Фатум
Шрифт:
– Ну, наконец-то, – пропыхтел Малик, поднимаясь с колен: столкновение подкосило его, возможно, даже сильнее, чем он хотел признать. Его дыхание было тяжелым и неровным, и, судя по тому, как он внезапно схватился за бок, и по гримасе боли, расцветшей на его покрасневшем лице, у него было сломано, как минимум, два ребра. – Давно не виделись, Никки.
Неровной поступью, шатаясь, мужчина двинулся к девушке. Правая сторона его лица была покрыта кровью, левый глаз смотрел в одну точку: мужчина выглядел в сто раз хуже Николь, хотя она думала, что это было невозможно.
– Д-дэвид? – недоверчиво
– Неужто я так сильно изменился? – хмыкнул тот и протянул девушке руку. – Вставай, сестренка, у нас куча дел.
– Дэвид, – повторила та, на этот раз абсолютно уверенная в том, что перед ней был стопроцентный Малик: манера речи, взгляд, сами слова – все это принадлежало Дэвиду, не Арчеру. Получалось, они все-таки…
– Да, да, мы разошлись «по домам», – подтвердил ее мысли Дэвид и, не дождавшись, пока Николь примет его руку, наклонился и сам схватил девушку. Рывком подняв ее на ноги, он толкнул ее себе за спину и повернулся к подоспевшим преследователям. Те тут же сбавили темп, увидев незнакомую высокую фигуру хранителя, однако, как только они оценили состояние противника, они снова вскинули оружие и продолжили наступление.
– Спокойно, – обратился ко всем сразу Малик: к Николь, которая снова начала пятиться, увидев количество противников; к самим противникам, которые уже приготовились стрелять. – Чего вы все такие нервные-то? Может, просто поговорим?
Ответом ему стал огневой залп.
Вскрикнув, Николь чисто инстинктивно вжалась в спину Дэвида и зажмурилась: по какой-то непонятной причине он внушал ей не столько ужас, как было тогда, на Земле, сколько чувство безопасности.
Выстрелы гремели, не переставая, и Никки все теснее прижималась к хранителю, молясь, чтобы все побыстрее закончилось, но время как будто остановилось.
– Вы закончили? – осведомился Малик, когда все стихло. Николь, открыв глаза, выглянула из-за плеча хранителя и в изумлении ахнула: пули, точно огромный пчелиный рой, зависли в воздухе в нескольких сантиметрах от Дэвида. Солдаты по ту сторону «завесы» замерли с оружием в руках и тоже не сводили изумленного взгляда с пуль. Кое-кто принялся осматривать собственную винтовку со всех сторон, видимо, в поисках заводского брака, но большинство – просто побледнели и начали пятиться назад.
– Дайте угадаю: ваш босс не предупредил вас, мы так умеем, да? – нарочито веселым голосом осведомился Малик, но Николь, стоявшая к нему вплотную, прекрасно понимала, каких трудов мужчине стоило оставаться на ногах: Дэвид был на грани. Его кожа блестела от пота, тело била мелкая дрожь. Вены на его шее вздулись, а дыхание было неровным. Солдаты этого не видели, но Никки – да. Более того, в какой-то момент ситуация кардинально изменилась, и теперь это не она пряталась за хранителем, а он опирался на нее. – Он вам даже оружия нормального не дал…Ну что, теперь моя очередь, господа!
Секунда – и «рой» обрушился на солдат: они даже не успели вскрикнуть, как их тело тут же изрешетило свинцом.
– Нет!!! – Николь тоже с запозданием раскусила замысел Малика. – Это же земляне!!
– Я знаю, – выдавил Дэвид и начал оседать на пол. Если бы не Никки, которая продолжала поддерживать его, он бы
– Дэвид? Дэвид! – уложив голову мужчины себе на колени, Николь легонько ударила его по щеке. – Дэвид, что с тобой?! Дэвид, не спи, слышишь? Дэвид!
Алый ручеек заструился из носа хранителя, его дыхание стало прерывистым.
– Дэвид, что…
– Возьми это, – прохрипел Малик, непослушной рукой протягивая девушке бластер. – Пригодится.
Николь, приняв оружие, с удивлением поняла, что никакой тошноты или отвращения больше не было: видимо, это был бонус к возвращенной памяти.
– Так ты все вспомнила, – хмыкнул Малик и улыбнулся, обнажив кровавые зубы: он истекал кровью совсем как тогда, в лесу, когда он стер ей память. – Так даже лучше: теперь мы с Дэни точно будем квиты.
– Поднимайся, – не терпящим возражения тоном приказала Николь. – Вставай и пошли отсюда.
– Я устал, мелкая, – улыбнулся тот шире и закрыл здоровый глаз. – Мне нужно отдохнуть.
– Потом отдохнешь, – Никки схватила хранителя за ворот жилета и попыталась усадить его. – Вставай, Дэвид, слышишь?? Дэвид? Дэвид!
Но сколько бы Николь ни трясла его, мужчина больше не откликался. Он все еще дышал, но никак не реагировал на попытки девушки достучаться до него. Кровь продолжала струиться из его носа, но теперь к этому ручейку присоединился еще один – бравший начало из уголка губ хранителя.
– Да…да что же это?? – баюкая Малика, Николь неустанно стирала кровь с его лица, чувствуя цепкие когти паники, сжимающиеся на ее сердце. Этого не могло происходить. Просто не могло – это же Малик! Дьявол во плоти, сильнейший из хранителей, непобедимый, внушавший Николь страх одним своим появлением – он не мог умереть! – Дэвид, посмотри на меня! Дэвид!
– Так, так, так…, – Никки замерла, мгновенно осознав свою ошибку: Риверс. Она совершенно забыла о нем, хоть и знала точно, то он тоже был среди преследователей. – Что тут у нас? Поверженный демон**, не иначе!
Аккуратно уложив Дэвида на пол, Николь засунула бластер за пояс штанов и прикрыла его толстовкой. Затем медленно, не делая резких движений, девушка встала и развернулась лицом к Риверсу.
– Мои соболезнования матери-одиночке, – с псевдо-сочувствием склонив голову, Риверс перевел торжествующий взгляд на Малика. – Точнее, будущей матери-одиночке, – добавил он, заметив, что грудь хранителя все еще вздымалась.
– А ты живучий, – Николь шагнула в сторону, чтобы перекрыть Риверсу обзор и обратить внимание на себя. – Признаться, я удивлена.
– Это еще что! Я ведь такой не один – Граф тоже здесь, – довольный собой сообщил он «приятную» новость. – Видишь ли, Морган так торопился убраться с «Андромеды», что совершенно не побеспокоился о том, чтобы зашифровать сигнал о вашем местоположении.
– Какое упущение!
– Действительно, – улыбнулся Риверс своей безумной улыбкой. – Но ты зря на меня волком смотришь, Николь Кларк: лично я ничего против тебя не имею. Скажу больше, тебе повезло, что тебя нашел я, потому как если бы, скажем, на моем месте была Палмер, тебе уже давно настала бы крышка.