ФАНТОМ
Шрифт:
– Думай о том, как твой дух отправится во мрак. Думай о том, что пока твое тело будет остывать, я буду наслаждаться приятным, теплым телом твоей любимой. Для ее же пользы. Я хочу быть уверен, что ты понял все это прежде, чем умереть.
В душе Ричард уже был мертв. И жизни, и миру настал конец. Так много потеряно. Все разрушено. Ни за что. Просто из бессмысленной ненависти ко всякой жизненной ценности. Из ненависти к самой жизни. Разрушено теми, кто выбрал своим уделом служение пустоте смерти.
– Я люблю тебя, и буду любить всегда, всем сердцем, - сказал он
Он видел, как Кэлен кивнула, давая понять, что услышала, и ее губы задвигались, беззвучно произнося в ответ слова любви.
Она была так прекрасна.
Больше всего он не хотел видеть ее безутешное горе.
Они смотрели друг другу в глаза, застыв в последнем мгновении существования мира.
Ричард захлебнулся криком ужаса, муки и внезапной острой боли, когда почувствовал, как лезвие вонзается в плоть. Нож смертельно глубоко вошел в его горло.
Все кончилось.
ГЛАВА 18
– Прекрати, - прорычала Никки
Разум Ричарда все еще пребывал в замешательстве. Он моргнул, когда Никки с силой ухватила запястье Шоты, убирая ее руку прочь. Но другая рука ведьмы по-прежнему все еще лежала на талии Ричарда.
– Не знаю, что ты делаешь, - сказала Никки тоном столь опасным, что, казалось, Шота должна была в страхе отшатнуться, - но ты прекратишь все это.
Шота не отшатнулась. Она даже не выглядела хоть сколько-нибудь испуганной.
– Я делаю то, что должна.
Никки было все равно.
– Отойди от него, или я уничтожу тебя на месте.
Кара с эйджилом в руке выглядела даже более свирепо, чем Никки. Она заняла позицию по другую сторону от ведьмы, блокируя ее. Прежде, чем Шота успела повторить заклятье, Ричард тяжело рухнул на мраморные плиты, окружающие фонтан.
Он задыхался, ужас рвал его душу. Какая-то часть его все еще была там, рядом с Кэлен, бьющейся в руках тех головорезов. Он все еще чувствовал острое лезвие, рассекающее ему горло.
Ричард осторожно дотронулся до шеи, но не обнаружил там ни зияющей раны, ни крови. Он отчаянно не хотел отпускать из памяти образ Кэлен, и в то же время с ужасом представлял ее страх и безнадежность. Единственное, чего он хотел больше всего на свете - это навсегда стереть из своей памяти жуткое зрелище.
Он не сознавал до конца, где находится. Он не понимал, что случилось, и не смог бы с уверенностью сказать, что реально, а что - нет.
Он пытался определить: жив он или уже на грани смерти? Чем были эти путаные видения: явью или предсмертными галлюцинациями, сопровождающими его в мир смерти? Последней иллюзией, которая будет терзать сознание, пока утекает его жизнь? Он пошарил вокруг, нащупывая тела, которые должны были лежать тут же, рядом с ним, в этой яме.
Пока Кара преграждала путь ведьме, защищая своего лорда Рала, Никки оставила свои препирательства с Шотой, опустилась на пол рядом с Ричардом, и обняла его за плечи.
– Ричард, что с тобой?– колдунье пришлось наклониться ниже, чтобы заглянуть в его глаза.– Ты словно Владетеля увидал.
Не обращая никакого внимания на Кару, Шота
Образ Кэлен всё ещё стоял перед его глазами. Она звала его, выкрикивала его имя… Любимый голос эхом отдавался в сознании Ричарда, разрывая на части его сердце. Их разлука была такой долгой! А неожиданная встреча в такой момент оказалась настоящим потрясением.
– Все хорошо, Ричард, - сказала Никки.– Я рядом. Ты - здесь, с нами.
Ричард прижал руку ко лбу.
– Сколько меня не было?
Никки вздернула брови.
– Не было?
– Думаю, Шота что-то со мной сделала… Что? И как долго это продолжалось?
– Я не позволила ей ничего сделать. Я вмешалась, не дав ей возможности даже попытаться. Едва она коснулась твоего подбородка, я ее остановила. Она ничего не успела сделать - у нее просто не было на это времени.
Перед глазами Ричарда все еще стояла Кэлен. Она кричала и билась в удерживающих ее грязных лапах имперских солдат.
Он взъерошил волосы дрожащими пальцами.
– У нее было достаточно времени.
– Мне так жаль, - прошептала Никки.– Мне казалось, я остановила ее достаточно быстро.
Он не думал, что сможет так жить. Сомневался даже, что у него хватит сил, чтобы глубоко вздохнуть. Казалось, отчаяние уже никогда его не покинет.
Он больше не мог сдерживать свои муки, свою боль, свои слезы.
Никки молча прижала его лицо к своему плечу, укрывая в своих спасительных объятиях.
Все казалось таким бесполезным. Это конец. Все пропало. Он всегда говорил, что победить армию Джеганя невозможно. У них нет шансов. Орден слишком силен, он выиграет войну, и Ричард ничего не может с этим поделать. Остается только дожидаться смерти, ужасной смерти, которая неминуемо настигнет их всех.
Шота шагнула ближе к мраморному краю бассейна, где сидел Ричард, держась с противоположной от Никки стороны, и попыталась положить руку ему на плечо. Но ее запястье перехватила Кара.
– Прости, что пришлось так поступить с тобой, Ричард, - произнесла Шота, не обращая внимания на Морд-Сит.– Но ты должен был увидеть своими глазами, чтобы понять, что…
– Заткнись, - перебила ее Никки.– И держи свои руки подальше от него. Ты что, не понимаешь, что причиняешь ему боль? Может, достаточно? Разве обязательно причинять вред? Неужели ты не можешь помочь без того, чтобы одновременно не ранить его или не доставить неприятности?
Шота убрала руку. Никки обхватила ладонями лицо Ричарда, стирая большим пальцем слезы с его щеки.
– Ричард…
Он благодарно кивнул в ответ на ее нежную заботу, не в силах произнести ни слова. Он все еще слышал, как Кэлен зовет его… Видел, как она пытается вырваться из безжалостных рук… Пока он жив, эта картина будет преследовать его. Больше всего на свете он хотел бы вырвать ее из жестоких лап Ордена, избавить от зрелища своей казни. Ему необходимо вернуться туда, сделать что-нибудь, избавить ее от такого бесчеловечного обращения. Он не перенесет того, что ее мир рухнул, пока она смотрела, как его убивают.