Фейри-убийца
Шрифт:
– Значит, не фейри, да? – Он извлек исписанный рунами пергамент. – А это что – на английском?
Я вытянула руки, словно пытаясь успокоить дикого зверя:
– Вы не понимаете…
– Хватит болтовни! – Фултон сунул пергамент в карман и снова заглянул в сумку. Я хотела броситься на него, но он стоял слишком далеко. – И еще оружие… я так и думал. – Он запустил руку в сумку и вытащил железный нож.
Рот Фултона тут же приоткрылся, а глаза расширились: нож в его сознании начал требовать крови.
Я рванулась вперед и вывернула руку с пистолетом вверх.
Я перехватила его руку. Лезвие рассекло мне футболку и чиркнуло по боку. Порез оказался неглубоким, но лезвие было железным, и я слышала, как злобный нож радостно перешептывается с моей кровью на кончике. Глаза Фултона затуманились, но его губы шевелились, повторяя угрозы и проклятия ножа, голос стал гортанным и злобным. За его спиной я заметила троих мужчин в костюмах, которые бежали к нам, на ходу выхватывая пистолеты. Я вывернула Фултону руку, он завопил от боли и выпустил нож. Я перехватила оружие, сорвала с его плеча свою сумку и бросилась наутек к Саут-Одли-стрит[14].
– Стой! – раздался крик за спиной.
Молясь, чтобы они не стали стрелять на улице, где полно мирных прохожих, я бросилась с тротуара через дорогу и рванулась вперед. Дыхание застревало в горле. «Черный кэб»[15] с визгом затормозил на перекрестке, загородив дорогу капотом. Я запрыгнула на него, перекатилась через капот и рухнула с другой стороны. Из-под днища машины увидела, что ко мне несутся четыре пары ног – Фултон и еще трое агентов.
Таксист выскочил из машины, что-то крича мне. Пора избавиться от погони и сбить со следа.
Приподнявшись, я взглянула в зеркало заднего вида такси, нащупывая отражение и ища другое, далекое…
И оцепенела.
Нельзя уйти без этих чертовых фейри-рун. Что бы они ни означали, они могут понадобиться, чтобы вернуть Скарлетт.
Я медленно подняла голову, заглянула в окно такси, и один из агентов поднял пистолет. Я нырнула вниз как раз в момент выстрела. Пуля разбила стекло, просвистев в нескольких дюймах от головы.
Слева была улица, полная магазинов, на тротуарах толпились прохожие. Заслышав выстрелы, они с криками попытались убежать. Я бросилась в толпу, агенты следовали по пятам. Они не станут стрелять в толпе.
Обернувшись, я увидела позади двух агентов, расталкивающих людей на своем пути.
Легкие горели, воздух пронзали крики. А потом футах в тридцати передо мной возникло багровое от ярости лицо Фултона. Он и еще один преследователь забежали вперед, отрезав мне путь к отступлению.
У меня оставалось меньше секунды на принятие решения. Я чуть не выбежала назад на дорогу, но там уже выли полицейские сирены. Скоро придется иметь дело и с копами. Сердце колотилось о ребра. Если я не выберусь из этой передряги, Скарлетт сгорит заживо.
В отчаянии я бросила взгляд налево: бутик одежды. Я метнулась туда,
Продавщица с гладкой прической уставилась на меня разинув рот, пока я лихорадочно озиралась в поисках черного хода.
Его не было.
Но зато там были десятки зеркал.
Пора перестать думать как добыча и начать думать как охотник.
Глава 9
Я кинулась к примерочным. Беглый осмотр показал, что все заняты: из-под каждой шторки торчали ноги. Времени на любезности не оставалось. Я отдернула одну из шторок, и передо мной предстал парень в трусах и футболке с парой джинсов в руке.
– Вам очень идет, – выдохнула я. Затем схватила его и вытолкала вон, швырнув вслед его кроссовки. Задернула за собой шторку, не обращая внимания на протесты растерянного парня. Снаружи было слышно, как Фултон кричит на продавщицу.
Я мысленно заблокировала его крики и сосредоточилась на том, чтобы установить связь с зеркалом и позволить сознанию слиться с отражением, пока в голове не стала разливаться прохлада. Соединившись с отражением, я поискала другое зеркало, которое показывает весь магазин. Перепробовала несколько вариантов, пока не нашла подходящий. Фултон и его дружки стояли посреди магазина с пистолетами в руках. Покупатели в панике бросились к двери.
– Где черный ход? – с британским акцентом рявкнул Фултон на женщину за прилавком.
– Здесь… здесь нет черного хода, – пролепетала та.
Фултон обменялся взглядами с одним из мужчин и что-то тихо произнес. Я прочитала по его губам: «Она здесь».
– Леди и джентльмены, пожалуйста, покиньте магазин! – прокричал Фултон со своим деланым акцентом. – Работает полиция!
К моему удивлению, он продемонстрировал жетон местной полиции. Наверное, у всех местных цээрушников есть поддельные полицейские жетоны для таких случаев.
– Пожалуйста, покиньте магазин! – повторил он. – Здесь опасный преступник!
Я наблюдала, как парень из моей кабинки, теперь уже в брюках, которые были ему явно тесны, подошел к Фултону, тыча пальцем себе за спину. Я не могла расслышать его слова, но не сомневалась: он показывает на мою кабинку. Сердцебиение участилось. Фултон кивнул одному из своих людей, и тот крадучись двинулся вперед.
Я нащупала другие отражения в магазине, соединилась с тем, которое находилось в пустой кладовой, и быстро переместилась туда, скользнув сквозь зеркало. Его поверхность струилась по коже, словно вода.
Через секунду я услышала крик агента «Чисто!» со стороны примерочных.
Воздух разорвал вой сирен.
Я уставилась в зеркало, наблюдая за другими отражениями в магазине. Офицер отдергивал одну шторку за другой, каждый раз выкрикивая «чисто», пока не наткнулся на рассерженную женщину лет шестидесяти в юбке и лифчике. Она заорала на него, агент извинился и задернул шторку.
К этому времени в магазине почти никого не осталось, а Фултон и его люди рассредоточились по всему помещению и искали меня.