Фатум
Шрифт:
"Дорогой Тулук, безмерно рад, что ты сумел вернуться живым после всех ваших сражений! Лишь только узнал, что ты в городе сразу же поспешил письменно засвидетельствовать тебе свое почтение. Страсть как хочу услышать от тебя подробности вашего похода, но обстоятельства вынуждают отложить нашу встречу. С возвращением войск у меня изрядно прибавилось головной боли, Баон просто наводнили всякие отбросы. Нет ни секунды покоя!
Далее следовали подробные описания невзгод, свалившихся на голову начальника городской стражи,
"Кстати, мне стало известно, что в одном из трактиров нижнего квартала остановился человек назвавшийся Актурбином Рикко. По-внешности он вполне соответствует описаниям хольда Пики. Как думаешь, стоит ли предпринять что-либо относительно этого подозрительного господина?
Тулук откинулся на спинку кресла. Итак, знаменитого убийцу-дуэлянта видели в городе. Слишком похоже на перст судьбы, чтобы оказаться простым совпадением. Советник удовлетворённо улыбнулся и расправил бороду ладонью: Пика просто идеальная кандидатура. Столичный профессионал, зарабатывающий дуэлями, если договориться с ним через посредника, который естественно сразу же исчезнет, никто в целом мире не свяжет смерть Гунна с именем Лавайе.
Глава 16. Быстрый способ
Впервые Кен очутился на настоящем великосветском балу, и с непривычки был просто ослеплён окружающей роскошью. В огромной бальной зале, отделанной мрамором и красным деревом, под ярким светом сотен свечей собралась практически вся высшая знать Баона. Куда ни глянь, повсюду парча и бархат, блеск драгоценных камней и сияние золота. Да что там говорить, ливрея любого прислужника здесь стоила, по меньшей мере, впятеро дороже самой лучшей одежды оруженосца. А костюм герольда, встречавшего гостей у входа, выглядел и того богаче.
"Вот бы этот напыщенный индюк удивился, приди я сюда в своих обычных обносках", - глядя на него, подумал Кен.
Однако сейчас бывший оруженосец вполне соответствовал окружающей обстановке: его камзол с серебряными пуговицами и тесные, атласные штаны были сшиты личным портным герцогини специально для этого случая, а только что купленные сапоги нелепо загибались в носках по самой последней моде. Одним словом он здесь не выделялся и, расфуфыренный герольд без тени сомнения продекламировал: "сэр Кен Абара, из Реджильда", точно так, как было написано в предъявленном оруженосцем приглашении.
Очутившись внутри, Кен первым делом осмотрелся. Как и ожидалось, Ги Лавайе и его дочери тут не было и из знакомых лиц, лишь старая герцогиня стояла рядом с виновницей торжества. По этикету полагалось поздравить именинницу, что Кен и поспешил исполнить. При этом он успел переглянуться с герцогиней и понял по её взгляду, что Тобиас Гунн ещё не пришёл. Раз так, осталось лишь смешаться с толпой и терпеливо ждать.
"Что ж, не грех и подождать в такой-то обстановке", - улыбнулся про себя Кен.
Взяв у прислужника кубок подогретого вина,
– Сэр Эрхард Гере из Блассрейна и его супруга Виалетта Каспи, - прокричал он, представляя очередную вошедшую пару.
Затем, когда почтенная чета прошла в зал герольд торжественно продекламировал:
– Виконт Кювье Дорош из Голденгарда.
Скользнув скучающим взглядом по лицу виконта, Кен неожиданно напрягся: им оказался не кто иной, как его старый знакомец, Актурбин Рикко.
"Его только не хватало, - раздражённо подумал оруженосец.
– И почему это он представился Кювье Дорошем? Неужто Пика также как и я участвует в каких-то интригах?
– озадачился Кен.
– Хотя, в общем-то, всё равно. Сейчас важен лишь Тобиас Гунн, а до всех остальных мне дела нет!"
– Сэр Арон Руан, сэр Реджинальд Стоун и сэр Тобиас Гунн из Голденгарда, - словно вторя его мыслям, прокричал герольд.
Услышав последнее имя, Кен мигом забыл про Пику и принялся разглядывать вошедшую троицу: пухлого блондина с красивым, но несколько женственным лицом и пару крепких, похожих друг на друга здоровяков. В общих чертах все трое соответствовали полученному от Кристины описанию.
"Как мы и думали, Гунн притащил с собой приятелей. Непросто будет застать его наедине, - слегка расстроился оруженосец.
– Но ничего, главное не упустить момент и всё получится!
– отбросил сомнения он".
Затея Кристины, казавшаяся поначалу довольно лёгкой, на деле требовала от оруженосца определенной изворотливости. Ведь надо было не просто оклеветать дочь герцога, а сделать это без лишнего шума. Никто кроме её любовника не должен присутствовать при разговоре, иначе сплетен не избежать, и репутация дочери Лавайе окажется под угрозой.
"Улучить момент, когда Гунн останется один, завязать с ним беседу, перевести её на нужную тему и сделать так, чтоб он мне поверил. Что б там не говорила Кристина, не думаю, что это будет так просто", - прикинул Кен, шагая вслед за тремя приятелями.
Однако трудности лишь подогревали интерес. Кен даже почувствовал нечто похожее на настоящий охотничий азарт.
"Не стоит пороть горячку, - придержал себя он.- Раз этот парень охоч до выпивки, он рано или поздно захмелеет. Тогда-то и настанет лучший момент для моего появления. А до тех пор надо просто ждать".
Действуя в соответствии с этим незамысловатым планом, Кен пару часов приглядывался к парням издалека. За это время праздник разгорелся на полную. Вино потекло рекой, слуги едва успевали менять кувшины и блюда с закусками. Танцы стали быстрее, музыка громче, а разгорячённые выпивкой гости оживленнее. Интересующая Кена троица ни в чём не уступала остальным. Приятели пили, плясали и, пользуясь ореолом столичных хлыщей, вовсю приударяли за девушками. И, кажется, все трое уже нетвёрдо держались на ногах.