Фея Лоан
Шрифт:
– Возможно это от пристрастия сейти к медитативным занятиям. Она затрачивает слишком много энергии для них.
– А должна получать.
– Да. В этом и странность.
– Странность? Скажи еще случайность.
– Нет. У меня есть подозрения, что сейти далеко уходит. И лишь в одном направлении.
– Тогда стоит пресечь занятия.
– Хорошо.
– Если через месяц состояние не стабилизируется, я пришлю кафиров.
– Мы поможем сейти, - решил пока придержать правду при себе жрец.
– Прошло слишком мало времени.
–
– Миг.
Рэй глянул на жреца и, развернувшись, пошел прочь. Поттан понял, что сегюр недоволен и задумался о тех методах, что еще не были применены. Терять расположение Лоан жрец не хотел, как не мог допустить потери наследницы империи.
Эйфию отлучили от занятий медитацией, не пускали на ритуалы, запретили любые учебные мероприятия. Теперь она слонялась в обществе двух агноликов по къету, сидела в саду и общалась со жрецами на уровне философских бесед и психологических тестов. Это значительно надоедало и она бы ушла из къета если бы не приказ отца оставаться под присмотром Поттана пока он не вернется со свадьбы Марины и Люйстик. Понятно, что Эя не стала противиться, сообразив, что здесь она недоступна ни для Ван-Джук, ни для других возможных претендентов в мужья. Что сватовство не за горами она не сомневалась - отец не однозначно дал это понять, и Поттан в своих речах стал все чаще касаться темы замужества и материнства, склоняя сейти к долгу перед империей.
Не видя смысла открыто сопротивляться, Эйфия не перечила, но тянула время, и радовалось любой отсрочки своего выхода из-под опеки жреца, а значит и выхода в свет к когорте претендентов на нее. Отъезд Рэйсли был, кстати, потому что дарил ей еще минимум месяц покоя и пусть относительной, но свободы.
Она сидела в саду и смотрела как рабы ухаживают за растениями. Один, светловолосый с типичной для землян порослью на щеках, давно привлекал ее внимание и не столько и-цы, сколько возможностью побеседовать, потренироваться в земном языке, узнать что-то новое, и пусть на призрачный шаг, но оказаться ближе к Семену.
– Иди сюда, - поманила, когда тэн покосился на нее. Мужчина сразу же напрягся и уперся, но Ману без слов поднял его и кинул к ногам госпожи, нависнув за спиной для упреждения непочтения. Раб исподлобья выжидательно уставился на девушку:
– Чего ж тебе надо, сука?
– прошептал невнятно и еле слышно, но для Эйфии показалось вполне четко и громко.
– Имъя?
Мужчина нахмурился: это-то тебе зачем? Но агнолик поторопил его, недвусмысленно пихнув носком мокасина в бок:
– Олег.
– Олэк.
– Отгута?
– Эя стеснялась своего ломаного и скудного знания языка. Учитывая, что ей не выдали лэктор по земному языку, а с мамой общение пресекли, тренироваться и пополнять запас слов она имела возможности. И этот тэн был кстати.
– В Портленде взяли.
Девушка кивнула и жестом разрешила мужчине встать с колен и сесть на землю, а Ману попросила принести две чашки фэй и моколи. Агнолик недовольно нахмурился, заподозрив, что госпожа
Эйфия в ожидании заказа рассматривала тэн, а тот усиленно поглядывал в сторону - не нравилось ему пристальное внимание девушки.
– Ты понимаешь по-флэтонски?
– Немного, - ответил ломано, настороженно покосившись на нее. Судя по виду, мужчина с удовольствием бы ушел. Тревожила его Эйфия, уверен он был, не к добру пригласила. Сейчас высосет его силы и привет. А зачем еще он ей нужен?
– О Земле с тобой поговорить хочу.
Мужчина с минуту соображал, правильно ли ее понял.
– Зачем?
– насторожился еще больше.
– Говори на земном.
– Каком именно? У нас много языков.
– Много? Матушка говорила мне. Как вы не путаетесь? Ведь это удивительно неудобно одной расе иметь множество языков. К чему создавать трудности самим себе?
Мужчина ничего не понял и пожал плечами.
– Симгрэйф, принеси лэктор по языкам, - попросила Эя.
– Хотите обучить раба нашему языку?
– спросил появившийся Поттан.
– Что в этом плохого?
– Ничего. Но и смысла в том нет.
– Я желаю пообщаться с ним, потренироваться в земном, потом потренируюсь в другом языке. Уму необходима разминка.
– Конечно, госпожа сейти. Но не слишком ли утомительно учить столь грубый и путанный язык, как у землян?
– жрец жестом подозвал эстиба с типично тонорскими чертами лица: узкими глазами, широкими скулами и почти полным отсутствием носа.
– Вот вам прекрасный экземпляр для учебы. Язык тонорцев мелодичен, прост и не потребует особого напряжения для изучения.
– Но я знаю тонорский.
– Тренировка лишней не бывает. Я слышал, королевич Тонора Ариспаша дважды предлагал вашему отцу свою кандидатуру в качестве вашего мужа.
– У них скупая энергетика. Каналы замкнуты, и-цы строго контролируемо. К тому же тонорцы бесперспективны, потому что до сих пор раздроблены и ведут междоусобные войны. Они ищут за кого бы зацепиться, чтобы выйти на другой уровень и занять место в совете Высших Цивилизаций. Ариспаша королевич одной из провинций одного из континентов. Мелкий никчемный князек мне не подходит.
Поттан кивнул, довольный рассуждением сейти.
– Вы правы.
Ману принес фэй и вазу с моколи. Одну чашку взяла девушка, другую, к ее неудовольствию, Поттан.
– Вы хотели предложить фэй рабу?
– заметив ее взгляд, удивился жрец.
– Нет. Мне мало одной чашки.
– Ману принесет еще. Но лучше взять и-цы этого раба. Оно недурственно.
Эйфия поняла, что жрец стремиться избавится от тэн и пресекает интерес сейти ее же руками, ставя перед выбором. Однако девушка сдаваться не собиралась - пока отец в отъезде Поттан не посмеет перечить ей. Его власть меньше власти сейти. Только нужно напомнить ему об этом.