Феноменальный Икс

Валентайн Мишель

– Мы останавливаемся в отелях всё время. Наши номера забронированы на месяцы вперёд, наверняка мы столкнёмся с этой проблемой в каждом городе, который посетим.

Одну ночь я смогу справиться, может быть, даже две ... но недели? Моя уверенность держаться подальше может не выдержать! Меня никогда не влекло к такому человеку, как Ксавьер. То, как он ходит, разговаривает, и даже улыбается, сводит с ума. Как я могу противостоять всему, что завёрнуто в таком сексуальном, татуированном флаконе?

Должен быть другой способ.

–

Что можно сказать о соседке по комнате Дины? Как ты думаешь, она позволит мне пожить с ней?

Ксавьер качает головой.

– «Звезда» – не совсем дружелюбный человек. Она не позволит никому незнакомому останавливаться в своей комнате. Кроме того, она и Дина стали подругами. Это не очень хорошая идея, оставлять тебя с ней наедине.

В одном номере с женщиной, которая ненавидит меня, потому что я с человеком, которого хочет её подруга, очевидно не лучший вариант. Особенно, если она женщина борец.

В конечном итоге она задушит меня во сне.

– Поняла. Веди, сосед. – Я стараюсь продолжать играть спокойствие, хотя сильно волнуюсь.

Он посмеивается и показывает мне, чтобы шла вперёд.

– Дамы вперёд.

Я закатила глаза и повернула голову в сторону гостиничных лифтов, и как только я нажала кнопку вверх, мы стали ждать в тишине, пока лифт поднимается.

Номера, как правило, бывают довольно небольшими, но я могу спать на полу, потому что даже мысль о сне в постели с Ксавьером, где он без рубашки рядом со мной, заставляет течь слюнки.

Я хочу, чтобы он не был так сексуален. Мой глупый организм не может контролировать свои гормоны рядом с ним.

Я смотрю на него и обращаю внимание на маленькую улыбку на лице.

О, мальчик. Я могу только представить, что он думает. Если его мысли, такие же как у меня, мы в беде.

Двери открываются, и ещё раз он показывает жестом, чтобы я проходила вперёд, пока он следует за швейцаром с нашим багажом.

Кто сказал, что рыцари вымерли?

– Какой этаж? – Я спрашиваю.

Он смотрит вниз на карту, чтобы проверить дважды номер этажа.

– Пятый.

Я никогда не была в ситуации, где я должна была жить в комнате с мужчиной. Я не говорю, что не видела никогда парня голым. Я не девственница. Хорхе и я сделали это один раз из любопытства, но он быстренько прекратил интим, утверждая, что это грех против Бога, если у нас был секс до замужества. Он заставил меня чувствовать себя виноватой за то, что ... соблазнила его, делая ужасным человеком.

Но это было больше, чем год назад. Он никогда не прикасался ко мне снова после этого. Максимум, на что я могла надеяться – это поцелуй с языком, который не позволял мне утихомирить гормоны.

Не раз Ксавьер заставлял меня чувствовать, что я была бесстыдной, распущенной. Но он при этом считает, что я – хорошая девочка. Именно поэтому он держится на расстоянии. Очевидно, слишком уважает, чтобы просто использовать меня.

Я до сих пор не понимаю

его вопросов приверженности. Если он так много заботится обо мне, почему не хочет построить серьёзные отношения? Разве я не достаточно хороша? Не достаточно сексуальна?

Я обнимаю себя, чтобы мысленно сравнить тело Дины со своим. Моя грудь не подделка, как у неё. Размер небольшой, но достойный. И лицо симпатичное.

Ксавьер замечает мои перемещения и дотрагивается до руки.

– Ты в порядке?

– Конечно, –отвечаю я сразу.

– Я говорил тебе, не беспокойся, даже если будем жить в одном номере. Я буду спать на полу, если что.

– Не говори глупостей. Тебе нужно отдыхать перед боем.

Лифт останавливается, и дверь открывается на нашем этаже. Мы оба выходим, и я следую за Ксавьером в нашу комнату. После считывания замком карточки-ключа, он включает свет и пропускает меня первой.

Массивная двуспальная кровать занимает большую часть пространства, и сон в одной постели с Ксавьером пугает меня, это не будет походить на дружеские посиделки.

Матрас немного провисает под тяжестью моего рюкзака, когда он его ставит.

– Ты хочешь пойти поесть?

Я сую руки в задние карманы.

– Да.

– Тогда пойдём. Там должен быть ресторан внизу.

Ксавьер закрывает дверь позади нас, и я плетусь за ним по коридору. Я встаю рядом с ним перед лифтами, он наклоняется и завивает пальцем прядь моих волос у лица.

Покалывание устремляется вверх по моей руке от точки, где наша кожа соприкасается. Я должна вырваться и установить границы, давая понять, что между нами только деловые отношения, но я не могу это сделать. Мне нравится, когда он трогает меня. Моё тело жаждет большего.

Мы играем с огнём, и один из нас не может не обжечься.

Ксавьер приглашает меня выйти из лифта, и мы идём вниз к лобби.

Гудящая толпа бросается к нам, когда двери открываются, слышатся вопли и вспышки камер отражаются на мне. Ксавьер тянет нас через толпу. Его имя эхом проносится по всему лобби, но он продолжает идти, близко прижимая меня к себе. Толпа возбуждается, чтобы получить автографы от него, но он не останавливается. Он как солдат на задании – должен доставить нас в ресторан за одну секунду.

Мальчик в возрасте около десяти лет, в рубашке с лицом Ксавьера, дико машет руками, и это напоминает мне двух мальчишек, сидящих передо мной в самолёте.

Ксавьер замечает малыша и спрашивает меня.

– Ты не возражаешь?

– Конечно, нет.

Он улыбается, а затем опускается на колени перед ребёнком, принимая плакат и фломастер из его маленьких рук. Я улыбаюсь, когда Ксавьер подписывает плакат и говорит несколько ободряющих слов о пребывании в школе и поступлении в колледж, ребёнок кивает с энтузиазмом, и визжит на каждое его слово. После, мать мальчика делает совместный снимок, и Ксавьер гладя по голове малыша, прощается.