Феодал. Том 3
Шрифт:
Пока Гио занимался фундаментом и клал печи на будущие избы, я расчистил очередную полянку от деревьев. Монотонная физическая работа помогала структурировать мысли. Я обдумывал всё произошедшее за последние несколько недель, поэтому, когда Мефодий подошёл помочь, попросил его остановиться.
— Позови Нобу, пройдёмся кое-куда. А и да, — окликнул я здоровяка. — Утяжелители надень те, что по двадцать, и цепи с замками у кузнеца прихвати.
В глазах здоровяка мелькнуло непонимание, но он послушно кивнул. Недавно Марич перевёз эти железяки с прошлого места работы Куликова.
Надев перчатку-линзу, я велел Нобуёси встать позади богатыря. Мы обмотали ноги и руки Мефодия цепью, чтобы ему было максимально неудобно после трансформации. Не дожидаясь моего сигнала, японец вогнал меч в спину богатыря так, что лезвие показалось из живота. Вытащив оружие, Нобу повторил страшный удар и отошёл на безопасное расстояние.
Куликов упал в листву, истекая кровью. На всякий случай у меня был припасён стяжень, но сейчас надо было ждать. Проклятие запускалось при угрозе для жизни своего носителя. Повреждения внутренних органов — это серьёзная рана, так что перевоплощение не заставило себя ждать.
Обсидиановый спрут полез из глаз, рта, ноздрей и ушей. Шея покраснела, всё тело напряглось, раздувая мышцы толчками. Послышался лязг цепей. Мефодий заорал, брызжа слюной, и попытался порвать путы. Он умудрился встать на колени. Ран от меча как не бывало. Яростно смотря мне в глаза, берсерк крутил руками и так и эдак.
Я сосредоточился на тех же ощущениях, что и в прошлый раз, замечая, как перчатка засветилась золотом.
— Замри! — отчётливо громко скомандовал я.
Куликов вдруг прекратил все движения. Казалось, в этот момент я достучался до него. Диктатура подтвердила нашу связь.
Преданность к «В. Д. Черноярскому» (80/100)
Нобу сзади был готов, если что вмешаться.
— Мефодий? — спросил я уже спокойней, но вместо ответа услышал, как щёлкают суставы, правое плечо хрустнуло, изогнувшись вовнутрь, ещё чуть-чуть и берсерк оторвёт себе кисти!
Преданность к «В. Д. Черноярскому» (0/100)
Я в два счёта оказался рядом и прекратил вызов. Меч коснулся оголённой лопатки прямо по татуировке. Краткая агония и Мефодий рухнул в обморок. Пока Нобу помогал ему очнуться, я пытался осознать, что это вообще было.
В прошлый раз, когда мы сражались с глиптами, мой приказ сработал точно так же, но его действие было намного короче нынешнего. Сейчас он длился где-то три секунды. В условиях боя это существенная задержка.
«Что же с тех пор поменялось?»
Преданность. Она была на семнадцать единиц меньше. В последнее время мой ближайший круг значительно прибавил в доверии ко мне. У Мефодия оно и так было высоким с самого начала, а сейчас приближалось к максимальным значениям.
«А ещe?»
Лидерство. На шесть пунктов изменилось. Больше всех остальных параметров. Может, именно это сочетание и дало такой эффект?
Когда проклятие захватывает тело Мефодия, все воспоминания и ощущения остаются с ним. Он выступает невольным наблюдателем без возможности как-то
Я ещe недостаточно хорошо владею своей странной стихией, но это золотистое свечение как будто помогает пробить ментальную дыру и достучаться до сознания берсерка, вернув ему контроль над плотью.
«Только удержать это состояние почти невозможно».
— Очнулся? — спросил я вспотевшего Куликова, и тот судорожно кивнул, Нобу дал ему флягу с водой. — Второй раз выдержишь? — поинтересовался я.
Вы не подумайте, я не садист, но нам нужна информация. Любая мелочь сгодится. Это понимали все собравшиеся здесь, потому здоровяк встал и расправил плечи.
— Вызывайте.
Процедуру повторили, только в этот раз я попытался воздействовать на Мефодия дважды. Ничего не вышло. Он слушал только первую команду. Как будто контролирующее его существо усиливало защиту после ментального удара. Два перевоплощения подряд — это серьёзная нагрузка на организм, потому мы прекратили опыт и помогли Куликову добраться до поселения, где нас уже поджидал гость.
— Леонид, давно прибыл? — поинтересовался я у антилекаря, тот наворачивал вкусную похлёбку за общим столом и встал поздороваться.
— Минут десять как прилетел, — ответил он, а потом коротко глянул на измождённого Мефодия. — Дай-ка посмотрю его.
Здоровяк плюхнулся на скамью и вскоре Склодский пробежался по его организму серебристыми туманными канатиками, вышедшими из ладоней. Они опутали всe тело больного, выявляя ранения и в то же время подсвечивая изнутри проблемные области. Их оказалось много, но чем больше Леонид «чинил» нашего берсерка, тем сильнее удивлялся.
— Для человека ты слишком быстро восстанавливаешься.
Я коротко ввёл его в курс дела, и лекарь понимающе кивнул.
— Тогда всё ясно. Ещё немного… Всё, готово, — довольно отстранился он и сел обратно за угощение. — Теперь поешь и бегом спать, нервную систему восстанавливать.
Рядом с гостем лежало три чемодана, которые он никому не доверил.
— Сделай завтра утром проверку всех жителей, — велел я ему, — а после поедешь со мной в город.
Лекарь только постучал ложкой и что-то пробурчал в ответ. Сказывались сутки в пути, так что мучить расспросами я его не стал. Одна из изб была готова, и он без зазрений совести заселился в неe. Когда дверь закрылась, Кошевой вопросительно посмотрел на меня. Остальные жители ютились по несколько человек в одном срубе, а Склодский сразу пришeл на готовенькое.
«Пускай», — махнул я рукой.
Это вызвало ропот среди рабочих. Перед сном они побурчали на заносчивого новичка, но утром позабыли все свои обиды, когда тот в порядке живой очереди подлатал их болячки. Все вопросы с домом мигом отпали. Живи, мил человек, ни в чeм себе не отказывай. Склодский же в свойственной ему манере принимал похвалы с лёгкой улыбкой. Уж кто-кто, а он знал себе цену.
Наш смотр новичков был организован Маричем в помещении пустующего ростовского театра. Не знаю как, но приказчик сумел договориться с директором и к моему приезду внутри уже ожидали сотни кандидатов на работу в феоде.