Фигляр 2
Шрифт:
На мгновение Гён-хо поймал своё отражение в тонированном стекле — две версии одного человека, одинаково сосредоточенные и неумолимые.
Со-юн украдкой наблюдала за Ин-хо. Его лицо в отражении бокового окна казалось высеченным из мрамора — резкие скулы, загадочный взгляд.
«Он везде вписывается слишком быстро, — мелькнула у неё мысль. — Словно заранее знал сценарий и учил роль».
Ин-хо заметил её изучающий взгляд и едва заметно приподнял бровь:
— Что такое, Со-юн-сси? Ищете изъяны?
—
Он усмехнулся, и в его янтарном глазу заплясали насмешливые искорки.
— Тогда зря смотрите на одежду. Мотивы не шьются на заказ.
Голос водителя, чистый и безэмоциональный, прозвучал через встроенный динамик:
— Господин Пак, прибытие через семь минут. Служба охраны уже на месте.
Гён-хо коротко кивнул. Со-юн снова уткнулась в экран телефона. Новое сообщение всплыло на заблокированном экране: «Внимание. У Galleria снова папарацци. Будь осторожна».
Она перевела взгляд на Ин-хо. Тот, как назло, выглядел так, будто родился в этом лимузине и с детства готовился к осаде фотографов.
Машина свернула на Апгуджон-ро. Сквозь затемнённые стёкла проступали размытые фасады бутиков, глянцевые витрины, мигающие неоновые вывески. Внутри салона царила тишина — густая, насыщенная, как аромат кедрового полироля.
— Харабоджи, у Galleria папарацци, — тихо, но чётко сообщила Со-юн. — Возможно, какая-то айдол-группа приехала. Будет столпотворение.
Гён-хо перевёл взгляд с внучки на Ин-хо, его лицо стало каменным.
— Когда мы выйдем — никаких сцен. Никаких экспромтов. Понятно?
— А если публика уже ждёт представления? — лениво поинтересовался Ин-хо, не отрывая взгляда от окна. — А я, между прочим, славы хочу.
— Тогда сыграй молчание и незаметность, — без тени улыбки ответил Гён-хо. — Это самый дорогой жанр в нашем кругу.
GALERIA. ВХОД В ЗОНУ ОГНЯ
Полдень в Galleria Department Store в Апгуджоне был ослепительным. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь стеклянный купол атриума, дробились в тысячах хрустальных подвесок люстр, рассыпались радужными зайчиками по полированному мрамору пола и слепили глаза, отражаясь в витринах из ударопрочного стекла.
Воздух был густым коктейлем из запахов: тонкий, почти духовной чистоты аромат сандала из скрытых диффузоров, навязчиво-сладкий дух свежих макарунов из кондитерской на втором этаже и горьковатая, бодрящая нотка свежесмолотого эспрессо. Дышалось здесь не воздухом, а симфонией статуса и избранности.
Пак Со-юн шла впереди, её каблуки Christian Louboutin отбивали чёткий, уверенный ритм по мрамору. На ней было чёрное платье-миди от Dior с дерзким вырезом и короткий твидовый жакет Chanel — апрельская прохлада всё ещё позволяла такие вольности. За большими очками Celine с дужками из белого золота скрывался насмешливый взгляд, а губы были тронуты лёгкой, язвительной улыбкой. После утренней стычки в гостиной она жаждала маленькой мести.
«Ну что ж, Ин-хо, посмотрим, как ты выдержишь следующий раунд», —
— Там новая коллекция La Perla, — бросила она через плечо, нарочито громко и указывая рукой в сторону эскалатора. Она украдкой наблюдала за лицом Ин-хо, ожидая увидеть смущение или хотя бы намёк на реакцию при упоминании бренда нижнего белья.
Канг Ин-хо и Пак Гён-хо с каменной невозмутимостью небожителей шли следом. Они не обменялись ни словом, ни взглядом, поглощённые каждый своими мыслями.
Первый шагал своей лёгкой, скользящей походкой. Костюм Tom Ford облегал его худощавое тело с той анатомической точностью, которая возможна только при пошиве на заказ. Его чёрные волосы лежали с искусственной небрежностью, а разноцветные глаза — один, янтарный, ловил блики, другой, карий, хранил тайну, но скользили по окружающей роскоши. Для него это был просто очередной спектакль, навязанный богатыми «родственниками».
Второй, в своём тёмно-синем, шелковистом костюме от ателье в Чондам-доне, с галстуком, узор которого отдалённо напоминал традиционный пэчворк ханбока, и золотым значком Daewon Group на лацкане, шёл чуть позади. Его пальцы ощупывали шёлковый платок в нагрудном кармане. Он пришёл сюда не за покупками, а чтобы развеяться и понаблюдать. Раньше он водил маленькую Со-юн играть в песочницу. Теперь песочница стала больше и дороже, но суть осталась прежней — дед вышел на прогулку с внуками. Вот только один из «внуков» в любой момент мог устроить из этой песочницы песчаную бурю.
Galleria Department Store, Апгуджон. У эскалатора.
Суета и хождение покупателей, приглушённые голоса консультантов тонули в аромате сандала и макарунов.
Пак Гён хо на секунду задержался, его взгляд скользнул между Со-юн и Ин-хо. В глазах — тень усмешки, в движениях — безупречная уверенность человека, привыкшего быть в центре любой сцены.
— Шопинг — дело молодых, — произнёс он, и в уголках глаз запряталась лёгкая усмешка. — А я посижу в The Heritage Club. Выпью рюмочку Hibiki 17. Со-юн-а,позвони, когда закончите с покупками.
Он кивнул им, повернулся и направился к лифтам, ведущим на пятый этаж, где располагалась VIP гостиная Galleria с её звуконепроницаемыми стенами, коллекционным виски и кожаными креслами, в которых порой заключались сделки поважнее простых покупок.
Пак Со-юн проводила его взглядом, задержавшись на уверенной походке деда. Затем медленно обернулась к Ин-хо. Её губы изогнулись в ухмылке — на этот раз шире, острее, почти хищной.
— Ну что, фигляр, — протянула она, чуть склонив голову, — остаёшься в моей власти. Готов к экскурсии в мир шёлка и кружева?
Ин-хо медленно перевёл на неё задумчивый взгляд.
— Боюсь, мои познания в нижнем белье не соответствуют твоим ожиданиям и ограничиваются практической стороной износостойкости, Со-юн-сси, — произнёс он ровно, без тени раздражения, но с тем самым оттенком иронии, который выбивал её из равновесия.
Со-юн фыркнула, но щёки её чуть порозовели — едва заметно, почти неуловимо. Она тут же сжала губы, будто пытаясь удержать вспышку эмоций.
— О, у тебя, я смотрю, и правда мания величия. Если решил, что мне понадобится твоё мнение… Не волнуйся, твои «услуги» не потребуются. Просто иди за мной и постарайся не позориться.