Фавн
Шрифт:
Никогда раньше Трент не боялся, этот напыщенный говнюк! Раньше он считал себя лучше нас, и каждый день давал нам почувствовать это на себе. Сейчас он работает на Биста, но, в принципе, такой же заключенный, как и я. Осознание этого немного наполняет удовлетворением, но я не могу наслаждаться этим чувством долго, потому что снова думаю о Фавне. Независимо от того, что Бист от меня ожидает, я не могу дать ему этого, если он не предоставит мне доказательства того, что Фавн в безопасности.
— Послушай меня… чёрт подери… — предупредительный шёпот Трента возвращает меня к действительности.
Я смотрю на мужчину, а он
— Просто дай Бисту, что он хочет. В противном случае он убьёт всех нас… даже тебя…
Я не отвечаю и почти рада, что в следующий момент дверь открывается, и в комнату входит Боец. Он смотрит на меня, но говорит Тренту:
— Я отведу её к нему сейчас!
В следующий момент он хватает меня за руку и тянет с кушетки, просто отталкивая Трента широким телом в сторону.
— Ты помылась. Умная девочка, — отмечает он, и лишь тогда наконец оборачивается к Тренту: — Выяснил что-то, о чём Бист должен знать?
Трент качает головой:
— Нет, ничего экстраординарного.
Боец кивает и тянет меня за собой к двери. Я осматриваюсь, стараясь не привлекать внимания. Это такое же бунгало, как и то, в котором я жила раньше. Думаю, что оно также окружено стеной и вход также охраняется. Боец тянет меня через гостиную, где «торчат» некоторые из его собратьев, они бросают на меня заинтересованные взгляды. Две женщины сидят между ними на диване. Одна из них — Мэлори — та, которая так ужасно кричала, когда Бойцы захватили наш дом. Взгляд Мэлори пуст, как будто её больше нет. Я лишь приблизительно могу представить, какой ужас она испытала, когда Бист и Бойцы ворвались в комнату и на её глазах убили Стоуна. Фавн рассказал мне, что случилось в тот день. Стоун был первым, кого Бист убрал со своего пути, чтобы стать лидером.
— Даже не думайте об этом. Бист хочет её для себя, — рычит мой охранник на других Бойцов, и они переключают своё внимание обратно на сидящих рядом женщин.
Я бросаю взгляд на Мэлори, когда один из Бойцов начинает лапать её под рубашкой.
— Я твёрдый, сладкая.
Он стаскивает женщину с дивана и ведёт в одну из комнат. Мэлори не сопротивляется, её взгляд остаётся пустым, когда Боец обнимает её, как тиски.
Я быстро отвожу глаза. Я не должна её так жалеть, ведь она была одной из женщин, которые считали мои чувства к Фавну достойными презрения. Но я не могу ей не посочувствовать. «С чего это, Кэт? Думаешь, тебя ожидает что-то лучше? Худший из них хочет тебя для себя!»
— Вперёд, он не любит ждать, — приказывает мой надзиратель и тянет меня дальше.
Мне дали новое одеяние — такие же вещи, которые я всегда должна была носить в женском доме, с тех пор, как попала в сектор «B»: короткая юбка, рубашка и слиперы, в которых будет трудно сбежать. «Мясо! Вот что мы для Биста». Фавн никогда не обращался со мной так.
— Заходи, — подталкивает меня Боец и открывает дверь.
Меня берёт оторопь, поскольку я не заметила, что мы на месте. Когда я не реагирую, он толкает меня в спину, и я, споткнувшись, влетаю в комнату. Дверь захлопывается позади меня, и теперь я стою в логове льва… Бист выбрал самую удобную комнату в доме в качестве своей личной резиденции.
— Подойди сюда!
Я вздрагиваю, потому что, анализируя обстановку комнаты, не заметила её хозяина. Он лежит на широкой кровати и смотрит на меня. Его торс обнажён и гладок, типичные шесть кубиков чётко выделяются на животе. Только тонкая простыня прикрывает его бёдра. Я замечаю, что у Биста нет татуировок, это не совсем типично. На самом деле, татуировки — единственная личная вещь, которой обладают эти мужчины. Даже у Фавна есть одна, она сравнительно маленькая… крылатый олень на предплечье, который, как он мне сказал, означает его свободный и неукротимый характер. «Фавн…» Он свободен? Я надеюсь, что это так.
— Киттикэт. Я сказал, подойди сюда!
Я делаю несколько шагов к Бисту, но останавливаюсь достаточно далеко от кровати, чтобы он не мог меня схватить. То, как он смотрит на меня, пугает: в его тёмных глазах жестокость, но есть кое-что ещё, чего я никогда раньше не видела — напряжение… нервозность.
Мне нужно собраться.
— Что с Фавном?
Бист рычит и молниеносно садится на кровати. «Неправильный вопрос, Кэт!»
— Ничего, — сдавленно рычит Бист, и я вижу, что он пытается быть… дружелюбным?
Ради бога, что это ещё за игра? Бист никогда не беспокоился ни о чём, он просто брал то, что хотел, игнорируя чувства других.
— Где Фавн? — отчаянно спрашиваю снова, хотя у меня такое чувство, что я теряю контроль над собственным телом, Трент даже не позволил мне воспользоваться туалетом, когда несколько часов назад меня привели в этот дом.
— Я ещё не нашёл Фавна. Он прячется. — Бист становится ещё напряжённее. — Но не питай напрасных надежд. Я приказал лучше охранять пограничные ограждения. То, что провернули Эйс и рыжая шлюха, не повторится. Это всего лишь вопрос времени, когда Фавн будет пойман!
— А если его поймают, что ты с ним сделаешь?
Бист смотрит на меня, и я чувствую, что он вот-вот сорвётся. Затем он глубоко втягивает воздух и снова пытается быть… дружелюбным?
— Всё зависит от тебя, Киттикэт.
Ситуация медленно принимает зловещий оборот.
— Я не знаю, чего ты хочешь от меня, — честно отвечаю я.
Бист напрягает мышцы. Я вижу, насколько труден для него этот разговор.
— Я хочу тебя, я уже это сказал.
Хотя волосы на затылке стоят дыбом, и всё во мне протестует против перспективы оказаться с Бистом в одной постели, но я продолжаю… пока мы говорим, он на меня не нападает.
— Ты не из тех, кто, гм… спрашивает женщину.
Его лицо искажает усмешка.
— В этом ты права, но с тобой что-то другое.
Я качаю головой.
— Почему? И почему я? Я никогда не была твоим типом. Ты хотел Аделину…
— Не упоминай эту суку в моём присутствии, — рявкает он, поэтому я делаю шаг назад. — Извини!
«Небеса!» Бист действительно извинился? Я не могу в это поверить.
— Это… это игра? — Я совершенно теряюсь от такого его поведения.