Фэнтези
Шрифт:
Была ли она влюблена? Да, наверно, ее чувство было бы можно назвать этим словом. Ведь Люси с него не брала денег и приходила по первому зову, рискуя устроенной жизнью... А ради чего? Люси честно пыталась понять это, и не могла.
– Хочешь праздник? Такой, о котором никто из старателей даже не слышал?
– спросил Люси Кобольд.
Слова, разогнав полусладкую дрему, напомнили, что ей пора возвращаться к реальности.
– Очень хочу!
– усмехнулась она, поднимаясь с травы и втыкая упавшую шпильку в тугой жгут волос.
– Только, милый, я буду с другим мужичком. И кутить весь поселок сбежится, не
– Ошибаешься, - чуть прикусив стебель тонкой травинки, сказал Кобольд.
– Я не пойду к штольне в день освящения. Этот молебен - огромная глупость, цена за нее будет слишком большой...
Люси, громко зевнув, потянулась.
– Не надо дурацких пророчеств... Терпеть не могу, когда ты начинаешь вдруг умничать. Я вот возьму и уйду... Насовсем. Будешь тут развлекаться один.
– Никуда ты не денешься, Сибилл, тебе не уйти от меня, - с неприятной насмешкой сказал молодой человек.
– Знаешь что? Ровно в полночь я буду тебя ждать у свертка, ведущего в лес. Мы пойдем на "гулянку божков", на старинный языческий праздник в честь Духов. Воздушных, земных, водяных. Да, забыл... Еще огненных.
– Ха, размечтался! Я верю в Святого, ношу сколы и соблюдаю законы...
– Которые вам навязал "Трибунал чистоты"?
– Ты сегодня достал меня, Кобольд!
– вставая с земли, недовольно заметила Люси.
– Тебе никогда не хотелось нарушить привычный запрет? Узнать некую тайну?
– спросил ее юноша, снова обняв, чтобы Люси не вырвалась.
– Нет, не хотелось!
– А может быть, праздник - предлог? Я хочу быть с тобой в эту ночь, потому что мне мало коротких встреч... Мы пойдем к старым развалинам храма, где будет гулянка для местных, а после уйдем в чащу... Я и ты, только вдвоем, до утра... Соглашайся, Сибилла!
И ей... Захотелось пойти.
– Да я ведь не одна живу, - быстро сказала она, чтобы разом пресечь разговор на опасную тему.
– И что? Ведь терлиск растет всюду. Нарви листьев, сделай отвар и налей, кому нужно. Проспит до утра, не заметив, что ты уходила...
– Ну да! А потом я вообще не вернусь?
– Почему?
– Я слыхала о шабашах больше, чем ты полагаешь!
Он чуть усмехнулся и, разжав объятия, выпустил Люси.
– Боишься? Возьми с собой скол-кинжал. Нечисть не любит такого оружия, верно?
– А кто мне его даст, кинжал? Скол, который годится для лезвия, стоит безумные деньги!
– Тогда остается одно: вверить мне свою жизнь, - рассмеялся любовник. Ведь если я Кобольд, то я не позволю обидеть подружку, с которой пришел. Впрочем, решай сама, я устал уговаривать...
И Люси вновь ощутила, что хочет пойти.
Да и нет... Нет и да... Настроение Люси качалось подобно доске на веревках, скользящей по воздуху вверх-вниз, вверх-вниз. Полет этих безумных качелей сбивал ее с толку, изматывал, не позволял сделать выбор, решиться на что-то. Спас Люси приход Кесси, прачки.
– "Гулянка божков"? Это наш местный праздник, - сказала подруга, который справляют в лесу деревенские жители ближних поселков. Они избегают старателей, так как считают добычу камней-сколов главным грехом перед духами. Это не тайные службы для нечисти, а развлечение. Музыка, танцы, различные игры, пирушка. И сказки про духов, живущих в лесу. И старинные песни. Я тоже пойду туда.
Люси
Возвратившись из шахты, Харт выпил отвар из терлиска, посетовав, что Люси льет слишком много воды в вино, и захрапел. Люси, встретившись с Кесси в условленном месте, пошла вместе с ней к свертку, где их был должен ждать Кобольд. При мысли, что парень, увидев двух женщин, откажется с ними пойти, у нее холодело внутри. Люси даже не знала, что больше пугает ее: оказаться у старых развалин в лесу или вовсе туда не попасть. Этой ночью должно было что-то случиться!
Любовник слегка удивился, увидев, что Люси идет не одна, но не стал проявлять недовольства. Он явно понравился Кесси. "Красавчик!
– шепнула она Люси так, чтобы парень не слышал.
– Тебе повезло!" То, что Кобольд не вызвал у прачки мистических страхов, ее успокоило. Кесси должна была знать, как суметь отличить человека от нечисти.
Они шли долго. Поляна, к которой они подошли, оказалась не слишком большой, а развалины древнего храма похожи на груду обычных камней, в беспорядке наваленных кем-то. Они не будили ни страха, ни радости. Камни как камни! Не будь на поляне толпы разодетых крестьян, Люси бы не поверила, что здесь должно совершиться какое-то таинство.
У костерков, разожженных у самых камней, суетились какие-то люди, звучал рожок, жарилось мясо. Смешки, шутки, возгласы, песни... Все было обычным, ничто не могло испугать. Их пустили в кружок, дали хлеба, налили вина, оно сразу ударило в голову. Скоро Люси вообще перестала жалеть, что пришла. А потом начались танцы, Кесси пошла в хоровод. Люси тоже хотелось плясать, но любовник ее удержал.
– Посмотри на них, - вдруг сказал спутник, кивнув на крестьян.
– Они здесь веселятся, не думая, что совершают какой-то грех. А "Трибунал чистоты" был бы рад изничтожить их всех за "гулянку". Не важно, что старый обряд стал игрой, простым поводом вместе попить, погулять, поплясать...
– Ну и что?
– удивленно спросила его Люси.
– Все разговоры о проклятой крови для этих крестьян пустой звук. Им неведомо, что людям нужно травить тех, кто чем-то на них не похож. Для них зло - это град, бьющий хрупкие всходы, мороз, мор скота... И им хочется как-то задобрить тех духов, которые могут помочь. Песней, пляской, простым подношением в виде стекляшки, куска хлеба, ленточки. Ведь Святой слишком далек и возвышен, его не волнуют такие дела...
– Нам-то что?
– недовольно заметила Люси. (Ей очень хотелось плясать, а любовник не думал об этом, он явно решил почесать язык.)
– Да ничего. Мы живем, полагая, что если мы следуем правилам, то нас не тронут. Мы рвем контакт с теми, кто в чем-то отличен от нас, обрекая его на смерть... Разве нам важно, что это наш друг, брат, возлюбленный или ребенок?...
– Ты что, перебрал?
– перебила его Люси. (Ей показалось, что в длинной, не слишком понятной тираде скрывается некий подвох.)
– Скол - тот знак, по которому мы различаем своих и чужих. Это наша защита и наше оружие... Признаки "satanos rubinos" - только начальный этап в этой жесткой системе отбора. Системе, которая нас отвлекает от истины... Девять особенных знаков присутствия Зла и семнадцать отличий Добра... Ищи их у себя и других, чтобы мир стал простым и понятным...