми решениями. Стеклянные двери «The Heritage Club» бесшумно раздвинулись перед Пак Гён-хо, пропуская его в царство звуконепроницаемых переговоров и кожи возрастом в полвека. Это было закрытое пространство, куда путь был открыт лишь избранным — владельцам чёрных карт Hyundai Card The Black, Samsung Card The Platinum или Lotte Card VIP. Доступ — только по персональному приглашению или через консьержа. Для Пак Гён-хо, как для члена совета директоров Daewon Group, здесь был пожизненный доступ, как в собственном кабинете.
Его уже ждал ассистент, в безупречном костюме. Молодой человек, с лицом вырезанным из гранита, и позой, отточенной годами службы у сильных мира сего. В его руке на бархатной подушечке покоился бокал с золотистой жидкостью — Hibiki 17. Лёд идельной формы уже начал оседать росой.
— Господин Пак, — ассистент склонился ровно настолько, чтобы показать уважение, но не подобострастие. — Ваше место у окна готово. Принести прессу?
Гён-хо молча принял бокал, пальцы привычно оценили прохладу хрусталя. Он кивнул, не глядя на юношу, и направился к своему креслу — массивному, кожаному, с видом на Апгуджон-ро через панорамное остекление. С этой высоты люди внизу казались букашками, ползающими между храмами роскоши.
Воздух пах старым деревом, кожей и безмятежной властью. На соседнем столике лежала свежая Financial Times, корейское издание JoongAng Ilbo и — что вызвало у него
Ассистент бесшумно исчез и так же бесшумно вернулся с подносом. Рядом с бокалом поставил миниатюрный планшет, где одним касанием можно было вызвать консьержа, заказать лимузин или получить отчёт о передвижении спутников. Отсюда же был прямой выход к лифтам и службе охраны — в случае любого ЧП, будь то папарацци или что-то серьёзнее, помощь оказалась бы на месте мгновенно.
Гён-хо сделал первый глоток. Терпкий, с дымными нотами, вкус виски разлился по нёбу — знакомый и успокаивающий. Он откинулся на спинку кресла, наблюдая, как солнечный свет играет в золотистой жидкости. Здесь, в этой тихой крепости, он был не просто покупателем. Он был демиургом, наблюдающим за созданным им миром. А внизу, среди кружев и шёлка, разворачивался очередной акт его личной дорамы — с внучкой и тем загадочным мальчишкой, который всё чаще напоминал ему его же молодость.
Планшет мягко вибрировал — служба безопасности отправляла стандартный отчёт: «Группа с госпожой Пак и спутником перемещается в отдел La Perla. Всё спокойно». Уголок рта Гён-хо дрогнул. «Спокойно? С этим мальчиком? Сомневаюсь». Он отпил ещё один глоток, наслаждаясь предвкушением. Ради таких моментов и стоило иногда покидать свой кабинет.
LA PERLA.ИГРА БЕЗ ПРАВИЛ
Отдел La Perla встретил их стерильной, почти хирургической белизной. Воздух был густым от запаха шёлка, дорогого парфюма и женских секретов. Консультанты в безупречных униформах скользили между стеллажами, как тени, их взгляды мгновенно оценили и зафиксировали новоприбывших.
Пак Со-юн двинулась вглубь зала с видом полководца, вступающего на завоёванную территорию. Её пальцы провели по стойке с комплектами из кружева и шёлка, будто проверяя остроту лезвия.
— Вот видишь? — она бросила взгляд через плечо. — Это — высшая лига. Не то место, где твои одноклассницы покупают себе «трусики».
Ин-хо шёл за ней, его руки были заложены за спину. Тёмные очки скрывали направление его взгляда, но уголки губ были подняты в лёгкой усмешке.
— Понимаю. Здесь покупают иллюзии, — произнёс он тихо, так, чтобы слышала только она.
Со-юн резко остановилась и повернулась к нему. Её глаза вспыхнули.
— Ты хочешь сказать, что мне не хватает уверенности? — прошипела она.
— Я ничего не хочу сказать, Со-юн-сси, — он покачал головой. — Я просто не понимаю, что я тут делаю.
В этот момент к ним подошла консультант с сияющей улыбкой.
— Госпожа Пак, рада вас видеть! Для вас подготовлена новая коллекция. Может, примерите?
Со-юн на мгновение растерялась, почувствовав себя на сцене под софитами. Она бросила взгляд на Ин-хо, который стоял, будто невозмутимый критик, ожидающий начала спектакля.
— Конечно, — ответила она консультанту, заставляя свой голос звучать ровно. — И… моему спутнику, наверное, будет скучно. Может, у вас есть книжки с картинками? — это была не просьба, а сарказм, замаскированный под заботу.