Фея Лоан
Шрифт:
Степной затылок почесал и рискнул, взял на пальце в рот положил, пососал - чудной вкус, а вроде и вовсе никакого нет. Еще взял. Нет, никакого вкуса, только привкус железистый и сладковатый.
Обратно все ссыпал, кулон завернул, и спать лег.
А не спится. Ворочался, ворочался, и не выдержал, вскочил, уборку в комнате начал.
Порог домывал, когда Фею увидел. Та шаткой походкой прошла в комнату Витька, чем озадачила Илью. Долго ее не было и мужчине даже обидно за Семена стало, мысли циничные в голову
Степной покривился, но решил пока с выводами не спешить, и пошел на кухню генералить, под недоуменный взгляд Прохорыча.
– Ты чего это Илюша? Бессонница мает, как меня старого?
– Да нет, что-то захотелось.
– А-а, - и смотрит. Сроду Степного на кухню не затянешь, дежурит и то через пень колоду, а тут гляди ты: полы помыл, посуду перемыл, печку вычистил, тесто поставил, крупу перебрал, картошки на утро начистил.
А потом еще пробежку вокруг заимки к удивлению старика устроил и на охоту рванул.
Илья сам недоумевал, что это с ним творится: скачет как молодой сайгаченок, и легкость в теле как в детстве и планов полна голова и мысли связные и сил, кажется, до Таймыра и обратно за сутки сбегать хватит.
Что же за добрый Дух его посетил?
Но к полудню, когда энергия стала иссякать, до него вдруг дошло: а не порошок ли Феи чудеса такие с ним сотворил? Не иначе это какая-то энергетическая добавка, что дает подъем сил и бодрость.
Степной развернулся домой, на заимку, с твердым намерением рассказать все Семену и объявить причины болезни Феи и развенчать тайну ее наркомании.
Глава 30
– Семен, подъем!!
– бухнул в двери Петя.
Колмогорцев с трудом глаза открыл, чертыхнулся, взглянув на часы: опять на охоту проспал и на Фею глянул:
– С тобой, как в анекдоте "ну ее, эту рыбалку", - улыбнулся, погладив девушку. Та потянулась как кошечка, обвила его шею руками:
– Сэмэн.
– Семен!!
– взревел голос за дверью.
– Да поднимайся ты скорее!
Мужчина хмуро на двери глянул: чего это Петя с утра белугой орет?
Встал лениво, оделся, Фее подмигнул и вышел:
– Ну?
– Беда Сем, Витька представился.
В первую минуту Колмогорцев не поверил парню, а на второй в комнату Витька рванул.
Прохоров действительно умер. Лежал и смотрел в потолок стеклянными уже глазами. А собравшиеся мужчины отчего-то на Семена.
– Я его не трогал, - сказал на всякий случай.
– Ты - нет, - подтвердил Елыч.
– Тогда чего смотрите?
– Это она Семен, - разжал
Мужчина оглядел товарищей и понял, что стадное чувство уже объединило их, нашло виновного и вынесло приговор.
Колмогорцев усмехнулся и сделал шаг назад:
– Ранки на шее обнаружили?
– Нет. Но это все равно она.
– А ее бы не было, кто бы виноват был?
– еще шаг назад.
– Сема, ты глянь на Виктора, сам поймешь. Он как заснул с открытыми глазами, - влез Петя.
– И мы себя так же чувствовали - в койку бы и спать, спать, спать.
– Ты не горячись, Семен, ты послушай. Эта тварь лишь прикидывается человеком, жалобит детской ранимостью и наивностью, а на деле чудовище. Она и тебя сил лишит, головы вон у тебя уже нет, ее разумом живешь, - сказал Иван.
– Ее надо уничтожить, - спокойно заявил Елыч.
– Знаю я таких: проникают из нижних миров, в доверие втираются, и начинают по одному людей убивать.
– Версия не нова, ее Спилберг давным-давно обкатал, - скривился в насмешке Семен, отступая к двери.
Напарники его не удивили. Как только вошел - понял: Фею во всем винить станут и попытаются как можно быстрее расправиться. И неважно виновата она в смерти Прохорова или в землетрясении в Африке, вину-то любую придумать можно, поверить и других уверить - был бы повод. А повод есть: баба среди мужиков, необычная девушка, которую взять бы, а не можешь, так пусть никому она не достанется и все будут довольны.
Не выйдет, - Колмогорцев выскользнул за дверь.
– Семен!
– обрадовался поднимающийся наверх Илья.
– Я как раз поговорить с тобой хотел…
– Позже Илья. Задержи пока умников, - кивнул на двери в комнату Виктора и рванул к себе. Глянул, что Фея уже рубашку одела, открыл шкаф, комбинезон ей ее кинул:
– Одевайся быстро, - и в схрон под полкой полез, пистолет достал, запасную обойму, за пояс брюк сунул.
Фея удивленно на него смотрела, на комбинезон, и замешкалась одеться.
– Бегом!
– рыкнул на нее Колмогорцев. Эя вздрогнула, но и только.
– Ладно, малыш, тихо.
Схватил рюкзак с полки, сунул в него, что попало под руку теплого, патроны к охотничьему ружью сгреб, комбинезон из рук Феи вырвал, туда же сунул. Поклажу на плечо, девушку за руку и из комнаты рванул.
– Сема стой!
– выставил ладони Илья. Мужики у лестницы столпились, на них смотрят хмуро, а Фею вовсе ненавидящими взглядами охаживают.
– Илья, - покачал головой Колмогорцев сообразив, что тот заодно с промысловиками.
– Быстро же ты переметнулся. Может, первым Фею вздернешь?
– Ты не понимаешь Семен! Это действительно она! Я лично видел как она ночью в комнату к Виктору заходила!
Горец прищурился: было, испарялась девушка ненадолго. К ней повернулся: