Феодал. Том 6
Шрифт:
— Вот бы сдохнуть, — сказал он вслух, когда бастард Черноярского убрался прочь.
— Что? — непонимающе переспросил Афанасий.
— Я говорю вот бы он сдох, — ответил Гунтер.
— Можем ему помочь с этим, — смотря в спину брату, ответил барчонок.
— Пха-ха-ха, — рассмеялся тевтонец, а сам подумал.
«Ну ты и хряк неблагодарный».
— Чего ржёшь?
— Да так, шутка одна вспомнилась. А насчёт предложения — всё в твоей власти. Только скажи. Точно желаешь избавиться от братца? —
Гунтер присосался к фляге, крякнул и одобрительно похлопал наследника по плечу, прежде чем уйти. До наступления темноты он коротал часы в землянке. Сказал, что дремал, а сам пялился в стену, пока не кликнули на сбор. Встав с лежанки, он, пошатываясь, добрался до ведра с водой и ополоснулся, после достал из кармана купленный на последние деньги стяжень.
Один из рындинских бойцов согласился продать его в два раза дороже рыночной цены. Собственно, только благодаря целебному порошку Гунтер до сих пор был на ногах. Аккуратно раскрыв бумажку, он ссыпал остатки себе в рот, облизал со всех сторон и выкинул.
Заряд бодрости прошёлся по всем членам, тепло дошло вплоть до кончиков пальцев, а туманная дымка в голове развеялась, с ней отступили и галлюцинации. Эффект держался около часа, а дальше слабел. Гунтер всё поставил на это сражение.
Группой из десяти человек они обступили Черноярского, готовые чуть что вынести его тушу с поля боя. Это были не простые воины, а меченные самим Кассием, но им запретили показывать свою силу. Гунтер такой чести не удостоился, потому надеялся только на себя.
Все сборы были строго под землёй, чтобы враг не обнаружил приготовлений к штурму. На поверхности они, как обычно, разожгли огни и оставили горстку раненых со штабными для имитации ночного лагеря. Дежурный напор магов тоже не снижали, а то враг заподозрит неладное.
Всего просторных туннелей сделали три, они вмещали даже зверюг бастарда в три ряда, так что двигались без стеснения. Проходы неплохо освещались и вентилировались, имели разветвлённую сеть выходов на поле боя, но сокращали лишь половину пути до укреплений.
Гунтер выбрал средний туннель, поближе к Владимиру Черноярскому. Компанию тевтонцам составили дружинники барона Шеина. Тот сам их повёл в атаку, чтобы впечатлить графа, а вот Кислица струсил, оставив вместо себя воеводу.
Тевтонец кивнул обернувшемуся краснорожему барону и встал со своими позади шеинских. Первым, кто выйдет, достанутся все шишки, вот пусть и отдуваются.
— Ты как, парень, задора не растерял? — сплюнув, спросил он Афанасия.
— Нет, — ответит тот, но менее уверено, чем накануне.
— Бояться это нормально, держись меня и вернёшься в тёпленькую постель.
—
— Я просто виду не подаю, — равнодушно ответил Гунтер и прислушался к своим ощущениям.
Всегда перед значительным боем у него был мандраж. Опасность так напитывала тело, что он буквально рвался в атаку, лишь бы поскорее закончить, но сейчас внутри всё было пусто. Совсем. Как будто из черепушки выскребли ложечкой остатки благоразумия.
«Бабский бред, бабский…» — повторил он себе и обрадовался прозвучавшей команде.
Когда ты двигаешься, ни о чём не думаешь. Главное — бежать отсюда и дотуда. А потом махать мечом. Раз удар, два удар, всё просто. Проще, чем думать. Мышцы знают своё дело.
Три туннеля распались на дополнительные «ручейки» поуже, и войска раздробились на небольшие группы. Выход наверх шёл по ступенькам и в то же время все проходы соединял один общий продольный лаз. По нему и пронeсся звук рога, оповещая о начале штурма.
— Щит держи над головой, открывай, — велел Гунтер наследнику, и в следующий момент Афанасий напрягся, сдвигая пласт земли с дёрном, свежий воздух хлынул в подземелье. — Стоять!
Команда тевтонца заставила десяток дождаться, когда в бой первыми рванули шеинские.
— Вперёд! — спустя пару минут крикнул он.
Люди бежали со всех ног, лишь бы побыстрее оказаться вне зоны обстрела. Укрыться, по сути, негде, открытое поле кругом, но если забежать внутрь позиций врага, то магический напор снизится. Защитники не рискнут палить как зря, так можно и своих задеть.
Хлипкая земляная стена разлетится на куски от двух-трeх средней силы магов. Это не проблема, проблема до неё добраться живыми, когда сверху на тебя сыпется град из заклинаний.
— Беги, толстяк, беги как никогда не бегал, ах-ах-ах! — крикнул он испуганному Афанасию.
Дружный рёв полутысячи нападающих разнёсся по округе, придавая уверенности.
В стане врага били тревогу, а на стены спешно поднимались проснувшиеся маги. Обстрел многократно усилился.
— Ма-ма-а-а-а! — заорал наследник, когда рядом рвануло и засыпало землёй. — Мама-а-а-а!
Гунтер перевёл взгляд вправо и заметил зверюг бастарда далеко впереди. Они стремительно обогнали Шеина и Кислица.
«Что…что за чертовщина?» — пронеслось в мозгу. — «Зачем так рисковать? Они только спровоцируют по себе усиленный огонь».
От грузных шагов трава с землeй под ногами глипт разлеталась в стороны. Бабахнули вразнобой звуки пушечной пальбы, и Афанасий инстинктивно втянул голову в плечи.
— Жопу подобрал! — рявкнул на него тевтонец, подсчитывая количество орудий по клубам порохового дыма.