Феноменальный Икс

Валентайн Мишель

М-да.

Это трудно, но я оторвала свой взгляд от этого опасного человека рядом со мной и начала изучать свои ногти, делая все возможное, чтобы держать глаза подальше от того, кто сидел слева. Я не помогу себе, если заинтересуюсь им. Если бы я была из тех девушек, которые любят заниматься непристойными вещами во время случайных связей, я давно с удовольствием приняла бы предложение узнать все о его феноменальной части. Но при существующем положении вещей, я все ещё хорошая девочка. Я знаю, что я — это я, даже если бросаю вызов отцу. Даже если я убежала от человека, за которого

пообещала выйти замуж.

— Ты какая-то тихая. Я же не смутил тебя? — спрашивает Ксавьер с ноткой заботы в голосе, но все с той же хрипотцой, свойственной ему от природы.

Я жую уголок губы.

— Нет, ты этого не делал. Я просто думала.

— Об этом... — он дотрагивается до меня и смотрит на мою руку — на шарообразные следы, которые оставил на мне отец.

Моя рука мгновенно закрывает небольшие синяки, не желая, чтобы Ксавьер спрашивал о них. Я лишь сказала, что уезжаю из своего города, а объяснять, как вырвалась из-под отцовского контроля — не совсем то, что я хочу обсуждать с абсолютно незнакомым человеком.

Я складываю руки на груди, стараясь не смотреть на оставшиеся пятна от сока. Жаль, что я не проверила всю одежду.

— Ничего, о чем ты хотел бы слышать. Никто не любит слушать драмы от незнакомок. Кроме того, я уверена — моя жизнь скучна по сравнению с твоей, там нет автографов в повседневной жизни, — добавила я, немного дразня его в конце, чтобы поднять настроение.

Ксавьер скользит указательным пальцем под моим подбородком, а затем мягко зажимает его большим пальцем, заставляя меня смотреть на него.

— Ты нахмурилась. Почему?

Его непосредственный интерес захватывает меня врасплох, и я поднимаю брови. Я не могу рассказать этому человеку историю своей трагической жизни, хотя искренность его намерений блестела в его взгляде. Я не ожидала от него такой реакции, так что я растерялась на мгновение, не зная, как реагировать.

— Я, э-э...

Его взгляд говорил о том, что он никогда не сведет с меня глаз.

— Хмурый взгляд не для твоего лица, красотка. Никогда. Просто мне любопытно, кто его там оставил.

— Никто не оставлял его там, — я шепчу, пытаясь игнорировать тот факт, что делает со мной лёгкое прикосновение его рук.

— Может, твой парень огорчает тебя?

Я должна сказать, что у меня нет парня, потому что я уверена, как только Джордж обнаружит, что я покинула город без намерений когда-либо возвратиться, он не захочет меня видеть, в любом случае. Технически я одна, и я чувствую, что это именно то, что Ксавьер хочет услышать от меня. Проводя следующие несколько часов в такой непосредственной близости от него, я не буду в состоянии игнорировать его откровенные жесты и, в конце концов, соглашусь на секс с ним, как только мы приземлимся. И если он узнает, что я свободна, он точно не будет сдаваться. Нет необходимости болтать стейком перед голодным львом.

— Он не является проблемой. Я в порядке, правда.

Я выдавливаю небольшую улыбку, надеясь, что она остановит его любопытство, прежде чем я утону в своей лжи.

—Не думаю, что я купился на эту хитрожопую ухмылку.

Его губы образовали тонкую линию, и я

жду, что он отпустит меня, но Ксавьер этого не делает. Его пальцы остаются на месте, обжигая мою кожу.

— Это нормально, если ты не хочешь говорить о том, что у тебя на уме. Я понимаю. Но не хмурься больше, или я буду вынужден искать другие способы, чтобы убедить тебя улыбнуться и просто заставить твоего сраного парня отвалить.

Его палец путешествует по моему затылку и ниже, по ключице, оставляя за собой след из огня на своем пути.

Моя челюсть падает, и я не могу удержаться от вопроса:

— Какие способы?

Черт, мой глупый любопытный мозг! Который сам наводит его к этим грязным разговорам.

Ксавьер пытается побороть улыбку, но безуспешно.

— Огромное количество способов, которые твой сладкий ум может только представить.

Он наклоняется ко мне, и я не могу ничего больше сделать, потому что его рука скользит вверх по моей шее в очень интимном жесте. Ксавьер так близко, что если бы я толкнулась вперёд на пару дюймов, наши губы встретились бы в безрассудном поцелуе.

— Я мог бы делать такие вещи с твоим телом, о которых большинство женщин только мечтают, читая свои грязные любовные романы, и я обещаю, что тебе чертовски понравится.

Я смотрю на него, теряя дар речи. Вау.

Просто... ничего себе.

Я не могу поверить, что он сказал мне это.

Ксавьер облизывает пухлые губы.

— Никаких обязательств, и твой парень никогда не узнает.

Он наклоняется ниже и шепчет мне на ухо:

— Я просто хочу немного развлечься.

Мое дыхание ускорилось, и я закрыла глаза. Мысль о том, чтобы позволить ему сотворить со мной это - звучит очень заманчиво. Настолько соблазнительно, что на мгновение я серьезно захотела согласиться. Возможность заняться самым лучшим сексом в вашей жизни не приходит каждый день, и один единственный взгляд на Ксавьера Колда уже говорит, что его мастерство в спальне не знает границ.

Это будет идеальным актом восстания — идти против всего, что было в моей жизни. Откуда я хотела вырваться.

Я очень хочу сказать ему «да», это действительно так, но насколько бы я сильно не хотела устранить в себе хорошую девочку, случайный секс никогда не будет моим.

Я открываю глаза, и они мгновенно встречаются с прохладной синевой его глаз. Я делаю глубокий вдох и шепчу:

— Нет.

Его брови взлетают вверх, как будто он не может поверить, что я только что отшила его.

— Нет?

Моя грудь начинает болеть, по какой-то странной причине, не давая мне нормально дышать. Мое тело хочет непременно сказать «да», хотя моя голова кричит мне бежать так далеко, насколько я могу.

Ксавьер кусает нижнюю губу и медленно тянет её в зубах.

— Ты, кажется, не совсем уверена, что нет, милая. Хочешь изменить свой ответ? Я буду нежен с тобой, клянусь. Тебе не стоит меня бояться.

— Я, эм..

Я, эм... что? Здесь нечего даже обдумывать. Я не знаю, почему так долго не даю ему твердое «нет». Даже я понимаю, что бросаю ему неясные сигналы, позволяя прикоснуться к себе и шептать похотливые обещания.